Когда-то я думал, что любовь — это когда два одиночества находят друг друга и перестают быть одинокими. Сливаются в одно целое, тёплое и неразделимое. «Мы — одно», — говорили они. И в этой фразе мне слышалась окончательная победа над пустотой внутри.
Пока я не увидел, во что превращается это «одно» со временем. Оно становилось тесным. Душным. Два человека, отчаянно вцепившиеся друг в друга, пытались залатать дыры в душе партнёра обрывками своей. Получалась лоскутная, нелепая конструкция, которая постоянно грозила разорваться по старым швам. Это было не целое. Это было два половинчатых ожидания, склеенные страхом.
Потом я увидел другую историю. Её герои — двое, которые пришли в отношения, неся в руках своё, выстраданное, законное одиночество. Не как проклятие, а как выверенный внутренний ландшафт. Со своими холмами мечтаний, оврагами грусти и тихими озёрами самости.
Они не бросились этими ландшафтами обмениваться. Не стали бегать по территории друг друга с лопатой и саженцами, перекапывая всё под свой вкус. Они остановились у границы. И поставили палатку.
Сначала — просто рядом. Потом, по мере узнавания, — всё ближе. Эта палатка и стала третьим пространством. Общим. Не «его» и не «её». А НАШИМ.
В этом пространстве были свои правила:
- Право на свою территорию. Можно уйти в свой внутренний лес, чтобы собрать мысли, и тебя не будут дергать: «Ты чего такой тихий? Ты меня разлюбил?». Тебя будут ждать у костра в общей палатке.
- Обмен дарами, а не долгами. Он приносил из своих долин диковинные камни-идеи. Она — со своих лугов букеты тонких наблюдений. И это был дар, а не плата за внимание.
- Совместное возделывание. Они взялись не переделывать земли друг друга, а облагораживать то самое третье пространство. Сажали в нём цветы общих ритуалов, строили мосты честных разговоров, разводили огонь взаимного интереса.
Иногда на его территорию накатывал шторм старой боли. Иногда её затягивало туманом сомнений. Они не лезли с спасательными операциями, нарушая суверенитет. Они просто светили со своей стороны фонарём: «Я здесь. Я вижу твою бурю. Я верю, что ты справишься. Если захочешь, я подам тебе верёвку или просто посижу в твоём дожде молча».
Их сила была не в слиянии, а в качестве связи. В том, чтобы быть двумя сильными, отдельными столпами, на которые можно опереть крышу общего дома. Если два столпа сольются в один — конструкция рухнет.
Сейчас, глядя на них, я понимаю: они не победили одиночество. Они подружились с ним внутри себя. И благодаря этой дружбе смогли выстроить между собой не симбиоз, а мост. По этому мосту они ходят в гости друг к другу, не требуя паспортного контроля и прописки. А потом возвращаются в свою общую палатку, в то самое третье пространство, которое создали вместе, и которое стало для них больше, чем просто сумма двух одиночеств.
Оно стало целым миром. Миром, который они не нашли, а сотворили. И в этом, кажется, и есть секрет крепких отношений.
TALLER WAY.
