Представьте французский двор XVI века. Религиозные войны, кровь, грязь, фанатизм. А в его эпицентре — группа молодых людей в розовых шелках, с кудрями до плеч и серьгами в ушах. Они смеются, дерутся на дуэлях, шепчутся с королём и вызывают лютую ненависть у всей старой знати.
Это миньоны (от mignon — «милашка», «возлюбленный») — ближний круг Генриха III, последнего короля из династии Валуа. Их история — это не просто сплетни, а ключ к пониманию, почему монарха в итоге зарезал фанатик-монах.
Кто эти щеголи?
Это не солдаты-наёмники. Это молодые аристократы, часто из захудалых родов, которых король вознёс на вершину силой своей любви и щедрости. Самые известные:
· Анн де Жуайёз — главный фаворит, получивший титул герцога.
· Луи де Можирон и Жак де Кейлюс — прославились как невероятные задиры и дуэлянты.
Они были его личной гвардией, спутниками в развлечениях и живым щитом от могущественных кланов вроде Гизов.
В чём был их грех? (По мнению современников)
1. Вызов мужественности. В эпоху, когда идеалом был суровый воин, они завивали волосы, носили парфюм, украшали костюмы бантами и лентами. Это выглядело как кощунство.
2. Слишком близко к королю. Их интимная дружба с Генрихом порождала слухи о гомосексуальной связи. Враг использовал это, называя короля развратником.
3. Политическое высокомерие. Они получали земли, титулы и влияние, затмевая старую знать. Это создавало в стране два двора: официальный и «малый» из миньонов, где решались все дела.
Апогей и трагедия: «Дуэль миньонов»
В 1578 году ссора между двумя группировками фаворитов вылилась в легендарную дуэль. Сошлись четверо на четверых в Париже. Это была не просто стычка, а театрализованная бойня в полном блестящем облачении.
Итог ужасен: почти все участники, включая любимцев Можирона и Кейлюса, мертвы. Их роскошные платья пропитаны кровью. Для Генриха III это была личная катастрофа. Он устроил им пышнейшие похороны, что возмутило публику ещё больше: хоронили не героев войны, а забияк-щеголей.
Почему их ненавидели всем сердцем?
Их образ стал идеальным оружием пропаганды. Для суровых католиков-гизаров и протестантов-гугенотов они были живым символом упадка королевской власти. Мол, пока страна в огне, король окружил себя изнеженными любимчиками.
Именно эта риторика обесценила авторитет Генриха III в глазах многих. Фанатик Жак Клеман, закалывая короля кинжалом, считал, что убивает безбожного развратника, чей образ создали, в том числе, и благодаря истории с миньонами.
Главный парадокс:
Многие миньоны были храбрыми вояками, гибли на войне. Но в памяти они остались гламурными мальчиками для битья, на которых списали все грехи слабеющей монархии.