Найти в Дзене
Дом у моря

Я жалкая?

Он был невыносим. И чертовски прав. И в его глазах сейчас не было ни насмешки, ни злорадства. Было то самое понимание, которое она увидела у костра, и какая-то новая, твёрдая решимость. Поезд, наконец, прополз, шлагбаум медленно пополз вверх. Но она не тронулась с места. Ваня перевёл дух, словно переходя к следующему, более практичному пункту. — Слушай, — он кивнул на её машину, покрытую толстым слоем грязи. — В таком виде на важную встречу — не вариант. Выглядишь так, будто тебя ночью из болота вытащили. Наверняка дальше нам встретится автомойка. Поедем? Отмоемся, приведём себя в порядок, — он сделал небольшую паузу, — а я просто подожду. Или помогу. Если захочешь. Он не спрашивал «можно?» или «давай?». Он предлагал выход из ситуации, в которую она сама себя загнала. И в этом предложении не было давления — только простая, грубая забота, от которой у неё неожиданно запершило в горле. Алина молчала, она сделала короткий, прерывистый вдох, будто воздуха не хватало, и кивнула. Всего один

Он был невыносим. И чертовски прав. И в его глазах сейчас не было ни насмешки, ни злорадства. Было то самое понимание, которое она увидела у костра, и какая-то новая, твёрдая решимость.

Поезд, наконец, прополз, шлагбаум медленно пополз вверх. Но она не тронулась с места.

Ваня перевёл дух, словно переходя к следующему, более практичному пункту.

— Слушай, — он кивнул на её машину, покрытую толстым слоем грязи. — В таком виде на важную встречу — не вариант. Выглядишь так, будто тебя ночью из болота вытащили. Наверняка дальше нам встретится автомойка. Поедем? Отмоемся, приведём себя в порядок, — он сделал небольшую паузу, — а я просто подожду. Или помогу. Если захочешь.

Он не спрашивал «можно?» или «давай?». Он предлагал выход из ситуации, в которую она сама себя загнала. И в этом предложении не было давления — только простая, грубая забота, от которой у неё неожиданно запершило в горле.

Алина молчала, она сделала короткий, прерывистый вдох, будто воздуха не хватало, и кивнула. Всего один раз, едва заметно.

— Хорошо, — выдохнула она, и это слово прозвучало хрипло, почти не её голосом. — Поедем.

Он кивнул в ответ, без улыбки, но с явным облегчением в глазах, развернулся и пошёл к своей машине. Через минуту они тронулись с места почти одновременно. Он проехал вперёд, и она последовала за ним по серой, мокрой дороге, оставляя позади рельсы, шлагбаум и своё собственное, уже треснувшее напополам, решение бежать от него.

Они ехали в странном караване: его рыжая «Лада» и её белый внедорожник. Он ловил её взгляд в зеркало заднего вида и видел, что она не отстаёт. Дорога повела их от трассы через промзону. Запах дождя и асфальта сменился запахом мазута, пыли и влажного бетона. Ваня свернул на площадку перед длинным, низким ангаром с большой вывеской «Мойка. Круглосуточно». Небритый парень в синей спецовке, лениво махнул рукой в сторону свободных боксов, даже не отрываясь от своего телефона.

Они загнали машины в соседние боксы. Из глубины ангара, лениво переваливаясь, вышел второй мойщик, молодой парень с татуировкой на шее и шлангом в руках. Он молча кивнул, оценивая масштаб работ.

— Помойте, пожалуйста, получше, — сказал Ваня. — У девушки важная встреча.

Мойщик хмыкнул, уже включая воду.

— Отмоем так, что мама не узнает. Минут сорок. Кофе там, если что.

Ваня махнул головой в сторону автомата.

— Идёшь?

Алина кивнула. Они отошли от грохота воды и шипения пены к тускло освещённой стенке с автоматом. Пристроились на низкой бетонной тумбе у входа, плечом к плечу, попивая кофе из бумажных стаканчиков. Ровное жужжание автомата, шипение воды, приглушённые голоса рабочих — всё это создавало странный, убаюкивающий фон. Алина снова была в его толстовке — она сама, не говоря ни слова, вытащила её из машины, с таким видом, будто имеет на нее все права. Ваня лишь ухмыльнулся, увидев это, но ничего не сказал. Просто держал её стаканчик, пока она возилась с рукавами.

Тишина между ними была уже другого свойства — простой и не требующей усилий, как дыхание. Но в воздухе висело невысказанное — их утреннее расставание, его слова на переезде.

Алина смотрела, как вращающиеся щётки ласкают кузов её автомобиля, и наконец произнесла то, что сидело в горле комом с самого утра:

— Я жалкая?

Она сказала это с вызовом, глядя прямо на него, ожидая привычной насмешки или, что хуже, — утвердительного ответа на свой вопрос. Готовая к новой схватке.

Но Ваня не торопился. Он отпил из стаканчика, поставил его на бетон и обернулся к ней. Его лицо было серьёзным.

— А ты не заплачешь от моего ответа? — спросил он тихо.

— Попробуй, — бросила она, поднимая подбородок.

— Нет, — просто сказал он, и в его голосе не было ни капли игры. — Не жалкая. Ты — сильная. И при этом милая. Слишком ранимая, да. Но это не плохо. Плохо быть бесчувственным.

Он смолк, и слова повисли в тихом воздухе между ними. Алина смотрела на него, и в её груди что-то болезненно и сладко сжалось. Словно между ними вновь протянулась та самая невидимая нить, что была у костра — тонкая, звенящая от натяжения.

Читать роман "Обгоняя тишину"в процессе написания можно, перейдя по этой ссылке: "Обгоняя тишину" Елена Белова