Диктатура как среда обитания. Почему одним — воздух, а другим — клетка.
Примеры КНДР, Ирана, Беларуси показывают, что определенный процент людей вполне устраивает жизнь при диктатуре. Даже в СССР далеко не все обрадовались демократии и капитализму ы 1991 году.
Мы часто говорим о диктатуре и демократии как о чем-то абсолютном, что для всех одинаково — плохо или хорошо. Черное или белое. Но жизнь, как обычно, сложнее.
Есть люди, которые отлично адаптируются к жизни при диктатуре. И это не только силовики или чиновники, чей хлеб на этом намазан. Нет. Речь об обычных людях. О соседях, о старших родственниках, о коллегах.
Они провели в этой системе всю жизнь, или большую её часть. Не были в других странах, или были туристами — пляж, экскурсия, сувениры. Глубже не копали. Их мир устроен иначе.
Их устраивает:
· Четкость правил. Правила могут быть дурацкими, несправедливыми, но они ЕСТЬ. И они известны. Не надо ломать голову, думать, выбирать. Знай себе следуй. Или делай вид, что следуешь.
· Ощущение стабильности. Пусть это иллюзия, пусть это застой, но завтра будет похоже на сегодня. Нет тревожащей неопределенности.
· Передача ответственности. Не надо самому решать сложные вопросы, нести за них груз. «Так сказали», «так надо», «такова позиция». Ответственность перекладывается на систему, на начальство, на абстрактное «государство». Душевно разгружает.
· Простота картины мира. Есть «мы» и есть «они». Есть «наши» и «враги». Свои — всегда (по крайней мере, на словах) правы. Это дает мощное чувство принадлежности и простые ответы на сложные вопросы.
Им так комфортно. Диктатура (или жесткий авторитаризм, не будем цепляться к словам) для них — не тюрьма. Это дом. Привычный, обустроенный, понятный. Предложи им демократию с её хаосом мнений, необходимостью самоопределяться, митингами, борьбой интересов — они откажутся. Искренне. Им это не нужно. Им это страшно.
А есть другие. Которым в этой системе душно, тошно, невыносимо. Кто задыхается от несвободы, даже если их лично не трогают. Кто видит ложь в каждом новостном выпуске. Кто не может принять правила игры, где главное — не право, а указание. Для них такая жизнь — медленная духовная смерть. Клетка.
И вот в чем парадокс. Обе эти группы живут в одной стране, в одно время. Но в параллельных реальностях.
Первые считают вторых «несчастными мечтателями», «всегда недовольными», «получающими деньги с Запада». Вторые первых — «рабами», «совками», «пушечным мясом системы». И диалога между ними нет. Только взаимное отторжение.
А может, имеет смысл просто признать этот факт? Люди — разные. У них разная психика, разный жизненный опыт, разная потребность в свободе и безопасности. Одним для счастья нужен жесткий порядок и вождь. Другим — свобода и возможность ошибаться.
И именно поэтому диктатуры бывают такими живучими. Их поддерживают не только штыки. Их поддерживают миллионы тех, кому такая жизнь искренне удобна и комфортна. Пока есть эта масса, система устойчива.
Это не оправдание. Это — объяснение. Чтобы понимать, с чем мы на самом деле имеем дело. Борьба идет не просто с режимом. Она идет с человеческой природой целого множества людей, которые свой выбор — сознательный или нет — уже сделали.
Их не переубедить лозунгами о свободе. Для них свобода — это и есть тот самый страшный хаос.
Печально? Да. Но такова реальность. И её надо видеть честно.