Святки подходят к концу — и это особое время. После череды праздников в морозном воздухе чувствуются перемены: уже не хочется добавлять — ни впечатлений, ни слов, ни дел. Хочется пройтись по зимнему Петербургу, посмотреть и выбрать то, что сейчас ложится на душу.
Italy и семейная география
И я зашла в Italy на Петроградке. И вдруг — щёлкнуло: эта же команда рестораторов открывала ресторан на Кипре. Там, вдали от дома, наш зять угощал тестя и тёщу. География разная, а ощущение одно — когда за столом тебе хорошо и спокойно, где бы ты ни был.
Старый Новый год внутри ресторана Italy
Внутри оказалось удивительно тепло и уютно, пахло кофе с корицей. Украшения — будто из детства: бумажные гирлянды из колечек, ёлка, ностальгические детали. И вдруг стало ясно — Старый Новый год ещё не ушёл. Он просто спрятался здесь, в этом уюте, где не спешат и не выключают свет сразу после праздника.
Ёлка стоит совсем близко — не на площади, а у порога. Ветви густые, тёмно-зелёные, тёплый свет гирлянд не мигает, а дышит. И среди бумажных цепей, лент, золотых фигурок — белая лошадка-качалка. Игрушечная, как в детстве. Фетровая, с чёрным крестиком уздечки, с золотым гребешком гривы, со звёздочкой на боку. Она замерла в вечном движении — туда-сюда, туда-сюда, как само время в праздники.
Такие лошадки бывают только в памяти. Не в магазинах — там они слишком гладкие. А эта словно сделана руками: чуть наивная, чуть неидеальная, зато живая. Из тех, что качались когда-то под ёлкой, пока взрослые разговаривали, а дети уже засыпали, прижимая к себе воздух, наполненный хвоей и ожиданием.
- Вы сами клеили гирлянды, - спросила я, улыбаясь, официанта. Это было самое простое ёлочное украшение, которое с детками мастерят в саду. Мы с Тео тоже такие сделали в декабре.
- Нет, это команда дизайнеров, - с гордостью ответил парень.
Ну что ж, тогда нам с внуком можно подаваться в оформители!
А за ёлкой — окна. И в них отражается город.
Из этих окон я вижу магазин Императорского фарфора. Белизна витрин, спокойствие форм, та самая сдержанная торжественность, которую ни с чем не перепутаешь. Фарфор там не кричит — он знает себе цену. Он помнит времена, когда вещи делали не «на сезон», а «чтобы осталось». Когда чашка была не просто чашкой, а частью уклада. Когда узор говорил о вкусе, а не о моде.
И вдруг всё это — лошадка на ёлке, фарфор за окном, мягкий зимний свет — складывается в одно ощущение. Непоказного счастья. Того самого, которое не требует объяснений и не нуждается в свидетелях. Когда просто хорошо быть здесь. Смотреть. Помнить. Узнавать себя в этих деталях.
Праздник, оказывается, не только в датах и местах, даже если это Петербург. Он в том, что некоторые вещи остаются с нами навсегда — качаясь, как эта лошадка, между прошлым и настоящим. А у вас есть такие предметы — тихие, простые, но без которых зима: Святки, старый Новый год, Крещение, были бы не совсем настоящими? Ваша святочная Лилиана