Бывший пилот Формулы-1, занимавший должность стюарда FIA в 2021 году, утверждает, что бывший гоночный директор Майкл Маси подарил Максу Ферстаппену чемпионский титул того года в Абу-Даби.
FIA уволила Маси за ненадлежащее проведение финального этапа сезона в Абу-Даби в том году. Он организовал рестарт с хода на последнем круге гонки, позволив вернуться в круг лишь некоторым отставшим на круг гонщикам. Перегруппировка пелотона, осуществленная Маси, расчистила путь для Ферстаппена, который на последнем круге обогнал Льюиса Хэмилтона на более свежих шинах, выиграв гонку и обеспечив себе чемпионский титул.
Дэнни Салливан был стюардом пилотов в двух этапах сезона Формулы-1 2021 года, но не в спорном финале. Он сказал, что решение Маси оставило Хэмилтона беззащитным.
«Для стюардов не было никаких замечаний по этому поводу», — сказал Салливан изданию Epartrade. «Люди кричали ему, что не хотят финишировать под желтыми флагами, потому что это выглядело бы некрасиво. Поэтому он пропустил пять машин, что, по сути, дало Максу шанс. Ну, по правилам, он должен был пропустить все машины, отставшие на круг. Но если бы они так сделали, то не финишировали бы под зеленым флагом. Им пришлось бы финишировать под желтым, потому что остальные машины, отставшие на круг, находились дальше от основной группы. Он пропустил пятерых, а затем поставил Макса прямо за Льюисом. Макс перед этим остановился на пит-стоп для смены шин, Льюис — нет, он ехал на квалификационных шинах, на мягких. У шин Льюиса уже было 44 круга. На этом этапе не было ни малейшего шанса, что он его не обгонит. По сути, этим решением Маси подарил ему чемпионский титул».
FIA подтвердила, что Маси допустил «человеческую ошибку», когда три месяца спустя опубликовала свой отчет по поводу возникшего спора. В нем рекомендовалось сократить рабочую нагрузку гоночного директора в будущих сезонах.
Салливан сказал, что давление чемпионата сказалось на Маси, который три года назад сменил на этом посту многолетнего директора гонки Чарли Уайтинга: «Справедливости ради, Майкл уже провел 23 гонки в этом сезоне. Весь чемпионат — это сплошные споры. Это большое давление. И опять же, это моя точка зрения. Это мое мнение, и каждый может это обсуждать как хочет и сколько хочет».
После ухода из Формулы-1 Маси стал председателем комиссии Supercars, а затем в начале этого года перешел на новую должность в MotorSport New Zealand. В интервью 2022 года стало известно, что он подписал соглашение о неразглашении информации с FIA.
Салливан, который стартовал в 15 Гран-при за команду «Tyrrell» в 1983 году, не единственный бывший гонщик, покинувший пост стюарда в последние годы. Джонни Херберт завершил свое 15-летнее участие в программе стюардов для гонщиков в прошлом году, заявив, что некоторые представители автоспорта лоббировали президента FIA Мохаммеда Бен Сулайема с целью найти ему замену.
Салливан охарактеризовал давление, с которым сталкиваются официальные лица, как немного токсичное. Чемпион IndyCar CART 1988 года также был недоволен тем, что ему запретили публично говорить о решениях, в принятии которых он принимал участие.
«Из-за частых поездок обстановка стала более напряженной», — сказал он. «Стюарды находятся под большим давлением, чтобы принимать правильные решения и так далее — что и нужно делать, но нас критиковали, не давая возможности ответить, и я считаю, что это было несправедливо».
Он отрицал, что когда-либо видел какие-либо признаки предвзятости среди своих коллег-стюардов: «Я хотел бы прояснить один момент: в комнате находится стюард, представляющий пилотов, но там также присутствуют еще три стюарда, поэтому это решение принимается коллегией. Было несколько случаев, когда мое решение отменялось, хотя я считал, что был прав, но другие члены коллегии не согласились со всей имеющейся у нас информацией. И чтобы это доказать, общественности, вероятно, было бы интересно это знать, имеющиеся у нас данные неопровержимы. Ничего подобного нет. У нас есть записи с камер видеонаблюдения всех пилотов. У нас есть данные о положении дроссельной заслонки, давлении в тормозной системе, поворотах руля, показания бортовых камер. Во многих случаях мы опрашиваем пилотов, если ситуация остается неясной после инцидента. Так что это очень тщательный сбор данных. За все 14 лет моей работы я ни разу не почувствовал предвзятости ни с чьей стороны. Никто не говорил: «Ну, это мой приятель, поэтому я буду выносить решение в его пользу» или что-то в этом роде. Все было довольно просто и честно».