— Мам, она не узнает. Все бумаги на тебя оформим, квартиру тоже. Марина даже не поймёт, куда деньги ушли.
Я стояла в прихожей, держала сумки с продуктами. Ключ повернула тихо, дверь не скрипнула. Голос мужа шёл из кухни, окна были открыты — он не слышал, что я пришла.
Свекровь ответила тише, я напряглась, прислушалась.
— Игорёк, а она точно не догадается? Марина у нас не дура.
Он рассмеялся, коротко.
— Не догадается. Она вообще в финансах не разбирается. Я ей скажу, что на ремонт ушло, на кредит, на что угодно. Главное — квартира будет на твоё имя, и если что, при разводе ей ничего не достанется.
Я поставила сумки на пол, прислонилась к стене. Сердце колотилось, в ушах звенело, руки холодные.
Свекровь сказала что-то ещё, но я не разобрала. Потом послышались шаги — они пошли в комнату. Я быстро взяла сумки, громко хлопнула дверью, будто только что зашла.
— Игорь, я дома!
Он вышел из комнаты, улыбался, как обычно. Свекровь за ним, лицо спокойное.
— Мариш, привет. Мама заехала, чай пьём.
Я кивнула, прошла на кухню, начала выкладывать продукты. Руки дрожали, я сжимала пакеты, чтобы не было заметно. Игорь обнял меня сзади, поцеловал в щёку.
— Как день прошёл?
Я улыбнулась, развернулась.
— Нормально. Устала.
Свекровь допила чай, собралась уходить. Я провожала её до двери, она улыбалась, говорила что-то про погоду. Я кивала, отвечала на автомате.
Когда она ушла, я закрылась в ванной, включила воду, села на край ванны. "Квартира на маму оформим", "при разводе ничего не достанется", "она не узнает". Я повторяла эти фразы, пыталась понять, о какой квартире речь.
Мы с Игорем жили в моей двушке, которую я купила до свадьбы. Копила пять лет, взяла ипотеку, выплатила за три года до знакомства с ним. Квартира полностью моя, он там просто прописан.
Полгода назад Игорь предложил продать мою двушку и купить трёшку. Сказал, что нашёл вариант, хорошая цена, удобный район. Я согласилась — нам действительно тесно вдвоём, планировали детей. Моя квартира стоила четыре миллиона, трёшка — шесть. Игорь сказал, что его мать добавит два миллиона, у неё накопления есть.
Мы начали оформление месяц назад. Мою квартиру продали, деньги лежали на моей карте. Трёшку нашли, договорились о покупке. Документы должны были подписать через две недели.
Я вышла из ванной, прошла в комнату. Игорь лежал на диване, смотрел телефон.
— Игорь, а как мы квартиру оформляем? На двоих?
Он не поднял глаз от телефона.
— Ну да, конечно.
Я села на край дивана.
— А мама твоя точно добавляет два миллиона?
Он кивнул.
— Точно. У неё всё готово, переведёт перед сделкой.
Я встала, прошла на кухню. Включила чайник, достала телефон, открыла заметки. Записала то, что услышала, дословно. Потом открыла банковское приложение, проверила баланс — четыре миллиона на месте.
На следующий день взяла отгул, поехала к риелтору, которая вела нашу сделку. Села напротив, положила руки на стол.
— Анна Сергеевна, скажите честно — на чьё имя оформляется квартира?
Она открыла папку, посмотрела документы.
— На имя Галины Ивановны Соколовой. Свекрови вашей. Так ваш муж сказал оформить.
Я сжала руки в кулаки под столом.
— А мои четыре миллиона? Они указаны как вклад?
Она пролистала дальше, покачала головой.
— Здесь указано, что Галина Ивановна покупает квартиру за шесть миллионов. Ваш муж сказал, что мать копила всю жизнь. Ваши деньги... я думала, вы в курсе, что это просто помощь матери.
Я встала, взяла сумку.
— Анна Сергеевна, сделку отменяем. Сегодня же.
Она растерялась, начала возражать — задаток внесён, продавцы ждут. Я достала телефон, открыла диктофон, включила запись.
— Повторите, пожалуйста, на чьё имя оформляется квартира и откуда деньги.
Она повторила. Я сохранила запись, выключила телефон.
— Отменяйте сделку. Если будут проблемы — скажите, что покупатель отказался. Все издержки беру на себя.
Вышла из офиса, села в машину. Руки тряслись, я сжимала руль, дышала глубоко. Игорь хотел забрать мои четыре миллиона, оформить квартиру на мать, а мне оставить ничего. При разводе я осталась бы без жилья и без денег.
Вечером он пришёл домой весёлый, говорил, что через неделю подписываем договор. Я кивала, улыбалась, накрывала на стол.
На следующий день поехала к юристу. Рассказала ситуацию, показала запись. Юрист нахмурился, покачал головой.
— Это мошенничество. Ваши деньги, а квартира на свекровь. При разводе вы ничего не получите.
Я кивнула.
— Что мне делать?
Он составил план. Отменить сделку, вернуть деньги на счёт, перевести на новый счёт в другом банке, подать на развод, выписать мужа из квартиры. Всё быстро, чтобы он не успел вывести деньги.
Я сделала всё за три дня. Отменила сделку, открыла новый счёт, перевела туда все деньги, закрыла старую карту. Документы на развод подала в пятницу.
В субботу утром Игорь проснулся, я сидела на кухне с чашкой кофе.
Он зашёл на кухню, потянулся, сел напротив.
— Доброе утро. Что так рано встала?
Я допила кофе, поставила чашку на стол.
— Игорь, я отменила сделку с квартирой.
Он замер, посмотрел на меня.
— Что? Почему?
Я достала телефон, включила запись разговора с риелтором. Её голос звучал чётко: "Квартира оформляется на имя Галины Ивановны Соколовой. Ваш муж сказал, что мать копила всю жизнь".
Игорь побледнел, схватил телефон, выключил запись.
— Мариш, это не то, что ты думаешь...
Я встала, прошла к окну.
— Я слышала ваш разговор с матерью. Неделю назад, когда вернулась раньше. "Она не узнает", "всё на маму оформим", "при разводе ничего не достанется". Я всё слышала.
Он встал, подошёл, взял меня за плечи.
— Мариш, ну послушай. Это для нашей же безопасности. Мало ли что, квартира на мать — это гарантия, что...
Я отстранилась, посмотрела ему в глаза.
— Гарантия чего? Что ты заберёшь мои четыре миллиона, оформишь квартиру на мать, а потом подашь на развод? И я останусь ни с чем?
Он отступил, лицо красное.
— Да ты что несёшь! Какой развод!
Я достала из кармана халата бумагу, развернула перед ним. Заявление о расторжении брака, копия с отметкой суда.
— Вот какой. Я подала в пятницу. Через месяц будет заседание.
Он схватил бумагу, читал, глаза бегали по строчкам. Потом скомкал, швырнул на пол.
— Ты спятила! Из-за чего?! Я хотел как лучше!
Я подняла бумагу, разгладила, положила на стол.
— Ты хотел украсть у меня четыре миллиона. Оформить квартиру на мать, чтобы при разводе я ничего не получила. Это не "как лучше", это мошенничество.
Он сел на стул, закрыл лицо руками. Сидел молча минуту, потом поднял голову.
— Марина, ну прости. Мать меня уговорила. Сказала, что так надёжнее, что ты можешь потом квартиру продать, её выгнать. Я не хотел тебя обманывать.
Я села напротив, сложила руки на столе.
— Ты не хотел обманывать, но обманывал. Говорил, что квартира будет на двоих, а оформлял на мать. Говорил, что мать добавляет два миллиона, а сам планировал вложить только мои деньги. Ты врал мне месяц.
Он потянулся через стол, попытался взять мою руку. Я убрала её.
— Игорь, собирай вещи. Неделя на съезд.
Он вскочил, стул упал.
— Это моя квартира тоже! Я здесь прописан!
Я встала, подошла к шкафу, достала папку с документами. Свидетельство о собственности на моё имя, договор купли-продажи до свадьбы, брачный договор, который мы подписывали — квартира остаётся моей при разводе.
Разложила документы на столе перед ним.
— Квартира моя. Куплена до брака на мои деньги. По брачному договору при разводе остаётся мне. Ты прописан, но собственником не являешься. Через неделю подаю заявление на выписку.
Он смотрел на документы, лицо серое. Потом схватил телефон, начал набирать номер. Я слышала, как он говорит: "Мам, приезжай срочно, тут всё провалилось".
Свекровь приехала через час. Ворвалась в квартиру, не поздоровалась.
— Марина, что ты устроила?! Игорь говорит, ты сделку отменила, на развод подала! С ума сошла?!
Я сидела на диване, смотрела на неё спокойно.
— Галина Ивановна, я узнала, что вы с сыном планировали оформить квартиру на ваше имя за мои деньги. Четыре миллиона мои, квартира должна была быть ваша. Это мошенничество.
Она замахала руками, голос стал громче.
— Какое мошенничество! Это для вашей же семьи! Квартира была бы общая!
Я встала, подошла к столу, взяла папку с документами. Достала распечатку договора купли-продажи, которую дала мне риелтор. Показала свекрови строчку: "Покупатель — Соколова Галина Ивановна".
— Вот договор. Покупатель вы. Продавец получает шесть миллионов. Четыре миллиона мои, два ваши. Но в договоре указано, что все шесть — ваши накопления. Я фигурирую как "помощь невестки". При разводе эта квартира считалась бы вашей собственностью, купленной на ваши деньги. Я бы не получила ничего.
Свекровь покраснела, отступила.
— Ну и что! Я бы тебе потом всё оставила, по завещанию!
Я сложила документы обратно, закрыла папку.
— По завещанию через сколько лет? Через двадцать? Тридцать? А если бы Игорь подал на развод через год, я бы осталась без квартиры и без денег. Прожила бы в вашей квартире, пока вы решите меня выгнать.
Игорь стоял у окна, молчал. Свекровь подошла к нему, взяла за руку.
— Игорёк, ну скажи ей, объясни!
Он дёрнул рукой, освободился.
— Мам, хватит. Она всё поняла. Ничего не объяснишь.
Свекровь повернулась ко мне, лицо злое.
— Значит, ты из-за денег разводишься? Жадная! Не хочешь для семьи постараться!
Я прошла к двери, открыла её.
— Галина Ивановна, уходите. И больше сюда не приходите.
Она хотела что-то сказать, но Игорь взял её за локоть, повёл к выходу. Они ушли, я закрыла дверь, прислонилась к ней спиной. Ноги подкашивались, я сползла на пол, сидела в прихожей, смотрела в потолок.
Игорь съехал через три дня. Собрал вещи, вызвал такси, ушёл молча. Развод оформили через два месяца. Он не требовал ничего, подписал всё документы без возражений.
Я осталась в своей квартире одна. Четыре миллиона лежали на новом счёте, нетронутые. Через полгода купила себе трёшку в другом районе, без ипотеки, без чужих планов. Всё оформила на своё имя.
Потому что "оформим на маму" говорят те, кто хочет присвоить чужое. "Она не узнает" планируют те, кто считает других глупее себя. И "это для нашей семьи" произносят те, кто строит семью на обмане и краже.
Один раз подслушала правду вместо того, чтобы верить словам — и узнала, что муж со свекровью готовили не совместное будущее, а финансовую ловушку.
Представляете, как отреагировали на развод муж с его роднёй?
Галина Ивановна названивает общим знакомым и рыдает в трубку: "Марина разрушила семью из-за денег, жадная, не захотела помочь нам с жильём!" Сестра Игоря Лариса написала мне гневное сообщение: "Ты испортила брату жизнь, он тебя любил, а ты из-за каких-то бумажек развелась". Моя подруга Света, узнав всю историю, сказала: "Марин, хорошо, что ты вовремя узнала, а то осталась бы вообще ни с чем". А бывший коллега Игоря Антон шепчет на работе: "Игорёк хотел семье квартиру получше взять, а жена оказалась стервой, всё разрушила".