Хью, душа моя, мы поняли намек: ты просто обожаешь страдать. Разбираем трейлер, который заставит вас тянуться за антидепрессантами.
Друзья мои, давайте начистоту. Нам нужно поговорить о мужчине, который с одинаковым изяществом носит адамантиевые бакенбарды, цилиндры фокусников и фраки на Бродвее. Да-да, старина Хью Джекман снова в деле. И судя по всему, он решил не просто разбить наши сердца, а пропустить их через мясорубку, предварительно посолив крупной морской солью.
Студия A24 — эти официальные дилеры экзистенциального ужаса в красивой обёртке для хипстеров всего мира — выкатила первый трейлер ленты «Смерть Робин Гуда» (The Death of Robin Hood). И если ваша память услужливо подкидывает образы веселого парня в зеленых лосинах, который с гиканьем грабит богатых, чтобы оплатить бедным подписку на стриминги, то у меня для вас новости. И они вам не понравятся. Забудьте. Никаких песен, никаких плясок и уж тем более никаких лисьих хвостов из той самой диснеевской классики, на которой мы все выросли.
Шервудский лес в оттенках безысходности
Будем честны, как на исповеди: тема Робин Гуда в кинематографе заезжена сильнее, чем шутки про российский автопром. Мы пережили Кевина Костнера с его роскошным маллетом (прости нас, Господи, за 90-е). Мы выдержали Рассела Кроу у Ридли Скотта, где наш бравый лучник выглядел так, будто съел шерифа Ноттингемского на обед и забыл запить. Мы даже видели Тэрона Эджертона в каком-то недоразумении, где средневековье больше напоминало клип MTV с арбалетами-пулеметами. Казалось бы — всё! Горшочек, не вари! Оставьте парня в капюшоне в покое!
Но тут на сцену выходит Майкл Сарноски. Тот самый режиссер-кудесник, который в фильме «Свинья» (Pig) заставил нас рыдать над судьбой трюфельного поросенка и, что еще более удивительно, напомнил миру, что Николас Кейдж умеет играть лицом, а не только криком. И вот Сарноски говорит: «А что, если Робин Гуд будет не героем с плаката, а уставшим, переломанным жизнью стариком, чьи руки по локоть в крови, а совесть чернее ночи?»
В трейлере мы видим Хью. И выглядит он так, будто только что вышел со съемок «Логана» (Logan), не успел смыть грим, по дороге потерял регенерацию и случайно забрел в средневековую Англию. Серьезно, параллели неизбежны, как похмелье после премьеры. Злые языки в сети уже окрестили фильм «Росомаха: Начало. То есть, Конец. То есть… ай, вы поняли». Это снова история про изможденного одиночку с тяжелым прошлым (читай: полный букет ПТСР и радикулит), который ищет искупления. Только вместо когтей — лук, а вместо мутантов — грязь и сырость.
Компания, за которую не стыдно (но немного страшно)
Спасать (или добивать? С этими ребятами никогда не угадаешь) нашего героя будет Джоди Комер. О, эта женщина! Если вы видели её в «Убивая Еву» (Killing Eve), то знаете: она способна убить одним движением брови, а через секунду мило улыбнуться, как ни в чем не бывало. Здесь она играет загадочную даму, предлагающую шанс на спасение.
А еще в касте заявлен Билл Скарсгард. Ну, вы знаете эту династию — их там, кажется, выращивают в секретной шведской лаборатории по производству харизматичных злодеев. Билл просто физически не умеет заходить в кадр и не выглядеть жутко. Даже если он будет играть ромашку на весеннем лугу, это будет самая зловещая ромашка в истории человечества, от которой захочется бежать без оглядки.
Пленка, зерно и разговоры о вечном
Отдельного реверанса заслуживает техническая часть. Сарноски — эстет до мозга костей, и это неизлечимо. Фильм снят на 35-миллиметровую пленку. Режиссер с придыханием рассказывает в интервью: «Мы сжигаем пленку прямо сейчас, это по-настоящему… это создает чувство, будто ты запечатлеваешь нечто вечное».
Звучит, конечно, невероятно пафосно. Примерно как речь выпускника киношколы, который впервые взял в руки камеру и прочитал статью про Тарковского. И тут я, пожалуй, соглашусь с циниками, которые утверждают, что разговоры про «магию пленки» часто начинаются там, где заканчиваются свежие сценарные ходы. Но! Давайте будем объективны: картинка выглядит «вкусно». Это вам не стерильная цифра, вылизанная на компьютерах Marvel, где даже грязь выглядит пластиковой. Здесь — фактура, здесь — зерно, здесь — жизнь. Если Хью Джекман будет умирать в кадре (а название как бы намекает), я хочу видеть каждую морщинку на его лице в теплом аналоговом качестве.
Что имеем в сухом остатке?
Даты премьеры пока нет, но мы уже на крючке, как караси. «Смерть Робин Гуда» (The Death of Robin Hood) обещает стать не просто очередным блокбастером под попкорн, а мрачным рефлексивным триллером о цене насилия.
Так что, друзья, готовим носовые платки и морально настраиваемся. Хью Джекман снова собирается преподать нам мастер-класс на тему «Как красиво уходить в закат», пусть даже без адамантия, но со стрелой в колене. И знаете что? Мы будем смотреть. Мы будем плакать и смотреть. Потому что никто, слышите, никто не умеет страдать в кадре так благородно и фотогенично, как этот австралиец.