– Нас хотят сожрать! Что предпримем? – озабоченно спросил юнга. – Командуйте, мсье губернатор!
– Погоди, – одёрнул его дед. – Дай подумать...
– Может быть, они нас не заметят и уплывут, пополнив запасы воды и еды? – выразил надежду Гийом.
– На побережье столько наших следов, что только совсем незрячий их не заметит и не пойдёт по ним, –объяснил ему Степанов.
– Я тоже так думаю, – согласился Серж.
Туземцы что-то бурно обсуждали на берегу, сбившись в тесные кружки. Диспут длился недолго. Вскоре кучерявый, тучный вожак отдал распоряжения, и темнокожие дикари, развернувшись в цепь, побрели от воды в лесную чащу. Решили проверить остров на предмет наличия двуногой пищи? Вероятно…
– Возвращаемся в форт, ждём первой атаки, отражаем нападение и принимаем удар на себя, чтобы дикари не добрались до загонов со скотом. Отбиваемся, обращаем в бегство разбойников, в итоге – всех уничтожаем. – коротко изложил свой нехитрый план Степанов и умолк, внимательно вглядываясь в лица товарищей.
– Думаешь, как только каннибалы тебя обнаружат, то сразу собьются в кучу и полезут на рожон? – возразил Серж. – Слишком примитивно.
– А что ты предложишь, полковник? – с обидой в голосе поинтересовался старик.
– Начинаем активную партизанскую войну! Выдвинемся к ним навстречу, дадим залп из ружей и заманим их к ямам-ловушкам. Прорвавшихся вперёд нейтрализуем холодным оружием. Так и будем вести туземцев за собой к крепости, по ловушкам, сокращая их численность. В открытый бой не вступать! Силы неравны, забьют дубинами…
– Ладно, будь по твоему! – согласился старик, немного поразмыслив.
Сергей выбрал удобную огневую позицию перед опушкой густого тропического леса и быстро вырыл в песке окопчик для стрельбы лежа. Полковник приготовил к бою оружие: клинок положил по левую руку, кортик воткнул в землю справа, пистолет и мушкет, взял под наблюдение просвет среди деревьев. Гийом тщательно замаскировал полковника ветками и отполз.
В промежутке между деревьями, словно призрак, появился первый тощий абориген, который осторожно ступая по траве, возник между стволами и свисающими лианами.
«Первый пошёл!» – тихо прошептал Серж, наведя на него ствол мушкета. Громыхнул выстрел, туземный разведчик, пронзённый пулей, громко взвизгнув упал, корчась и истекая кровью. Однако на помощь ему никто не кинулся. Строганов решил было перезарядить ружье, но боковым зрением заметил шевеление в высокой траве, сбоку от себя, почти сзади. Мгновенно среагировал – перекатился на спину и, почти не целясь, стрельнул в густую траву из пистолета.
О-о-о! – раздался дикий вопль – пуля раздробила колено второго агрессора.
«Вовремя я туда пальнул, – подумал Сергей. – Ещё чуток – и поминай, меня как звали, снимали бы сейчас скальп и готовили из моего молодого тела сочный шашлык, а впоследствии из черепа изготовили бы пепельницу».
Позиция была раскрыта и далее маскироваться было бессмысленно.
– В атаку! Ура! – выкрикнул полковник и бросился вперёд, размахивая клинком.
Несколькими ударами срубил двух дикарей, вооружённых короткими дубинками, в третьего метнул кортик. Два лазутчика, оставшиеся невредимыми, бросились наутёк.
– Стоять, трусы несчастные! Куда? А как же честный мужской поединок?
Сергей чуть увлёкся преследованием и сгоряча продвинулся слишком далеко, однако, вспомнив об осторожности, остановился. И вовремя. На крики подстреленных дикарей, на подмогу мчалось человек тридцать. Пришлось броситься наутёк, лавируя между мало приметными ловушками, которых было множество на пути к форту. Он то их расположение знал наизусть, а туземцы попались – сразу пятеро рухнули в ямы-убийцы.
Строганов развернулся и принял боевую стойку в узком месте между ямами, но заметив, что другая группа пытается его обойти справа, оставил мысли о фехтовании и побежал к второму приготовленному окопчику, а там уже лежал Гийом, успевший перезарядить оружие Сергея. Юнга приступил к отстрелу преследователей: два точных выстрела из мушкетов позволили Строганову выбраться из окружения и появился шанс пробиться сквозь ряды дикарей. Встали спина к спине размахивая саблями.
Привыкшие к продвижению в зарослях аборигены стремительно просочились сквозь заросли и принялись окружать бледнолицых, забрасывая на бегу дротиками и копьями: вначале они не долетали до цели, но постепенно стали падать ближе.
Видя, что молодёжь замешкалась, обвешанный оружием Степанов покинул пост в крепости и пришёл на помощь окружённым бойцам. Четыре ружья и пистолет громыхнули по очереди, пробив брешь в смыкающемся кольце. Ошалевшие от грохота выстрелов, дикари оторопели, замешкались, а защитникам острова вновь повезло: был сражён один из вождей точным выстрелом, и среди воинов правого фланга возникла небольшая паника. Сергей и Гийом прорвались к дяде Ипполиту и, разобрав груду разряженного оружия, помчались к крепости.
Достигнув стены, выстроили живую пирамиду: первым подсадили на изгородь юнгу, вторым полез старик, а Строганов не успел перебраться к товарищам – преследователи почти настигли. Он с досадой плюнул себе под ноги и приготовился к рукопашной схватке. Заорал что есть мочи:
– Живым не сдамся!
Французик сбросил со стены два пистолета и продолжил заряжать другое оружие. Сергей подобрал пистолеты, тщательно прицелился и выстрелил по очереди в самых, на его взгляд, свирепых и крупных противников. Отстрелявшись, швырнул оружие обратно через изгородь, освободив руки для клинка.
Теперь стрелял только ротмистр, а парнишка быстро заряжал ему пистолеты. Но дикарей наступало так много, что юнга не успевал подготавливать оружие.
Запахло порохом, кровью, смертью...
Крепость не была окончательно готова к обороне: ров без воды, вал – без застроенных колов, поэтому атакующие легко преодолели первые препятствия и очутились возле крепостной стены.
Строганов отражал один за другим выпады копий и удары дубинок, однако туземцы вот-вот должны были его приколоть к изгороди копьями. Старик решил нарушить своё же распоряжение – не отворять ворота и велел юнге отпереть засов.
Гуманист!
Тем самым он спас полковника, но увы, вместе с заскочившим в форт Сергеем, следом ворвалось полдюжины людоедов. С большим трудом Гийому удалось, привалившись спиной к створке ворот, задвинуть засов и преградить путь остальной шайке, но при этом он получил дубиной по голове. Удар пришёлся по касательной, но всё же был довольно крепким – юноша упал.
Сергей успел вернуться к воротам и заслонить упавшего парня от туземцев. Первым выпадом клинка выбил из рук ближайшего дикаря занесённое над юнгой копьё, вторым – разрубил пополам густо татуированную рожу каннибала.
Отстрелявшись, ротмистр оставил пост на стене, и вдвоём россияне быстро переколошматили банду, оказавшуюся в крепостном дворе, как в ловушке.
Однако, пока они разбирались с попавшими в западню дикарями, очередная группа агрессоров успела взобраться на хлипкую изгородь – теперь в ловушке оказались обороняющиеся.
Но выход нашёлся!
Ротмистр увлёк своих товарищей к угловой башне: они забрались внутрь и затянули наверх лесенку. Однако ни запаса пуль, ни пороха под рукой у них не было, только два заряженных ружья и пистолет.
– Если дотянем тут до темноты, сумеем прорываться к вершине. А там орудие! – воскликнул Серж. – Чуток передохнем – пусть Ги придёт в себя после удара.
– Да всё нормально, я готов сражаться даже сейчас, – горячо возразил юнга, слегка заикаясь от полученной контузии. – Уже могу держать шпагу...
Строганов с сомнением оглядел измазанного кровью парнишку: разбитая голова, рана на плече, царапины по всему телу. И сам он получил лёгкий укол копьём по касательной. А вот старый рубака Степанов был цел и невредим!
– Не удивляйся что я не пострадал, ведь я меньше вашего рубился, да и у меня гораздо больший опыт схваток, – пояснил бравый ротмистр.
Дикари тем временем не сидели сложа руки: они развели за изгородью большой костёр и начали забрасывать цитадель пылающими головешками. Башня долго не желала загораться, головни отлетали назад, а тлеющие прутья бойцы затаптывали ногами. Шайка, рассвирепевшая от неудач, взялась подтаскивать горящий хворост и сухую траву под самые стены крепости.
– Теперь из нас будут делать жаркое, – невесело пошутил Сергей. – Эти повара знают свое дело…
– Это вряд ли, – усомнился Ипполит. – Я вам, ещё не всё рассказал и показал. Отсюда имеется потайной ход. Лаз этот узкий, но, я думаю, даже вы, широкоплечий граф, проползёте. Он внизу, у основания опор.
Дым сгущался, осаждённые защитники крепости дружно кашляли, задыхались.
Дедуля спустился вниз и, давясь едким дымом, принялся отгребать руками верхний слой песка. Под присыпанным землёй и сухими пальмовыми листьями оказался люк из грубо сколоченных досок. Втроём подняли его и спустились по очереди в нору.
Да, крепость пала, но это была пиррова победа дикарей: слишком большие потери они понесли во время штурма. Последним из башни уполз Сергей, прикрывший за собой отверстие маскировочной крышкой. Стены цитадели тем временем охватили красные языки пламени, а чёрный дым затянул весь двор.
Успели уйти!..
Потайной ход заканчивался в одной из загодя заготовленных глубоких ям – выход был прикрыт сплетённой из лозы плотной сеткой. В ловушке незваных гостей не было, в том смысле, что в неё ни один дикарь пока не провалился и не висел нанизанным на острые колья.
Троица беглецов легла на дно ямы и затаилась: где-то в стороне слышалась громкая непонятная гортанная речь. Строганов присел на корточки, юнга взобрался ему на плечи и взял в руки клинки. Сергей осторожно распрямился – качнись он чуть-чуть, и балансирующий на нём Гийом свалится прямо на колья.
Француз осторожно высунулся из ямы, осмотрелся и прошептал:
– Рядом никого, туземцы где-то за колючим кустарником.
Гийом осторожно отодвинул скрывающие яму переплетенные ветви. Выбравшись на поверхность, юнга протянул руку следующему. Сергей подсадил Ипполита и подтолкнул наверх, затем оба выбравшиеся с трудом, но вытянули наружу полковника.
– Граф, я вам урежу порцию мяса, – прошипел сердито ротмистр. – Пузо и жо@пу наели, как кабан.
Тем временем во дворе форта послышался треск обрушения догоревшей башни. В этот момент раздались радостные крики, которые вскоре сменились воплями разочарования и гнева – добыча не поджарилась, а исчезла.
Где на четвереньках, а где ползком, наши бойцы перебрались подальше от крепостных стен, которые ещё недавно им казалось надёжной защитой: по ручью, по оврагу поросшему густым кустарником, далее побежали в полный рост в гору, к спасительному второму рубежу обороны. Частокол там, пусть и невысокий, но зато окружает по всему периметру господствующую высоту, а туземцам придётся идти в гору по крутому склону. Возможно, за невысокой стеной долго и спокойно отсидеться не получится, но ведь обороняться гораздо удобнее, чем в чистом поле. К тому же там хранится вторая половина арсенала.
Успели, добежали, но времени заряжать собранный здесь арсенал из шести ружей и пяти пистолетов было мало. Туземцы оказались прекрасными следопытами: едва беглецы отдышались и изготовились, как самые прыткие из них уже оказались у рубежа обороны – злые, запыхавшиеся и, что страшнее всего, – голодные.
Стреляли офицеры, а юнга заряжал и подавал оружие. С десяток нападавших в первые же минуты атаки полегли на дальних подступах к горной цитадели, остальные, запаниковав, устремились обратно в кусты.
На осаждённой вершине не было питьевой воды, а из еды – только сушёные бананы. В принципе вода имелась, ею была наполнена огромная ёмкость в кратере, но затхлая и мутная.
– Что дальше? – обратился Степанов к сотоварищам. – Будем выжидать, что предпримет эта шайка или перейдём к активным действиям?
– Жить хочется, – после долгой паузы произнёс Серж. – Бросаться в рукопашную, когда кругом непроходимые джунгли, в которых дикари чувствуют себя как дома, – неразумно. Их бы как-нибудь на поляну выманить!
Опять возникла долгая пауза – пошла напряженная работа умов. Первым не выдержал Гийом:
– Как же нам быть? – вновь принялся он тормошить полковника.
– Сколько их осталось? Тридцать? – принялся размышлять вслух Серж. – Или больше? Прорвёмся?
– А куда прорываться то? – задумчиво почесал переносицу пират в отставке. – Они нас будут преследовать везде по острову. Схорониться в пещере? Отлив ещё не начался, туда дорога отрезана водой. Остаётся стоять насмерть: или мы их, или они нас! Солнце скоро будет садиться, решать нужно быстрее, ведь в темноте мы, белые люди, видим предметы, в отличие от дикарей, неважнецки.
– Ладно, старина, пойдем на хитрость. Сейчас же с шумом атакуем шайку и выманиваем на открытое пространство. Мы с Гийомом пойдём без ружей, а ты прикрывай нас огнём из мушкетов, обороняй наши фланги.
Дед разложил в один ряд ружья и пистолеты, а Серж и Гийом засунули лишь по пистолету за пояс, перебрались через низкий частокол наружу и немного спустились по склону. Аборигены завидев добычу, выбежали из засады и попытались окружить – отрезать пути для отступления. Бойцы по разу выстрелив из пистолетов, взялись за сабли, в каждой руке по клинку, а ротмистр из укрытия снайперским огнём принялся отстреливать людоедов, заходивших сзади. Таким образом, половина банды ещё до того, как противники сошлись в рукопашной, была повержена наповал или тяжело ранена.
Но дикари и не подумали разбегаться, поэтому наступление «мушкетёров» быстро захлебнулось, и они обратно отступили к стенам малого форта. Ротмистр выстрелил из маленькой четырёхдюймовой пушечки – выстрел оказался метким!
– Попал! – завопил дед.
От прямого попадания ядра, тело одного дикаря разлетелось в клочья. Это произвело должное впечатление: шайка в панике побежала, не оглядываясь, назад к спасительным пирогам...
Наступила ночь.
Чувство тревоги и опасности не покидало бойцов. Организовали дежурство, непрерывно наблюдая за местностью со всех сторон частокола.
Когда утренний туман рассеялся, гарнизон крепости обнаружил лишь брошенные трупы врагов. Странно. Их хотят взять гарнизон измором?
– Предлагаю одному остаться в крепости, а двоим пойти на разведку, – высказал своё мнение Сергей.
– Почему я должен остаться? – возмутился ветеран боев и бунтов, – моя очередь идти в дозор.
Ротмистр и юнга с мушкетами наготове выбрались за пределы форта, озираясь по сторонам. Достигнув деревьев, они скрылись в джунглях. Время тянулось медленно, и вот, наконец, разведдозор возвратился из поиска.
– На острове ни души! – воскликнул ещё издали жизнерадостный Гийом. – Ни одной лодки! Трупы на склоне лежат, как и прежде, и в окрестностях нашей главной крепости тоже полно убитых.
– Я думаю, в племени переменилась власть. Наш дядя Ипполит завалил из пушки явно их вождя. А новый главарь шайки увёл восвояси оставшихся в живых, – подвёл итог разведки Сергей.
Выходило, что уцелевшие в битве дикари в панике уплыли. Но точно ли все? Не спрятался ли где-нибудь в зарослях кустарника их диверсионный отряд? Нет ли засады в сгоревшей крепости?
– Пойду, проверю скотинку, – сказал озабоченно дядя Ипполит, сердце его сжималось от нехороших предчувствий. – Что-то молодняк себя тихо ведёт, не блеет от голода. Козочки тоже затаились.
Действительно, не затаились. Туземцы вскоре после захвата крепости нашли загон с молодняком, и, пока одни штурмовали высоты, другие забивали животных, стаскивали их на берег, разделывали туши и жарили на костре мясо.
– Дьявол их подери! – воскликнул Степанов и начал причитать: – Разорили, по миру пустили! Ограбили! Ах, басурмане! Кровопийцы!
– Месье Ипполит! Не убивайтесь вы так! – попытался успокоить его француз. – Мы то ведь живы, а они могли бы и нас поджарить, как коз и свиней.
Степанов опешил от жгучей смеси житейской мудрости и юношеского оптимизма: примерно с минуту он молчал, а затем исполнил замысловатую тираду из грязных русских ругательств и площадной французской брани. После чего добавил:
– Сопляк! Ты не понимаешь, что такое домашний скот на необитаемом острове. Раз ты к этим невосполнимым потерям так спокойно относишься – переведу исключительно на овощное меню. Ладно, побегу проверю второй загон, пока мы ходили в разведку, они обошли нас с тыла… – старик пробормотал, и помчался к жерлу потухшего вулкана, посылая проклятья обитателям Океании.
Сергей же, крадучись, отправился к развалинам крепости.
Добрался, огляделся, и обнаружил, что в нижнем стойле действительно пропали три свинки и пять козочек. Требуха животных валялась по побережью, от леса и до скалы. Тут и там валялись обрывки шкур, черепа и головы, рожки и копыта.
Он воротился в форт и с тревогой и замиранием сердца ожидал горестного вопля ротмистра с горного пастбища. Но вскоре дядя Ипполит возвратился со счастливой улыбкой на лице и обрадовал:
– Скотина цела, только голодная. Не заметили её вражины. Повезло нам, ребята!
– В этот раз повезло – отбились, но они могут вернуться, – охладил его пыл полковник.
Старый ротмистр с сомнением покачал головой:
– Это вряд ли. Тихий океан огромный. Удивляюсь я: как можно плавать в открытом море без карты и навигационных приборов? У них даже компаса нет! Вероятно шныряли по морю, ну наткнулись на землю, повоевали, пограбили и удрали. Теперь, даже если они захотят вернуться, будут кружить по морю месяцами. Возможно, этой ночью их привлёк огонёк костра, возможно, их случайно прибило течением. За последние годы сюда никто не приплывал, а в этом году, как прорвало: ваша лодка, туземцы, осталось только явиться хозяевам клада.
Бойцы присели перекусить чем бог послал. И вновь завели разговор о дикарях.
– Дядя Ипполит! А вдруг рядом есть земля, заселённая туземцами, а ты просто об этом не подозревал, или им некогда было посетить твои владения? Теперь они навестили нас и, уверен, захотят вновь поживиться добычей. Да и владения, возможно, никакие не твои, а просто ты годами пользовался их законной территорией без спросу и не оплачивал аренду, – не слишком корректно пошутил Строганов.
– Я тебе сейчас покажу, незаконно! Это моя земля! – рассвирепел собственник в ротмистре. – Живо выселю с острова, будешь жить в лодке!
– Уймись, дед. Давай проверим, сохранилось ли наше имущество в цейхгаузе, – миролюбиво предложил Серж.
Цейхгаузом Степанов называл небольшую пещерку, вход в которую скрывала пальмовая роща и заросли молодого бамбука. Там лежали личные вещи Строганова и его товарищей: сумка с гранатомётом, одежда, посуда. Старик в пещерке хранил сундуки с книгами и тряпьём, шкуры животных, посуду.
К счастью, этот склад оказался нетронутым. Оставалось проверить пещеру с сокровищами.
Позже они наведались и туда. Прошлись по всем галереям и ходам; кажется, нигде не ступала нога дикаря. Драгоценности лежали нетронутые. Сергей поддел шпагой одну вещь – это была корона неизвестного королевства, сделанная из жемчужин. Ювелир изящно оплёл роскошную коралловую ветвь бусами из крупного и мелкого жемчуга. Килограмм жемчуга – целое состояние. Но что стоит эта корона, на необитаемом острове? Тьфу, ничего! Бесполезный кусок металла.
– Хватит таращиться на моё достояние! – сердито проворчал ротмистр.
– Дядя Ипполит, ну зачем тебе злато и серебро? Куда ты с ним подашься в Океании?
– Хоть ты и граф, а балбес! Конечно, чего тебе переживать, имея титул, мануфактуры, заводы, рудники и поместья…
– Я уже объяснял, что поместья не мои, – напомнил Серж.
– Ага, не твои! – огрызнулся Степанов. – Сегодня ты гол, как сокол, а завтра получишь огромное наследство. А мне надо на пропитание чем-то зарабатывать! Какой я помещик без поместья?
– Да я не возьму без твоего согласия даже самую мелкую монетку, – попробовал успокоить его Сергей.
Ипполит резко захлопнул крышку сундука и повесил на него огромный замок.
– Это моё состояние! – произнёс с нежностью он, поглаживая бока окованного медью сундука. – Откуп за помилование и плата за деревеньки где-нибудь под Тамбовом. Буду жить там, где чернозём жирный, словно масло, где хлеба и картошка родятся из года в год и неурожайных лет не бывает вовсе.
– Так в чем проблема? Почему раньше вы не пробовали пробраться в Россию? – удивился Гийом.
– Повторяю, пока на троне императрица Екатерина, мне в Россию путь заказан, – ответил ему ротмистр. – Жду, когда она преставится и освободит трон наследнику Павлу Первому Петровичу. До чего германский народ живучий, особливо их фрау. Я эту мечту уже давно лелеял – на родину вернуться, подумывал не раз, что срок вроде подошёл. Оставалось только выбрать, на чем плыть: выдолбить лодку или собрать плот. А вы появились и расстроили меня тем, что власть в Российской империи до сего дня не переменилась.
– Не отчаивайся, дядя Ипполит! – попытался утешить его Сергей. – Недолго ей осталось. Хворает, уже не порхает, как бабочка, а еле ноги волочит. Того и гляди, скоро преставится.
– Ну и славно. Спаси меня бог и прости за такие грешные мысли! – перекрестил лоб ротмистр.
Островитяне выбрались на воздух из разветвлённого грота, передохнули.
– Дядя Ипполит! Мы столько страху натерпелись за эти два дня, что надо как-то развеяться. Давайте устроим пир! – предложил Сергей.
– На что намекаете, граф?
– На подсвинка! Зажарить и сожрать.
– Вы эту скотину растили? Нет? То-то! – рассердился дедок. – Ну да ладно, забью худосочного поросенка, он у меня самый болезненный.
– Не умрём после еды от твоей скупости?
– Не ешь, коли боишься. Уберите с берега трупы проклятых дикарей и разбросанную скотскую требуху, а затем плывите на лодочке к мелководью в лагуне да прикормите акул. А как они сбегутся на угощенье, острогой одну молодую тварь забейте. Бейте некрупную – большие плохо пахнут. Закоптим молодую рыбину-людоеда, такая вкуснятина из нее получается, пальчики оближешь.
Сергей терпеливо слушал старика, а он говорил и говорил, словно сам с собой.
– И супчик из плавников вмиг сварганю. Вот и будет вам пир горой. – На этой оптимистичной ноте старик закончил свою речь и принялся точить нож для забоя худого поросенка.
Мёртвых туземцев они пошвыряли в воду, очистили берег от потрохов. На рыбалке поймали первую приплывшую на запах мертвечины и крови небольшую акулу. Довольные уловом, вернулись на берег.
Степанов не пожадничал и выставил много выпивки. Распив бочонок браги и закусив жареным поросёнком да мясом акулы, друзья разомлели. Степанов стал травить байки, вспомнил множество неприличных шуток и скабрёзных историй времён своей молодости. После амурных историй разговор плавно перешёл в русло пиратских приключений.
– Помню, пришли мы однажды к островам, заселённым туземцами, а наш капитан надумал девок силой доставить на фрегат, больно экипаж затосковал без женской ласки. Поплыли на шлюпках, окружили деревеньку, хватали их, как курей, – за ноги и волоком тащили к берегу. Наловили две дюжины, повязали им руки ноги, постреляли в мужиков для острастки и уплыли на корабль. И пошла потеха: услаждались по одному и компаниями. Тьфу! Вспоминать даже срамно теперь. Но тогда я был молод и полон сил, боялся отстать от товарищей, шесть дикарок поимел.
– Ох, и силён ты врать, дядя Ипполит, – не поверил Сергей. – Тебе тогда лет то было, как мне сейчас.
– Это кто врёт? – раздухарился ротмистр. – Я и сейчас продемонстрировал бы свою мужскую силу, да не на ком.
– Ха-ха! Я тоже могу рассказать про пятерых, это было недавно, в одном борделе в Таиланде. Но то ж не я их, а они меня имели, откровенно говоря – я был королём на острове, заселённом одними бабами.
– Чего? Одни бабы? И где они, твои красотки? Куда ты их подевал? Замучил любовью?
Сергей заметил, что французик тоже поглядывает на него с недоверием и ухмылкой. Пришлось рассказать о том, как он сам того не ведая, перебил мужиков людоедов и как оказался на острове амазонок. Про любовные утехи Сергей поведал с особым смаком, не скупясь на интимные подробности, чтобы раздразнить обоих маловеров.
Ипполит заёрзал на пеньке, его лоб покрылся испариной от возбуждения, а в штанах Гийома произошло некое шевеление плоти, отчего юноша смутился и густо покраснел. Сергей не успел рассказать и половины того, что пережил, а Ипполит уже не выдержал и закричал:
– Не пойму, почему мы сидим тут, как бобыли, и не плывём на этот остров, к твоим бабам? Иль тебя, милок, оттуда выгнали в шею, как не справляющегося с делами? – не удержался от ехидного намека дед.
– За такие слова можешь и схлопотать, не посмотрю на твой возраст, чин и дворянское звание, – сказал Серж и поднёс кулак к носу Степанова. Но вовремя спохватился и продолжил свой рассказ, доведя сладко начинавшуюся мелодраматическую историю до трагической развязки.
Старик расчувствовался и даже хлюпнул носом, расстроившись, что райская жизнь в бабьем царстве так ужасно закончилась.
– Эх, парень, тебе тоже досталось в этой жизни, – произнёс с участием ротмистр.
До чего же он был прав, сам того не подозревая! Именно в этой жизни досталось. А как вернуться в ту, свою, настоящую, жизнь?..
Николай Прокудин. Редактировал BV.
Продолжение следует.
====================================================== Друзья! Если публикация понравилась, поставьте лайк, напишите комментарий, отправьте другу ссылку. Спасибо за внимание. Подписывайтесь на канал. С нами весело и интересно! ======================================================