В дымном сердце Лондона, где смог скрывал солнце, а запах конного помёта считался приправой к воздуху, жил в скрипучем особняке сэр Альберик Пайпервинк. Коллеги из Королевского общества наук звали его не иначе как «Чокнутый Альберик», ибо вместо паровых гигантов он мастерил нечто… изящное и нелепое.
Его главным творением были не бронированные титаны, а «Вежливые Механические Помощники». Сэр Брандл — робот-дворецкий из позолоченной меди и полированного ореха, чьей главной страстью было безупречно натирать столовое серебро и читать скучные лекции о пользе пунктуальности. Леди Целестина — ажурный автомат в кринолине, писавший стихи и способный одним точным выстрелом из чайной ложки сбить муху с портрета Королевы. И Барнэби — неуклюжий шарообразный робот на колёсиках, чьей задачей было подносить инструменты, но который вечно всё ронял с грохотом и громко извинялся визгливым фальцетом.
Однажды, когда лорд-мэр готовился к визиту Принцессы, великий паровой локомотив-очиститель улиц «Молотобой» взбунтовался, сорвался с цепи и помчался крушить фонари и лавки. Гвардейцы в ужасе бежали, а инженеры лишь качали головами: остановить чудовище можно, лишь проникнув в его котёл и вытащив «сердце» — перегретый кристалл.
— Элементарная задача для точности и изящества, — провозгласил сэр Альберик, поправляя пенсне. — Вперёд, мои дорогие!
Толпа замерла в изумлении. Сэр Брандл, щёлкая клапанами, взобрался на мчащегося исполина, прокричав: «Простите за беспокойство, сэр! Вы нарушаете муниципальный устав!». Леди Целестина, рассчитав траекторию, выстрелила в смотровое стекло кабины заварным пирожным, ослепив машиниста-автомата. А маленький Барнэби, по команде хозяина, катился прямо под раскалённые колёса.
Все ахнули, но шарик ловко юркнул в технический люк. Внутри он, спотыкаясь и извиняясь, добрался до сердца «Молотобоя». Не имея силы вытащить кристалл, он просто… сел на него, закрыв своим корпусом вентиляционные щели. Перегревшись, «Молотобой» фыркнул, захлопал клапанами и застыл как вкопанный. Из люка выкатился закопчённый Барнэби, весело распевая: «Миссия выполнена! Чаю не желаете?».
Принцесса была в восторге. Лорд-мэр, краснея, вручил Альберику медаль «За спасение города методом, вызывающим крайнее недоумение». А «Чокнутого Альберика» и его механическое семейство пригласили ко двору. Теперь сэр Брандл натирает королевские подсвечники, Леди Целестина сочиняет оды, а Барнэби, украшенный орденской лентой, счастливо катается по блестящим паркетам Букингема, вечно натыкаясь на ножки стульев и звучно извиняясь перед изумлёнными герцогами. Ибо иногда прогресс измеряется не мощностью пара, а силой изящной идеи и… хорошими манерами.