Он сам подвел красавицу к Тютчеву. Усталый, тяжело больной, барон фон Дёрнберг мечтал поскорее покинуть бал. Но Эрнестине следовало остаться и блистать, ведь она была слишком красива! Заметив, что русский дипломат оказывает ей знаки внимания, барон взял Эрнестину под руку и сделал несколько шагов по залу.
- Извольте, - проговорил он, - поручаю вам свою жену.
Взгляды двоих встретились и в тот самый миг решилось все. Тютчев понял, что эта женщина предназначена ему самой судьбой…
…Она вернулась домой под утро и долго не могла уснуть. Ей казалось, что она продолжает слышать музыку, и что ладони незнакомца все еще обнимают ее за талию. С русским дипломатом Феодором Тютчевым они протанцевали половину ночи, а в перерывах между танцами не могли наговориться.
Эрнестина была слишком женщиной, чтобы не понять порывов его души. В глазах Тютчева она увидела восхищение, обожание, причем с самой первой секунды. Ей почудилось, будто бы между ними пробежала искра. О, как прекрасен был этот праздник в Мюнхене! Теперь Эрнестина могла бы вспоминать о нем целый месяц и предаваться сладостным мыслям. Тем самым, в которых не было места ее мужу.
Барона фон Дёрнберга она выбрала вовсе не по велению сердца. Эрнестина бежала из отчего дома, бежала без оглядки. А ведь когда-то была так счастлива в нем! Она родилась весной 1810 года и принадлежала к знатной баварской семье фон Пфеффель. Дедушка Эрнестины снискал славу прекрасного баснописца, которым зачитывались современники. Отец дослужился до министра, работал послом в Лондоне и Париже… А когда умерла его жена, поспешил жениться снова.
Выбор барона был неожиданным для всех: он повел под венец гувернантку своих детей. Фон Пфеффелю хотелось верить, что эта женщина, профессионально занимавшаяся ребятишками, заменит его наследникам мать. Но вышло совершенно иначе. Приятная и учтивая гувернантка, с которой дети неплохо ладили, вдруг превратилась в надменную, капризную и совершенно невыносимую хозяйку дома. Теперь она разговаривала с бывшими воспитанниками так, словно считала их лишними.
Эрнестину отправили учиться в пансион. А когда образование было получено, девушка снова оказалась в стенах дома, где ее совершенно не хотели видеть. Поэтому-то, в возрасте двадцати лет, она поспешила под венец с человеком, который был ее старше. С первым, кто посватался. Барон фон Дёрнберг обладал солидным состоянием и ему очень нравилась Эрнестина.
Она выросла в великолепную красавицу – темноглазую, темноволосую, изящную, грациозную… Каждое ее появление в свете вызывало восторженные шепотки. Барон гордился своим приобретением…
Но фон Дёрнберг все чаще хворал. Исполняя свои светские обязанности, он норовил как можно скорее вернуться домой.
- Нет-нет, мой ангел, - говорил он жене, - веселитесь!
И Эрнестина оставалась на балу или приеме без него. Даже в театре барон не мог досидеть до конца спектакля… А в 1833-м на балу в Мюнхене, ему стало плохо почти в самом начале вечера. Вот тогда-то, поймав восторженный взгляд русского дипломата, он и подвел к нему Эрнестину. Подразумевалось, что Тютчев займет баронессу на вечер, составит ей компанию… А вышло совсем иначе.
Ей было только двадцать три года, и она была сказочно хороша. Он – умный, с превосходным чувством юмора – чрезвычайно заинтересовал ее. Но у обоих на пальцах блестели обручальные кольца… Это была бы невозможная любовь. Но она случилась.
Судьба сделала баронессу свободной в том же году: она осталась богатой уважаемой вдовой. Выражая ей соболезнования, Федор Тютчев был совершенно искренен. Но при этом не мог скрыть охвативших его чувств. Однажды, пригласив Эрнестину на прогулку, он открыл ей свое сердце.
- Вы ведь поэт, - задумчиво проговорила баронесса, - а любовь поэтов недолговечна.
- Напротив! – пылко возразил Тютчев. – Это чувство будет жить всегда!
Его жена, графиня Элеонора Ботмер, считалась «бесконечно очаровательной» женщиной. Тютчев и она поженились по любви, и какое-то время считались абсолютно счастливой парой.
«Забыла упомянуть о встрече с одной красивой женщиной – мадам Тютчевой... – писала из Мюнхена в Россию – Долли Финкельмон. - Она всё ещё молода, но такая бледная, хрупкая, с таким печальным видом, что её можно принять за прекрасное видение. Она умна и мне кажется с некоторым притязанием на остроумие, что плохо вяжется с её эфирным видом».
Трубадуры говорили: «Новая любовь уничтожает старую». Тютчев был околдован Эрнестиной, а Элеонора… очень быстро поняла, что чувства мужа остыли. В семье начались ссоры.
Иногда она доводила себя до исступления, до полубезумия. Не раз Тютчеву казалось, что его жена лишилась рассудка. Он пытался балансировать между двумя женщинами, но выходило из рук вон плохо. В 1836-м году Элеонора впала в такое отчаяние, что для нее могло все закончиться – по счастью, обошлось.
- Я клянусь, что буду только с вами, - пообещал Тютчев.
Но происходящее в семье русского дипломата не осталось без внимания. Федору Ивановичу рекомендовали как можно скорее покинуть Баварию и отправиться назад, в Россию. Пробыв там 4 месяца, Тютчев получил новое назначение: в Турин. Выезжать следовало как можно скорее, и тут они разделились. 14 мая 1838 года Элеонора с детьми (в семье подрастали три девочки) отплыла к мужу на пароходе. Она должна была добраться до Любека, а оттуда – до Турина. И во время путешествия на судне вспыхнул огонь.
Неловкие действия капитана привели к тому, что объятое пламенем судно село на мель. Кто-то прыгал в воду, другие успевали сесть в лодки. Тютчевы не пострадали, но Элеонора перенесла такое потрясение, что едва могла говорить. Это так подточило ее, к тому же добавилась сильная простуда, что на исходе августа Элеонора закрыла глаза навеки.
Эрнестина знала о том, что произошло. Она немедленно выдвинулась в Турин, где и произошла самая важная встреча в ее жизни: Тютчев, совершенно седой, сделал ей предложение. Венчаться было решено по истечении срока траура, через год. Так что летом 1839-го баронесса стала следующей госпожой Тютчевой.
Не имея собственных детей от первого брака, Эрнестина, фактически, удочерила своих падчериц. Она хорошо помнила, как горько было ей, поэтому постаралась – на самом деле! – стать для них второй матерью. Красивая, умная и очень богатая она еще и принесла мужу состояние. Всегда очень стесненный в средствах. Федор Иванович смог устроить свой быт с максимальным комфортом.
А после появились и их общие с Эрнестиной дети: в 1840-м – Мария, год спустя сын, Дмитрий, а в 1846-м – Иван. Никто ничего не понимал - как это, такого не слишком привлекательного человека, как Федор Иванович Тютчев, любят столь прекрасные женщины? Что Элеонора, что Эрнестина... Чем он покорял их?
Многие называли ее «ангелом Тютчева» за все, что она сделала для поэта: стала для него женой, возлюбленной, матерью детям и музой. Известно, что Эрнестине посвящены 8 стихотворений поэта.
Твой милый образ, незабвенный,
Он предо мной везде, всегда,
Недостижимый, неизменный, -
Как ночью на небе звезда…
Девочки-падчерицы, поначалу очень осторожно воспринявшие Эрнестину, со временем были вынуждены признать – она прекрасная женщина. А Тютчев признавался, что жена решила его финансовые проблемы:
"С прошлого июля и я, и дети, мы всецело живем на её счёт, а сверх того тотчас после нашей свадьбы она уплатила за меня двадцать тысяч рублей долгу».
Они поселились в доме на Невском проспекте: Тютчев, Эрнестина и шестеро детей. Поэт был назначен председателем Комитета цензуры и стал тайным советником, ему платили солидное жалованье… Но натура брала свое. Навещая дочек в Смольном институте, он увлекся их сокурсницей.
Это было невозможно понять или принять. Эрнестина страшно страдала. Забрав детей, она уехала из столицы в загородное имение, перед этим бросив мужу: «Поручаю вас – ей!» Они разъехались.
Ни одного слова упрека она не бросила ему. Не позволила своему гневу восторжествовать и воспитывала детей в уважении к отцу. С горечью узнавала, что у ее соперницы родились двое детей, что Тютчев с ними со всеми путешествует по Европе. Так продолжалось четырнадцать лет. В 1864-м фаворитку поэта унесла чахотка.
«Страшная пустота», - написал в дневнике Тютчев.
Эрнестина и дети в ту пору отдыхали в Ницце. Туда он и отправился. Искать утешения и прощения…
Она сидела на террасе, когда раздались шаги. Обернулась, не поверила глазам. А потом сделал шаг вперед. И приняла мужа снова. Теперь уже навсегда.
О, как убийственно мы любим,
Как в буйной слепоте страстей
Мы то всего вернее губим,
Что сердцу нашему милей!
Тютчев покинул этот мир в 1873-м, на руках жены. Она пережила его на двадцать лет, успела увидеть, как выросли и устроились дети (только старшая дочь скончалась в один год с Тютчевым).
В настоящее время существуют потомки и родственники как Тютчева, так и Эрнестины. Вы же помните ее девичью фамилию? Любопытный факт: Александр фон Пфеффель, один из представителей этой семьи, миру запомнился совсем под другим именем. Это бывший британский премьер Борис Джонсон.
Колода всегда тасуется очень причудливо!
Дорогие друзья! Поскольку в последние месяцы ситуация с ведением канала в Дзене сопряжена со множеством трудностей, бывают сбои, иногда слетают подписки, материалы не попадают в ленту и т.п., я предлагаю вам не теряться. У меня есть телеграм-канал и канал в Максе, на которые вы тоже можете подписаться. Там я всегда размещаю ссылки на новые статьи, плюс там еще больше исторической информации (здесь, например, всего писать нельзя) и больше личного общения.
И вот еще:
Подписывайтесь на мой канал Ника Марш!
Лайки помогают развитию канала!