С Виталием мы встречались два месяца. Ему тридцать девять, мужчина видный, работает начальником отдела продаж в одном из автосалонов нашего города. Позиционировал себя как гурмана, любителя «домашнего уюта». Все жаловался, что современные женщины разучились готовить, все по доставкам да по ресторанам, а ему хочется «тепла рук».
Я готовить люблю, для меня это медитация. В ту субботу решила его порадовать. Задумала приготовить говядину по-бургундски, но в своей авторской интерпретации. Купила хорошую говядину, свежие овощи, хорошее красное вино для соуса, тимьян, розмарин.
Процесс занял полдня. Сначала обжарка мяса до корочки, потом пассеровка овощей, потом это все томилось в духовке три часа на медленном огне. Аромат стоял такой, что слюнки текли еще в коридоре. Мясо стало нежнейшим, распадалось на волокна, соус загустел и блестел, овощи пропитались соками. К этому я сделала воздушное картофельное пюре со сливочным маслом и укропом.
Виталий приехал к семи. Я накрыла стол: скатерть, свечи, красивые приборы. Чувствовала себя немного уставшей, но счастливой. Хотелось увидеть его восторг.
Он сел за стол, потер руки:
- Ну, хозяюшка, чем потчевать будешь?
Я торжественно поставила перед ним глубокую тарелку с дымящимся рагу и пюре.
Виталий заглянул в тарелку. Улыбка сползла с его лица. Он взял вилку, поковырял мясо, поднял кусок разваренной моркови, брезгливо понюхал.
- Оль, это че такое? - спросил он, глядя на меня с недоумением.
- Это говядина, томленая с овощами в винном соусе. Попробуй, мясо тает во рту.
Он бросил вилку на стол.
- Томленая? Это месиво какое-то. Цвет какой-то коричневый, все в кучу. Овощи вареные эти... Выглядит, если честно, не очень аппетитно.
У меня внутри что-то оборвалось.
- Виталь, это рагу. Оно и должно так выглядеть. Главное — вкус. Я четыре часа это готовила.
- Четыре часа? - он хохотнул. - Зачем? Чтобы продукты перевести? Слушай, без обид, но у меня мама в деревне подобным собак кормит. Варит им вот такое же варево из костей и овощей в большом чане. Называет «болтушка».
В кухне стало очень тихо. Я смотрела на свое блюдо, в которое вложила душу и немаленькую сумму денег, а слышала про собачий чан.
- То есть ты сравниваешь мою еду с помоями для собак? - уточнила я спокойно.
- Ну зачем передергиваешь? - поморщился он. - Я просто говорю, что мужику нормальная еда нужна. Кусок мяса жареный, макароны, картоха с корочкой. А это... ну реально, как будто кто-то уже поел это до меня. Не мужская это еда. Есть пельмени? Или сосиски? Свари мне по-быстрому, а то я голодный как волк. А это сама ешь.
Он отодвинул тарелку на край стола, всем видом показывая, что к «этому» он не притронется. Ждал, что я сейчас побегу варить пельмени, извиняясь за свою «неудачу».
Вместо этого я встала, забрала его тарелку. Потом подошла к плите, положила себе большую порцию. Налила бокал вина. Села напротив него и начала есть.
- Ммм, божественно, - сказала я, пробуя первый кусочек. - Мясо идеальное.
- Ты издеваешься? - набычился Виталий. - Я жду вообще-то.
- Чего ждешь?
- Ужина.
- А ужина не будет, - я отпила вина. - Этот ужин только для людей с вкусом. Для тех, кто ценит французскую кухню и чужой труд. А любители пельменей могут идти в пельменную. Или к маме в деревню.
Он покраснел, начал говорить что-то про то, что «баба должна подстраиваться под вкус мужика», что я «слишком высокого мнения о своей стряпне».
- Виталий, - перебила я его. - Разговор окончен. Ты оскорбил меня, мой труд и мой дом. Я не буду кормить мужчину, который сравнивает мою заботу с собачьей едой. Дверь за твоей спиной.
Он ушел, громко возмущаясь, что «все бабы чокнутые». А я доела ужин в тишине. Было обидно до слез, но рагу и правда получилось восхитительным. А через неделю я встретила коллегу, угостила его этим же рецептом (принесла на обед в офис), и он попросил добавки.
Давайте разберем ситуацию:
Сравнение с мамой. Это маркер инфантильности. Мужчина в 39 лет не имеет своих вкусовых предпочтений, он живет шаблонами детства. Все, что не похоже на мамину стряпню (или простую деревенскую еду), воспринимается как «неправильное» и враждебное.
Отсутствие культуры благодарности. Даже если блюдо выглядит непривычно, воспитанный человек сначала попробует, поблагодарит за труд, а потом мягко скажет о своих предпочтениях. Фраза про «собак» — это сознательное желание унизить, уколоть побольнее, показать свое превосходство («я мужик, я решаю, что вкусно»).
Гастрономическая несовместимость. Это кажется мелочью, но на самом деле это про разный уровень развития. Вы стремитесь к эстетике, к новому опыту (сложный рецепт, вино). Он стремится к базовому насыщению (сосиски, макароны). В быту эта пропасть стала бы огромной: он бы критиковал ваши книги, ваши фильмы, ваш стиль одежды, называя все это «ерундой» и требуя «простоты».
Вы не потеряли мужчину. Вы избавились от критика, которому невозможно угодить, если не опуститься до уровня «тазика с пельменями».
А ваш партнер когда-нибудь критиковал вашу еду так, что пропадало желание готовить навсегда? Как вы реагировали?