Господи, сколько раз я читала такие истории в интернете и думала: «Ну что за дуры? Кто в здравом уме вкладывает деньги в чужую недвижимость?». А потом сама стала этой дурой. Счастливой, влюбленной идиоткой с перфоратором в одной руке и каталогом итальянской плитки в другой.
Я вложила в квартиру мужа полмиллиона рублей, два года жизни и душу. А когда он нашел другую, выяснилось, что по закону я здесь — никто. И мои полмиллиона — это, оказывается, «плата за проживание».
Как я сама себя обманула
Когда мы с Сергеем сошлись, расклад был такой: у него — убитая «однушка», доставшаяся от бабушки. Старый паркет, запах нафталина и советская плитка, которая отваливалась, если на неё чихнуть. У меня — накопления, которых хватало на первый взнос по ипотеке за маленькую студию.
Сергей тогда был убедителен:
— Лен, ну зачем нам эта кабала? Зачем кормить банк? У меня же есть жилье! Давай лучше сделаем тут конфетку, будем жить как люди, на море летать. А ипотеку всегда успеем взять, если расширяться надумаем.
И я... я растаяла. Включился режим «гнездования». Мне так хотелось нашего уютного дома, красивой кухни, светлых стен. Я смотрела не в документы, а в его честные глаза.
Ремонт — это маленькая война. И эту войну оплачивала я. Сергей давал деньги на черновые материалы (цемент, клей), а вот всё «красивое» покупала я.
— Сереж, давай ламинат подороже, он же вечный! — и я доставала свою карту.
— Сереж, смотри какая кухня! С доводчиками, встроенная! — и снова моя карта.
Я выбирала обои, ругалась с криворукими прорабами, отмывала строительную пыль по ночам. Я любила каждый сантиметр этой квартиры. Мне казалось, что эти стены — наши. Ведь я вложила в них столько сил.
Три года мы жили в идеальном ремонте. В "моей" ванной, на "моей" кухне. А потом Сергей начал задерживаться на работе, прятать телефон экраном вниз и пахнуть чем-то сладким и чужим.
Разговор состоялся на той самой кухне, за гарнитур которой я отдала 120 тысяч.
— Мы разные люди, Лена. Я полюбил другую. Тебе надо съехать.
Вот так просто. Без прелюдий.
— В смысле съехать? — я даже чашку из рук не выпустила, просто онемела. — Сереж, я сюда все свои сбережения вбухала! Это и мой дом тоже.
Он посмотрел на меня как-то скучающе. Без злости, а с таким, знаете, хозяйским спокойствием.
— Квартира куплена до брака. Она моя. По документам ты к ней отношения не имеешь.
— А ремонт?! — закричала я. — Полмиллиона, Сережа! Верни мне хотя бы половину, и я уйду!
И тут он выдал фразу, от которой меня до сих пор трясет:
— Какой возврат, Лен? Ты здесь три года жила? Жила. Водой, светом, ремонтом пользовалась? Считай, что это была арендная плата. Ты жила в комфорте, а за комфорт надо платить. Можешь забрать шторы, мультиварку и свои вещи. И давай побыстрее, Оля на выходных переезжает.
Я пыталась проконсультироваться с юристом. Он полистал мои выписки с карт, вздохнул и снял очки:
— Шансов почти нет. Договора займа у вас нет. Чеки на стройматериалы есть, но как вы докажете, что это не было подарком? Он скажет: «Она захотела поменять плитку для себя, я не просил». Потратите больше нервов и денег на суды.
Я собирала вещи под надзором Сергея. Он следил, чтобы я, не дай бог, не открутила смеситель или не сняла люстру.
Я сняла шторы. Те самые, блэкаут, дорогие. Сняла карниз, оставив дырки в стене. Это было единственное, что я смогла унести из своей «семейной жизни».
А Оля... Оля пришла на всё готовое. Она будет варить кофе на моей кухне и ходить босиком по моему ламинату.
Разбор полетов (Горькая правда)
Сейчас, когда эмоции улеглись, я вижу, где именно я свернула не туда.
- Синдром «Мы».
Женщины часто воспринимают гражданский (да и официальный) брак как полное слияние. «Мои деньги — наши деньги». Мужчины (не все, но такие, как Сергей) мыслят категориями активов. Для него я была инвестором, который бесплатно улучшил его добрачную собственность. - Инвестиция в пустоту.
Я вкладывалась в стены, которые мне не принадлежат. Ремонт нельзя забрать с собой при разводе. Его не отклеишь и не положишь в чемодан. - Ловушка «Аренды».
Это самый подлый аргумент. «Ты же тут жила». Да, жила. Но если бы я снимала квартиру, я бы не клеила там итальянские обои. Я бы платила за чужие стены, сохраняя свои накопления. А здесь я заплатила за иллюзию семьи.
Финал
Я живу в съемной студии. С голыми стенами, зато своими (пока временными). Я снова коплю на ипотеку. И я выучила урок, который стоил мне полмиллиона рублей.
Девочки, милые, запомните: ремонт в чужой квартире — это благотворительность.
Не важно, какая у вас любовь. Не важно, что он обещает носить на руках до старости. Пока вашего имени нет в свидетельстве о собственности — вы в гостях.
Хотите вить гнездо? Купите свою бетонную коробку, пусть в ипотеку, пусть крошечную, и клейте там хоть сусальное золото. А в квартире мужчины — максимум меняйте лампочки и покупайте красивые полотенца. Полотенца, если что, можно забрать с собой.
Ставьте лайк, если согласны, что свое жилье важнее штампа в паспорте. И подписывайтесь — здесь мы учимся снимать розовые очки до того, как они разобьются стеклами внутрь.