Уильям Квиббл, казначей, опаздывал в банк и проклинал прогресс. Туман был настолько густым, что даже свет газовых фонарей тонул в нем, как в патоке. А еще этот вечный шипящий грохот!
Из молочной мути перед ним вынырнуло шестиногое чудовище размером с пони, похожее на помесь парового котла и паука. Автоматон «Верный» гордо шагал, неся на спине десять корзин с булками, мелодично свистя клапанами. Уильям посторонился, и его цилиндр сбил клешнями восьминогий уличный чистильщик обуви, бодро пыхтящий паром и предлагающий «надраить до зеркала за пенни».
«Кошмар! — мысленно ворчал Уильям, пробираясь дальше. — При королеве Анне туман был приличным, а небоскребы из кованого чугуна не загораживали солнце».
На углу Пикадилли он столкнулся с проблемой. Двухэтажный омнибус-многоножка, ведомый усатым инженером наверху, заблокировал улицу, спутав ноги с патрульным автоматоном из Скотланд-Ярда. Тот, похожий на ходячий чайник с медным шлемом, пытался выписать штраф свистками и струйками пара, что только усугубляло путаницу.
«Все пропало, — подумал Уильям, глядя на карманные часы. — Опоздаю».
И тут его осенило. Он снял цилиндр, ловко подцепил им клубок пара, вырывающийся из клапана на тротуаре, и направил струю прямо в сложный механизм, заплетающий конечности омнибуса. Раздалось шипение, щелчок — и патрульный, потеряв равновесие, грохнулся на спину, беспомощно двигая лапами, как перевернутый майский жук. Путь был свободен.
В банке его уже ждал разгневанный начальник, мистер Снодграсс, чье лицо всегда напоминало сморщенное яблоко.
«Квиббл! Вы опоздали на три минуты!»
«Виноват, сэр, — отчеканил Уильям, ставя на стол цилиндр, из которого еще валил легкий дымок. — Пришлось исполнять общественный долг. Помогал правоохранительным механизмам. Вы же не хотите, чтобы я прошел мимо нарушения парового регламента?»
Снодграсс, фанат правил, даже побледнел (насколько это позволяло его лицо).
«Нарушение регламента? Что ж… Вы поступили правильно, Квиббл. Прилежно. Займите свое место».
Уильям сел за конторку, спрятав ухмылку. Снаружи доносилось шипение, лязг и мелодичный свист «Верного». Может, в этом новом веке было что-то путное. Хотя бы для тех, кто умел пускать пар в нужном направлении.