Она призналась мне, что уже три года изображает оргазм с мужем, которого любит.
— Что ты чувствуешь когда притворяешься?
— Стыд и облегчение, что это наконец закончилось
Когда ты изображаешь оргазм — ты тренируешь своё тело врать.
Буквально. Твоя нервная система запоминает паттерн: можно не чувствовать, можно делать вид, можно выдавать правильные звуки вместо правды.
И эта программа начинает работать везде. На работе ты говоришь «мне нормально», хотя хочется рычать. Дома улыбаешься и несёшь кастрюлю, хотя спина кричит «положи это». С подругой киваешь «да, всё хорошо», хотя внутри пустота.
Имитация в постели — это репетиция имитации жизни. Ты учишь себя не чувствовать, не быть настоящей.
А тело? Оно всё помнит. Оно знает, что ты соврала — и мужу, и себе. И начинает говорить единственным языком, который у него есть: болью. Спина сжимается, потому что ты держишь груз лжи. Горло закрывается, потому что слова застревают где-то между «мне не нравится» и «давай уже быстрее». Живот каменеет от страха быть раскрытой.
Муж всё равно чувствует, что ты притворяешься. Его тело считывает твоё — напряжение в плечах, задержку дыхания, фальшивые звуки из горла, а не из живота.
Он может не осознавать это умом, но его нервная система знает: она не со мной. И знаешь, что он делает? Начинает отстраняться — меньше прикосновений, меньше инициативы, больше молчания. Потому что отвержение (а имитация — это и есть отвержение) больно.
Женщины, которые изображают оргазм, часто не могут сказать «нет» вообще нигде в жизни. Не могут отказать коллеге, свекрови, не могут попросить мужа о помощи. Потому что тело привыкло: мои границы не важны, мои желания можно проглотить, главное — чтобы другим было хорошо.
А что, если перестать? Что, если сказать правду — хотя бы себе, не вслух: «Я не чувствую ничего, мне страшно, я не знаю, как попросить то, что мне нужно».
Вот отсюда начинается исцеление — не с правильного оргазма, а с права на правду. Даже если она неудобная.
