Для русских художников первой половины XIX века поездка в Италию была неотъемлемой частью творческой карьеры. Выпускники Императорской Академии художеств ездили в Рим и другие города Италии, чтобы увидеть шедевры мирового искусства и совершенствовать собственное мастерство. Культуролог Юлия Михаревич рассказала о 7 шедеврах об Италии, написанных русскими художниками. Картины из нашего «Музейного маршрута» можно увидеть в Третьяковской галерее в Лаврушинском переулке.
1. Фёдор Матвеев. Вид Рима. Колизей
Фёдор Матвеев (1758–1826) — мастер пейзажа эпохи классицизма, «русский Пуссен», как называли его современники. В 1779 году он стал первым выпускником ландшафтного класса Императорской Академии художеств, удостоенным большой золотой медали. Получив право на пенсионерскую поездку, в 1780 году Матвеев отправился в Рим, где совершенствовался в мастерской немецкого художника Якоба Филиппа Хаккерта. По окончании обучения финансовые трудности вынудили его остаться в Италии. Для заработка Матвеев сопровождал русских аристократов в поездках по Европе: в 1783 году путешествовал с князем Трубецким во Флоренцию, а через год с князем Вяземским по Европе. В 1807 году Академия в знак признания его заслуг присвоила ему звание академика ландшафтной живописи. Художник следовал приёмам прославленных мастеров, высоко чтил пейзажистов Никола Пуссена и Клода Лоррена, однако не пренебрегал работой с натуры в многочисленных путешествиях.
Пейзажи Фёдора Матвеева выполнены в традициях классицизма, для которого характерен интерес к античным древностям. Художники стремились передать величие прошлого, гармонию и совершенство пропорций античных построек, даже если от них остались только развалины и руины. На картине «Вид Рима. Колизей» Матвеев запечатлел важный центр древнего его мира — амфитеатр Колизей. Он изобразил памятник античности достоверно и узнаваемо, показывая его с археологической точностью. Матвеев, вдохновлённый жизнью в Италии, запечатлел сцены из жизни обычного народа: мы видим монахов перед образом Девы Марии, пасущийся скот, прогуливающиеся пары.
2. Сильвестр Щедрин. Новый Рим. Замок Святого Ангела
Сильвестр Щедрин (1791–1830), племянник известного скульптора Феодосия Щедрина, поступил в Императорскую Академию художеств в девять лет и окончил её в 1811 году с большой золотой медалью за пейзаж «Вид с Петровского острова». Как пенсионер Академии, он отправился в Италию в 1818 году, где и провёл всю оставшуюся жизнь: сначала в Риме, а с 1825 года — в Неаполе и Сорренто. Щедрин впервые в русской живописи систематически работал на пленэре и изображал наполненные светом и воздухом итальянские виды. Академия не принимала его отход от традиций классицизма, поэтому прекратила выплату пенсиона. Он скоропостижно ушёл из жизни из-за болезни в 39 лет, не успев вернуться в Россию.
В картине «Новый Рим. Замок Святого Ангела» воплотились новые живописные находки Сильвестра Щедрина. Художник сохраняет традиционные три плана, но уделает большее внимание бытовой сцене с людьми в рыбацких лодках. На втором плане виднеется мавзолей императора Адриана. Позднее он был перестроен и стал называться замком Святого Ангела. Он служил папской резиденцией, тюрьмой и сокровищницей. Оттуда открывается знаменитый вид на мост Святого Ангела и грандиозный собор Святого Петра, возвышающийся на дальнем плане картины. Тибр связывает «старый Рим» и «Рим новый». Повседневная жизнь города интересует художника не меньше архитектурных памятников. Он создает их гармоничное единство, подчеркивая, что низкое и высокое, древнее и современное сосуществуют бок о бок и пронизывают друг друга.
3. Сильвестр Щедрин. Лунная ночь в Неаполе
Сильвестр Щедрин жил и работал в Неаполе последние пять лет жизни. Он несколько раз снимал квартиру на набережной Санта-Лючия, которую считал «лучшим местом для пейзажиста», потому что оттуда разворачивался живописный вид на Везувий, море, горы и бурлящую внизу жизнь города. Этот вид вдохновил его на написание «Лунной ночи в Неаполе».
Художник запечатлевает знаменитый вид на Неаполитанский залив, открывавшийся с улицы Партенопе в районе набережной Санта-Лючия в начале XIX века. Это сердце исторического центра Неаполя. Точка обзора находилась рядом с проездом в Королевский сад. На дальнем плане прослеживается холм Пиццофальконе — один из семи исторических холмов Неаполя, на котором располагался район аристократических палаццо и монастырей. Виднеется купол величественной церкви Сан-Франческо ди Паола, доминирующей над площадью Пьяцца-дель-Плебишито. Справа в ночной тьме угадывается силуэт Кастелло дель Ово, самого древнего замка Неаполя, построенного в 1137 году. Он стоит на небольшом островке Мегариде, соединенном с набережной короткой дамбой для обороны острова. Его народное название («Замок яйца») связано не столько с формой, сколько с средневековой легендой о магическом яйце, спрятанном в его фундаментах Вергилием.
Художник несколько раз запечатлевал оживленный Неаполь при свете дня, но на этой картине погрузил город в темноту. В сумраке четко видны очертания набережной и близлежащих зданий. Собравшихся у костра рыбаков художник расположил на переднем плане. Луна и исходящий от неё свет служили одними из главных мотивов в живописи романтизма, делая пейзаж лиричным и добавляя ему чувственности.
4. Александр Иванов. Аппиева дорога при закате солнца
Александр Иванов провёл в Италии почти три десятилетия своей жизни (с 1830 по 1858 год). Прибыв в Рим как пенсионер Императорской Академии художеств, он посвятил себя работе над грандиозным полотном «Явление Христа народу» («Явление Мессии»), создававшимся с 1837 по 1857 год. Иванов активно изучал наследие итальянского искусства: фрески Микеланджело в Сикстинской капелле, произведения Рафаэля, а также памятники античности в Риме, Неаполе и Помпеях. Однако его интерес был далёк от академического копирования. В поисках предельной достоверности Иванов вышел из мастерской на пленэр, сделав сотни натурных этюдов.
Летом 1845 года Александр Иванов жил в Альбано, городке близ Рима. В письмах художника сохранились его воспоминания о поисках сюжета для будущей картины: «Отыскивая прекрасные места, сильно поражен был видом Рима на девятой миле — в Альбано…» На полотне изображена знаменитая Аппиева дорога, проложенная еще в IV веке до нашей эры. Через нее проходило сообщение Древнего Рима с Грецией, Египтом и Малой Азией. В древности ее называли «царицей дорог», и она была свидетелем триумфальных шествий легионов, движения торговых караванов и походов великих полководцев. Вдоль Аппиевой дороги расположено множество исторических и культурных памятников.
Он запечатлевает древнюю дорогу в момент заката. Солнце, скрытое за горизонтом, заливает землю жарким, золотисто-багряным светом. Уходящая вглубь, к линии горизонта, диагональ дороги создает ощущение бесконечности и исторической протяженности. Едва угадываются очертания монументальных гробниц и молчаливо стоящих по сторонам руин. Атмосферой угасающего дня художник стремился создать образ древней дороги как исторического пути.
5. Иван Айвазовский. Встреча рыбаков на берегу Неаполитанского залива
Путешествие Ивана Айвазовского в Италию в качестве пенсионера Императорской Академии художеств началось в июле 1840 года с посещения Рима. Он также побывал во Флоренции и Венеции, где познакомился с Николаем Гоголем. Художник жил и работал на юге Италии на протяжении четырех лет, часто возвращаясь мыслью в эту прекрасную страну. Во время пенсионерской поездки он совершенствовал навыки и выработал свой метод. Он обладал феноменальной зрительной памятью и умением наполнить вид живым чувством. Основная работа над полотном проходила в мастерской, где быстрые зарисовки, сделанные на пленэре, превращались в пейзажи со своей сюжетной линией.
Картина «Встреча рыбаков на берегу Неаполитанского залива» является ярким проявлением творческого метода и пейзажного мастерства Айвазовского. Художник запечатлевает узнаваемый вид на бухту со стороны Неаполитанского побережья. Мастерски переданы мягкий свет восходящего солнца, динамичные морские волны и окутанный предрассветной дымкой силуэт Везувия. Украшает пейзаж яркий сюжет — встреча возвращающегося из моря отца семейства с женой и детьми. Вслед за Сильвестром Щедриным Иван Айвазовский особое место в пейзаже отводит бытовой сцене. Он изображает не безликие фигуры, а персонажей с определенными характерами, что обогащает сюжетную линию произведения.
6. Николай Лаверецкий. Мальчик-неаполитанец с обезьянкой
Николай Лаверецкий — русский скульптор, представитель позднего академизма. Эту работу он выполнил по заказу Павла Третьякова во время своей пенсионерской поездки в Рим. Художник долго прожил в Италии и в своих скульптурах передавал местный колорит. Интерес к простым людям, их быту и эмоциям нашел свое отражение в его работах.
Особое очарование скульптуре придает выбранный образ ребенка. Мальчик запечатлен в движении, он делает полный решимости шаг вперед, его выражение лица спокойно и уверенно. Контрастирует с состоянием ребенка сидящая у него на плече обезьянка: она прижимает к себе гроздь винограда, боясь её потерять. Вызывает восхищение грация тела мальчика, уверенное движение фигуры, безмятежная улыбка на лице.
Скульптор высоко оценил результаты своей работы. Особенно трепетно он отнесся к выбору материала. Лаверецкий постарался не только найти самый высококачественный мрамор, который ценится у знатоков выше всех остальных, но и показать свое мастерство в его обработке. Выбор материала также связан с отношением мастера к своему герою. Он возвысил его, так как использовал дорогой мрамор, из которого раньше создавали образы высокопоставленных лиц.
7. Лев Лагорио. Фонтан Аннибала в Рокка-ди-Папа близ Рима
Лев Лагорио, сын неаполитанского вице-консула, получил первые профессиональные уроки живописи в феодосийской мастерской прославленного русского мариниста Ивана Айвазовского. После окончания Академии художеств Лагорио на несколько лет отправился за границу, жил и работал в Италии, создавая виды с натуры. За итальянские пейзажи, включая «Вид Рокка-ди-Папа», Императорская Академия художеств в 1860 году удостоила Лагорио звания профессора пейзажной живописи.
Художник изображает Рокка-ди-Папа — древнее местечко близ Рима у подножия горы Монте-Каво, чьи живописные окрестности привлекали многих пейзажистов. В названии местности Кампи-д`Аннибале сохранилась память о некогда располагавшемся здесь лагере карфагенского полководца Ганнибала. Лагорио создает монументальную панораму, следуя канонам академического искусства: высокая точка обзора открывает зрителю величественную и суровую долину с древними руинами, погруженную в состояние вневременного покоя. Горы, озаренные мягким вечерним светом, тонут в сизой дымке, быстрый ручей наполняет бассейн.
Художник был близоруким и использовал бинокль для работы с панорамными видами, однако это не мешало ему запечатлевать увиденное в мельчайших деталях. На переднем плане картины мы видим путника на ослике в сопровождении мальчика-погонщика. Предполагают, что в образе путника художник изобразил себя. Лагорио запечатлел сцены из повседневной жизни итальянцев: женщины полощут белье, одна отдыхает на скамье, другой прячется от солнца в тени, на вершине холма справа работает пахарь. Особенно внимательный зритель увидит пасущуюся козочку. Лагорио виртуозно передаёт световоздушные эффекты. Он выбрал вечернее время и наполнил картину тёплым предзакатным солнечным светом.
ПОЛНОСТЬЮ ЧИТАЙТЕ СТАТЬЮ НА САЙТЕ ЛАВРУС