«Муж страдает. А я ничего не чувствую» — что стоит за этой фразой
Читаю анкету. 52 года. Пишет сухо, по пунктам:
«Нахожусь в состоянии предменопаузы. Сбои со всех сторон — сон, вес, настроение. Резко набрала вес. Пропал сон, пропал интерес к сексу. Муж страдает. Сердце внезапно колотится.»
И дальше — тихое:
«Хожу на иглоукалывание. Принимаю травы. Пью мелатонин. Чувствую облегчение с приливами. Но засыпать всё равно проблема.»
Она уже пробовала. Много. Честно. И что-то даже помогло. Но будто чинишь один угол — а в другом уже течёт.
Вот что меня зацепило. Не жалобы на приливы. Не бессонница. А три слова в середине: «Муж страдает».
Она не написала «я страдаю». Она написала про мужа. Как будто сама уже не в счёт. Как будто своё тело — это чья-то чужая проблема, которую нужно решить, чтобы не мешать окружающим.
И вот это — самое тяжёлое в этом переходе. Не симптомы. А ощущение, что ты больше не та. Что куда-то делась женщина, которой ты была. Осталась функция.
Я 10 лет работаю с такими историями. И вижу закономерность: когда гормоны начинают перестраиваться, тело посылает сигналы. Жар, холод, тревога, бессонница. Это не поломка — это просьба о другом ритме жизни.
Аюрведа называет этот период Вата-кала. Время, когда организму критически нужны тепло, масло, режим и покой. Не потому что ты стала слабой. А потому что изменились правила игры — и никто не дал инструкцию.
Одна моя ученица в 54 года думала, что приливы — это навсегда. Шесть лет мучений, четыре врача, гормоны. Пришла на практикум скорее от отчаяния. Через три недели написала: «Впервые за годы проспала ночь не просыпаясь. Плакала утром от счастья».
Что она сделала? Убрала кофе и всё холодное. Добавила гхи в утреннюю кашу. Стала ложиться в 21:30. Масло кунжута на стопы каждый вечер. Всё.
Не волшебство. Система, которая возвращает телу опору.
👉26 января стартует практикум «Гормональный баланс». 14 дней, чтобы разобраться не с симптомами — а с тем, что за ними стоит. До 17 января лучшие условия в нашем канале в максе https://max.ru/id770900920251_biz
Когда вы в последний раз чувствовали себя по-настоящему своей — не функцией, а женщиной?
