— Жанна, а твоя золовка молодец какая! Так за вашей квартирой приглядывает!
Жанна оторвалась от экрана компьютера и уставилась на Веру. Коллега стояла рядом с её столом, прижимая к груди папку с документами, и улыбалась.
— Что?
— Ну, твоя золовка. Катя же, да? Я её в среду видела у вашего подъезда. Часов в десять утра. С пакетами продуктов из того супермаркета, что на углу. Думаю, вот хорошая девушка, за братом следит.
Сердце Жанны пропустило удар. В среду утром они с Леней были в Воронеже. Вернулись только вчера поздно вечером.
— Вера, ты точно её видела? В среду?
— Ага, стопроцентно. Я как раз мимо проходила, в аптеку бежала. Она ключами дверь открывала. Я даже подумала, может, она у вас живёт теперь.
Жанна медленно выдохнула. Пальцы сами потянулись к телефону.
— Вер, извини, мне надо позвонить.
Коллега кивнула и отошла, а Жанна набрала номер мужа. Длинные гудки. Один, второй, третий.
— Алло, Жан, я на совещании, перезвоню через полчаса, — быстро бросил Леня и отключился.
Жанна положила телефон на стол и посмотрела на экран. Цифры в отчёте расплывались перед глазами. Катя. У их подъезда. С ключами.
Остаток дня прошёл в тумане. Жанна механически дописывала отчёт, отвечала на письма, кивала на вопросы коллег. Но в голове крутилось одно: почему у Кати есть ключи от их квартиры?
Когда она наконец вышла из офиса, на улице уже стемнело. Январский вечер был морозным, ветер пробирал насквозь. Жанна быстро дошла до метро, села в вагон и всю дорогу смотрела в окно, не видя своего отражения.
Дома она сразу прошла на кухню. Открыла холодильник, чтобы достать воды, и замерла. На верхней полке стояла упаковка творога «Простоквашино». Они с Леней всегда покупали «Савушкин продукт». Всегда.
Жанна медленно закрыла холодильник и огляделась. Сковорода висела на крючке справа, хотя обычно она вешала её слева. На столе лежала кухонная салфетка, которую Жанна точно убирала в ящик перед отъездом.
Она прошла в ванную. Полотенце висело левым концом к стене, а она всегда вешала его правым. Её тапочки стояли не у двери, а под раковиной.
— Господи, — прошептала Жанна и прислонилась к стене.
Звук ключа в замке заставил её вздрогнуть. Она вышла в коридор. Леня снимал куртку, бросил её на вешалку и повернулся к жене.
— Привет. Ты чего такая бледная?
Жанна посмотрела на него внимательно. Муж выглядел усталым — командировка была тяжёлой, они почти не спали. Но сейчас было не до усталости.
— У Кати есть ключи от нашей квартиры?
Леня застыл с расстёгнутой молнией на куртке. Лицо его как-то странно изменилось — будто он хотел улыбнуться, но не смог.
— Ну... в общем, да. Я ей давал.
— Когда?
— Месяца два назад. Может, чуть больше.
Жанна почувствовала, как внутри всё холодеет.
— Объясни мне, почему у твоей сестры есть ключи от нашей квартиры!
— Жанна, ну это же на всякий случай! Мама попросила. Говорит, вдруг что-то случится, кто-то должен иметь доступ.
— На всякий случай? Леня, твою сестру видели здесь в среду утром! Когда нас не было! Она спокойно открыла дверь своими ключами и зашла!
Леня побледнел.
— Кто видел?
— Неважно кто! Важно, что она тут была! И судя по всему, не в первый раз!
Жанна прошла мимо мужа на кухню и показала на холодильник.
— Смотри. Творог, который мы не покупали. Сковорода висит не там. Полотенце в ванной перевешено. Мои тапочки переставлены. Леня, твоя сестра тут хозяйничала!
Муж открыл рот, но ничего не сказал. Потом тяжело вздохнул.
— Ладно, я ей позвоню. Пусть приедет и отдаст ключи.
— Вот именно! Прямо сейчас звони!
Леня достал телефон и набрал номер. Включил громкую связь. После третьего гудка ответила Катя.
— Лёнь, привет! Как дела?
— Катя, приезжай к нам. Надо поговорить.
— Сейчас? Лён, я на работе. Дежурю до десяти. Могу завтра.
— Катя, нам надо сегодня.
— Не могу, правда. Смену не брошу же. Давай завтра с утра? Часам к одиннадцати подъеду.
Жанна выхватила у мужа телефон.
— Катя, это Жанна. Ты сейчас же едешь сюда и отдаёшь ключи от нашей квартиры.
В трубке повисла тишина.
— Жанна, я не понимаю, в чём проблема. Лёня сам мне их дал.
— Проблема в том, что ты приходишь сюда, когда нас нет дома. Это наша квартира. Завтра в одиннадцать жду тебя здесь.
Жанна отключила звонок и положила телефон на стол. Руки дрожали.
— Жанна...
— Не надо. Я сейчас не хочу разговаривать.
Остаток вечера они провели в молчании. Леня несколько раз пытался заговорить, но Жанна отворачивалась. Она не могла понять, как муж мог отдать ключи, не сказав ей. Как мог позволить сестре приходить в их дом, когда их не было.
Ночью Жанна почти не спала. Лежала и смотрела в потолок, прокручивая в голове события. Когда за окном начало светать, она тихо встала и пошла на кухню.
***
Утро субботы встретило её морозным солнцем. Жанна оделась и вышла в подъезд — решила проверить почтовый ящик. Возле лифта стоял сосед с третьего этажа, Игорь Семёнович. Пенсионер, который, казалось, знал про всех жильцов всё.
— Доброе утро, Жанна! С командировки вернулись?
— Доброе. Да, вчера приехали.
— А вот сестрица вашего Леонида регулярно наведывается. Хорошая девушка, за братом приглядывает.
Жанна остановилась, не дойдя до почтового ящика.
— Игорь Семёнович, а как часто вы её видите?
— Да раза три в неделю точно. То с пакетами идёт, то пылесос ваш на площадку выносит — чистит, видимо. В прошлый вторник вообще с утра до вечера у вас была. Я как раз внука из садика забирал, видел её в окно. Думаю, вот молодец какая, помогает.
Жанна кивнула и быстро вернулась в квартиру. Три раза в неделю. Пылесос. С утра до вечера.
Леня ещё спал. Жанна прошла в ванную и стала внимательно осматривать полки. Её косметика стояла на месте, но... Она взяла палетку теней. Провела пальцем по поверхности. Оттенок был не тот. Кто-то пользовался её косметикой.
В спальне она открыла шкаф. Платья висели ровно, но порядок был другой. Жанна всегда вешала сначала светлые вещи, потом тёмные. Сейчас всё было перемешано.
Она присела на кровать и закрыла глаза. Катя не просто приходила. Она тут жила.
— Жанна, ты чего встала так рано?
Леня вышел из спальни, сонный, растрёпанный. Жанна посмотрела на него.
— Игорь Семёнович сказал, что твою сестру видит тут три раза в неделю. Что она с пылесосом на площадку выходит. Что в прошлый вторник она провела здесь целый день.
Муж побледнел и сел рядом.
— Слушай, я правда не знал, что она так часто приходит.
— Леня, она пользуется моей косметикой. Она переложила мои вещи в шкафу. Она тут живёт, понимаешь?
— Не может быть.
— Может. И будет. Вот прямо сейчас я это проверю.
Жанна встала и прошла в гостиную. Включила свой ноутбук, который стоял на столе. Открыла браузер и посмотрела историю.
И замерла.
Вчера, в среду, в 15:30. Поиск: «рецепт курицы в духовке». Переход на сайт с рецептами. Потом — сериал на онлайн-кинотеатре. Потом — вход в социальную сеть с чужого аккаунта.
— Леня, иди сюда.
Муж подошёл, посмотрел на экран. Лицо его стало серым.
— Это... это не может быть.
— Это твоя сестра. В среду, когда мы были в Воронеже. Она сидела на моём ноутбуке, искала рецепты, смотрела сериалы, заходила в свои соцсети.
Жанна закрыла ноутбук и повернулась к мужу.
— Я хочу знать правду. Всю правду. Прямо сейчас.
Леня тяжело вздохнул и опустился на диван.
— Мама попросила дать Кате ключи. Сказала, что у неё проблемы со съёмной квартирой. Хозяйка делает там ремонт, и Катьке периодически негде жить. Мама попросила, чтобы я разрешил сестре иногда приходить к нам. Ну, когда нас нет.
Жанна села напротив. Смотрела на мужа и не узнавала его.
— То есть ты разрешил твоей сестре жить в нашей квартире. Без моего ведома. Пользоваться моими вещами. Моей косметикой. Моим ноутбуком. И считал это нормальным?
— Я думал, она просто иногда заходит! Мама говорила, что Катьке нужно место, где переночевать, когда у хозяйки ремонт идёт. Я правда не знал, что она так...
— Так обнаглела? Так обжилась? Леня, это моё личное пространство! Наше! Ты даже не спросил меня!
— Я боялся, что ты откажешь.
Жанна встала.
— Конечно, я бы отказала! Потому что это ненормально! У твоей сестры свои проблемы? Пусть решает их сама! Или обращается к нам честно, открыто! Но не так!
Леня молчал, глядя в пол. Жанна прошлась по комнате.
— Ты знаешь, что меня бесит больше всего? Не то, что Катя приходила. А то, что ты мне не доверился. Ты принял решение за нас обоих. Ты решил, что имеешь право распоряжаться нашим домом без моего согласия.
— Прости.
— Прости? Леня, извинения тут не помогут. У тебя есть время до одиннадцати, чтобы решить, на чьей ты стороне. Потому что если ты будешь защищать свою сестру и мать, я не знаю, как мы будем дальше жить.
Она ушла в спальню и закрыла дверь. Легла на кровать и уставилась в потолок. Телефон завибрировал — сообщение от подруги Ольги.
«Как дела? Давно не виделись».
Жанна набрала ответ: «Оль, можешь поговорить?»
Через минуту телефон зазвонил.
— Привет! Что случилось?
— Ты не поверишь. Золовка моя живёт в нашей квартире, когда нас нет дома.
— Что?!
Жанна рассказала всю историю. Ольга слушала молча, только иногда ахала.
— Жанна, это жесть. А Лёня в курсе был?
— Говорит, мать попросила. Но он не думал, что Катька так обнаглеет.
— Слушай, а может, там ещё что-то? Проверь квартиру получше. Вдруг она вещи твои носила или ещё что.
— Уже проверяю. Спасибо, Оль. Мне просто надо было выговориться.
— Я понимаю. Держись. И не давай себя в обиду. Это твоя квартира.
После разговора Жанна встала и методично обошла всю квартиру. В корзине для белья в ванной, на самом дне, нашла чужую заколку — дешёвую пластмассовую, какие Катя всегда носила. В шкафу с постельным бельём всё было аккуратно сложено, но не так, как она обычно складывала. В кухонном ящике лежали новые губки для посуды — она таких не покупала.
Каждая находка была как удар. Не потому что вещи были испорчены или украдены. А потому что это было вторжение. В их дом, в их жизнь, в их личное.
***
В одиннадцать утра раздался звонок в дверь. Жанна открыла. На пороге стояла Катя — в розовой куртке, с сумкой через плечо. Лицо у неё было довольное, никакого смущения.
— Привет. Ну что, будем разговаривать или как?
— Заходи.
Катя прошла в квартиру, сняла куртку. Села на диван в гостиной, закинула ногу на ногу. Леня стоял у окна, напряжённый.
— Ключи, — коротко сказала Жанна.
— Сначала давай поговорим. Лёня сам мне их дал, я ничего не нарушала.
— Ты приходила сюда, когда нас не было дома. Пользовалась моими вещами. Это нарушение.
Катя фыркнула.
— Ну и что такого? Квартира всё равно пустая стояла. Я тут и убиралась заодно, и цветы поливала. Думала, обрадуетесь.
Жанна почувствовала, как внутри закипает.
— Обрадуемся? Катя, ты серьёзно?
— Абсолютно. Я же не просто так тут была. Мама попросила проверить, всё ли в порядке. Она переживает за Лёнечку, вот и следила, чтобы тут всё нормально было.
Леня повернулся от окна.
— Катя, мама правда просила?
— Конечно. Она же волнуется. Ты всё время в командировках, она думает, вдруг что-то случится.
Жанна села напротив золовки.
— Катя, отдавай ключи. Мне неинтересны твои объяснения.
— А что ты вообще понимаешь? — вдруг резко сказала Катя. — Ты к нам в семью пришла три года назад. А мы с мамой Лёньку всю жизнь растили. Мы за ним приглядываем, потому что это наше дело!
— Катя! — одёрнул её Леня.
— Что «Катя»? Всё правильно говорю! Она возомнила, что теперь тут главная. А ты вообще забыл, как мы тебя поднимали, когда тебе плохо было? Когда ты без работы сидел два года назад?
Жанна встала.
— Хватит. Ключи отдавай и уходи.
Катя резко поднялась.
— Вот так вот, да? Выгоняешь?
— Да. Именно так.
Золовка достала из сумки связку ключей, швырнула её на стол.
— Держи свои ключи! Лёнь, ты это видишь? Она меня выгоняет!
Леня молчал. Катя схватила куртку и направилась к выходу. Обернулась на пороге.
— Мама узнает об этом. И ей это не понравится.
Дверь хлопнула. Жанна взяла ключи со стола, сжала в руке. Леня подошёл, хотел обнять, но она отстранилась.
— Не сейчас.
Она прошла на кухню, села за стол. Руки дрожали. Через несколько минут зазвонил телефон Лени. Он посмотрел на экран.
— Мама.
— Отвечай.
Леня взял трубку, включил громкую связь.
— Алло, мам.
— Леонид! Что ты там творишь?! Катька мне только что позвонила, вся в слезах! Говорит, что Жанна её выгнала и ключи отобрала!
— Мам, Катя приходила в нашу квартиру, когда нас не было.
— Ну и что? Я её попросила! Ты же всё время в разъездах, кто-то должен за домом следить!
Жанна подошла к телефону.
— Нина Петровна, это Жанна. Никто не должен следить за нашим домом. Это наша квартира.
— Ах, вот оно что! Жанночка, значит, теперь мы чужие? А когда помощь нужна была? Когда вы съехали от меня, когда денег на мебель не хватало — кто помогал? Я! Я тебе десять тысяч дала, или забыла?
— Нина Петровна, мы эти деньги вернули через два месяца. Полностью.
— А всё равно! Леонид, ты чего молчишь? Ты позволяешь жене так с твоей матерью разговаривать?
Леня закрыл глаза.
— Мам, Жанна права. Катя не должна была приходить без нашего ведома.
— Без ведома?! Леонид, это же твоя сестра! Ты что, совсем забыл, как она тебя в школу собирала, когда ты маленький был? Как мы вместе после того, как отец ушёл...
— Мам, хватит! Это другое!
— Ничего не другое! Значит, так! Раз уж мы теперь чужие, раз моя дочь вам мешает, то и я больше к вам не приду! И помощи от меня не ждите!
Гудки отбоя. Леня положил телефон на стол и опустился на стул.
— Господи.
Жанна села рядом.
— Это только начало. Завтра на работе все узнают. Катя уже наверняка всем написала.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я знаю твою сестру. Она сейчас будет играть роль жертвы. И все будут считать меня плохой женой.
Леня посмотрел на неё.
— Ты правда так думаешь?
— Уверена.
И она оказалась права. В понедельник утром, когда Жанна пришла в офис, к ней подошла Вера. Лицо у коллеги было любопытным.
— Жанна, слышь, а у вас там что случилось? Мне Катька твоя в соцсетях написала. Говорит, ты её выгнала и ключи отобрала. Типа она помогала, а ты неблагодарная.
Жанна повесила куртку и села за стол.
— Вер, не хочу обсуждать.
— Ну ладно, ладно. Просто странно всё как-то.
Весь день Жанна чувствовала на себе взгляды. Коллеги шептались, отворачивались, когда она проходила мимо. К обеду она уже пожалела, что вообще пришла на работу.
Вечером дома она сидела на кухне и смотрела в окно. На улице шёл снег, крупный, красивый. Раньше она любила такую погоду. Сейчас просто смотрела и ничего не чувствовала.
Леня пришёл поздно. Молча разделся, прошёл на кухню. Сел напротив.
— Мне мама весь день звонила. Я не брал трубку.
— Правильно.
— Жанна, нам надо поговорить.
Она посмотрела на него.
— Давай.
— Я понимаю, что всё сделал неправильно. Понимаю, что должен был тебе сказать. Но это моя мать и сестра. Они ждут от меня помощи.
— И что ты предлагаешь? Вернуть Кате ключи?
— Нет! Просто... не знаю. Может, нам надо с ними встретиться? Поговорить нормально?
Жанна покачала головой.
— Леня, ты до сих пор не понял? Дело не в ключах. Дело в том, что ты принял решение за нас обоих. Ты решил, что можешь распоряжаться нашим домом без моего согласия. Потому что мама попросила. Потому что это твоя сестра.
— Я хотел как лучше.
— Лучше для кого? Для Кати? Для мамы? А для меня?
Леня молчал. Жанна встала.
— Я устала. Мне надо подумать.
Она ушла в спальню и легла, не раздеваясь. Слёзы душили, но она не плакала. Просто лежала и смотрела в темноту.
***
Утром во вторник, собираясь на работу, Жанна решила проверить почтовый ящик. Достала квитанции, просмотрела — и замерла. Счёт за воду был почти в полтора раза больше обычного.
Она поднялась в квартиру, прошла к счётчикам. Записала показания и сравнила с предыдущими. Расход действительно вырос.
— Леня, посмотри на это.
Муж подошёл, взглянул на квитанцию.
— Странно. Мы же в командировках были.
— Вот именно. А вода текла.
Жанна достала телефон и позвонила в управляющую компанию. Девушка на том конце провода обещала прислать историю показаний за последние три месяца на электронную почту.
Через полчаса письмо пришло. Жанна открыла таблицу и начала сравнивать. Ноябрь — резкий скачок расхода. Декабрь — ещё больше. Январь — стабильно высокий.
— Она тут жила. Всё это время.
Леня смотрел на экран и молчал. Лицо его было серым.
— Мне надо с ней поговорить.
— Звони.
Он набрал номер Кати, включил громкую связь. Гудки. Пять, шесть. Наконец ответила.
— Да, Лёнь.
— Катя, ты жила в нашей квартире?
Пауза.
— О чём ты?
— Не ври. У нас счета за воду и свет. Расход вырос в полтора раза с ноября. Ты жила тут, да?
Ещё одна пауза. Потом вздох.
— Ладно, жила. Последние два месяца. Ну и что?
— Как «и что»?! Катя, ты вообще понимаешь, что ты сделала?!
— Понимаю. У меня проблемы были с квартирой! С хозяйкой конфликт вышел, она меня практически выгнала! А новую снять дорого! Я думала, переживу тут пару месяцев, найду вариант нормальный. Вы же всё равно не дома!
Жанна взяла телефон.
— Катя, почему ты не сказала? Почему не попросила помощи нормально?
— А что бы изменилось? Ты бы всё равно против была!
— Откуда ты знаешь? Мы могли бы дать денег в долг на новое жильё. Могли бы помочь с поиском. Но ты предпочла обманывать.
— Не обманывать, а просто не говорить. Это разные вещи.
— Для тебя, может быть. Для меня — нет.
Катя отключилась. Жанна положила телефон и посмотрела на мужа.
— Что будем делать?
— Не знаю. Мне стыдно, Жанна. Мне правда очень стыдно.
— Мне тоже. Но не за себя. За то, что мы позволили этому зайти так далеко.
Весь день она провела на работе в каком-то тумане. Вечером, когда вернулась домой, увидела, что Леня сидит за столом и что-то пишет на листе бумаги.
— Что это?
— Правила. Для нас. Я думал весь день. Если мы хотим, чтобы такое больше не повторилось, нам нужны чёткие правила.
Жанна подошла, посмотрела на лист. Там было написано:
«1. Все важные решения принимаем вместе.
2. Помогаем родным, но открыто и честно.
3. Наш дом — наша территория, вход только с разрешения обоих».
Она медленно села рядом.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно. Жанна, я понял. Понял, что был не прав. Что нельзя так. И я не хочу, чтобы между нами была эта... пропасть.
Жанна взяла ручку и дописала:
«4. Если возник конфликт — обсуждаем сразу, не откладывая».
Леня кивнул. Они ещё полчаса сидели, обсуждая детали, дописывая пункты. Когда закончили, список занимал целую страницу.
— А теперь что?
— А теперь надо поговорить с Катей. И с мамой. Но вместе. И честно.
На следующий день, в среду вечером, к ним приехала Нина Петровна. Без Кати — та отказалась, сказала, что не хочет больше видеть Жанну.
Свекровь села за стол на кухне, сложила руки. Лицо у неё было жёстким.
— Ну? Чего хотели?
Леня посмотрел на мать.
— Мам, нам надо всё обсудить. Спокойно.
— Обсуждать нечего. Ты выбрал жену. Это твоё право.
Жанна вздохнула.
— Нина Петровна, дело не в выборе. Дело в том, что Катя поступила неправильно. И вы это понимаете.
— Я понимаю, что моя дочь осталась практически на улице! И никто ей не помог!
— Она могла попросить. Мы бы помогли.
— Как же. Помогли бы. Ты с самого начала против неё была!
— Это неправда. Я просто хотела, чтобы нас уважали. Чтобы не обманывали.
Нина Петровна замолчала. Потом тяжело вздохнула.
— Ладно. Виновата. Это я ей разрешила. Думала, вы и не узнаете. У девочки правда проблемы были. А я не могу её к себе взять — живу в однушке, места нет.
Жанна кивнула.
— Я понимаю, что вы хотели помочь. Но делать это надо было по-другому. Честно.
— Ты права. Перегнули мы. Но, Жанна, ты уж Лёню не вини сильно. Это я на него давила. Говорила, что он родных не ценит, если сестре не поможет.
Леня посмотрел на мать.
— Мам, но я же взрослый человек. Я сам принял решение. И оно было неправильным.
Нина Петровна встала.
— Ладно. Поговорю с Катькой. Пусть извинится. И деньги за коммуналку верну.
— Не надо денег. Правда. Просто... чтобы больше так не было.
Свекровь кивнула и ушла. Жанна и Леня остались сидеть на кухне.
— Ну что, получилось?
— Вроде да. Но это только начало.
И она была права. На следующий день, в четверг вечером, позвонила Катя. Голос у неё был тихим.
— Жанна, можно я приеду? Поговорить хочу.
— Приезжай.
Через час золовка стояла на пороге. Без куртки, в свитере. Глаза красные.
— Можно войти?
— Заходи.
Они сели в гостиной. Катя долго молчала, потом заговорила:
— Мне стыдно. Правда стыдно. Я не права была. Не должна была так поступать.
Жанна кивнула.
— Я понимаю, что у тебя проблемы были. Но ты могла попросить по-человечески.
— Мне просто... мне стыдно было. Вы оба такие успешные. У вас всё получается. А я в магазине за копейки работаю. Мне казалось, что если я попрошу, вы подумаете, что я неудачница.
Леня, который молчал до этого, наклонился вперёд.
— Кать, мы же родные. Конечно, мы бы помогли.
Катя всхлипнула.
— Я квартиру нашла. Съёмную. Завтра заселяюсь. Мама помогла с деньгами на первый взнос.
— Это хорошо, — сказала Жанна. — И я рада, что ты пришла.
Катя посмотрела на неё.
— Ты правда рада?
— Да. Потому что честность — это важно.
Золовка кивнула и встала.
— Я пойду. Спасибо, что выслушали.
Когда она ушла, Жанна прислонилась к спинке дивана.
— Устала?
— Очень. Но, кажется, самое сложное позади.
***
В пятницу вечером они сидели дома вдвоём. Леня готовил ужин, Жанна просматривала почту. Вдруг он подошёл, положил перед ней листок с правилами.
— Подпишем?
Она улыбнулась.
— Серьёзно?
— Абсолютно.
Жанна взяла ручку и расписалась внизу. Леня поставил свою подпись рядом.
— Теперь это официально, — сказал он и засмеялся.
— Ты странный.
— Зато честный.
Вечером позвонила Нина Петровна. Голос у неё был мягким.
— Жанночка, спасибо тебе. За то, что дала Катьке шанс. Она мне рассказала, как вы поговорили.
— Нина Петровна, я не хочу ссориться с вами. Правда не хочу.
— И я не хочу. Ты, конечно, строгая, но справедливая. Леонид повезло с тобой.
После разговора Жанна положила телефон и посмотрела на мужа.
— Кажется, мы справились.
— Кажется, да.
В субботу утром Жанна проснулась от солнца, которое било в окно. Встала, подошла к окну. На улице было морозно, но ясно. Снег блестел на солнце.
Леня обнял её сзади.
— Доброе утро.
— Доброе.
— О чём думаешь?
— О том, что мы прошли через это. И остались вместе.
— А ты думала по-другому?
Жанна повернулась к нему.
— Не знаю. Мне было страшно. Страшно, что ты выберешь мать и сестру. Что для тебя они важнее.
— Жанна, ты — моя семья. Первая. А они — родные, но это другое.
Она кивнула и положила голову ему на плечо.
В воскресенье днём раздался звонок в дверь. Леня открыл — на пороге стояла Катя с коробкой в руках.
— Можно?
— Заходи.
Золовка прошла на кухню, поставила коробку на стол. Внутри был торт.
— Это вам. В честь моего новоселья. Ну и... в честь того, что вы меня простили.
Жанна достала тарелки.
— Спасибо. Садись, расскажешь, как квартира?
Катя села, и они стали разговаривать. О квартире, о работе, о планах. Разговор был лёгким, без напряжения.
Когда золовка собралась уходить, Жанна проводила её до двери.
— Катя, если что-то нужно будет — говори. Правда. Мы поможем.
— Спасибо. Я буду. Честно буду.
Дверь закрылась. Жанна вернулась на кухню, где Леня убирал посуду.
— Ну что, конец истории?
— Надеюсь, что да.
Она подошла, обняла его.
— Ты молодец. Справился.
— Мы справились. Вместе.
Вечером они сидели на диване, смотрели фильм. Телефон Жанны завибрировал — сообщение от Ольги.
«Как дела? Всё наладилось?»
Жанна набрала ответ: «Да. Всё хорошо. Спасибо, что была рядом».
Положила телефон и снова прижалась к мужу. За окном шёл снег. В квартире было тепло и тихо.
Это была их квартира. Их дом. И теперь они точно знали, как его защитить.