- Жора, но это же смешно, - попыталась она улыбнуться.
- А я не смеюсь. Правила моего дома не обсуждаются, - серьезно заявил муж.
***
Вера Павловна резала морковь тонкими кружочками, ровно по три миллиметра, как того требовал Георгий Андреевич. За годы брака она научилась определять толщину на глаз. Она помнила все, и нужный нажим ножа, и точный угол наклона, и то, как правильно держать спину, чтобы муж, войдя на кухню, не сделал ей замечание.
В соседней комнате слышались голоса. Сын Антон что-то говорил невесте Лизе, которую пригласил на семейный ужин. Девочка понравилась Вере Павловне сразу, подвижная, громкая, со смешным красным маникюром и легкой небрежностью в одежде.
Вера Павловна смотрела на нее и думала: «Такой и я была когда-то».
На момент знакомства Вера работала в библиотеке, носила короткие юбки, красила губы яркой помадой и мечтала о сцене. Голос у нее был хороший, в институте культуры ее звали на вокальное отделение.
Но Георгию ее увлечение музыкой не нравилось, и со временем Вера перестала брать в руки гитару. О встречах с друзьями и речи не было…
- Выходи за меня, - сказал он через месяц знакомства.
Когда Вера сказала о его предложении маме, та прижала руки к груди и долго не могла ничего сказать. Еще бы! Офицер, из хорошей семьи, непьющий, серьезный…
- Верочка… это твой шанс! - воскликнула наконец она.
И Вера предложение приняла.
***
Первое утро в его квартире началось с крика:
- Подъем!
Она вскочила, сонно заморгала и прикрылась рукой от яркого света.
- Жены офицеров не валяются в постели до полудня, - отчеканил Георгий. - Через пятнадцать минут жду тебя на кухне.
Вера хотела было сказать, что сейчас воскресенье, что они только вчера поженились, что у нее болит голова от шампанского. Но во рту пересохло, и она только сглотнула. А в глазах мужа она увидела что-то такое, от чего ей захотелось натянуть одеяло до подбородка и уменьшиться.
- Жора, но это же смешно, - попыталась она улыбнуться.
- А я не смеюсь. Правила моего дома не обсуждаются, - серьезно заявил муж.
Он вышел, а Вера села в кровати и беззвучно заплакала.
***
Звук открывающейся двери вернул ее в настоящее. На кухню вошла Лиза, растерянная, с покрасневшими щеками. И Вера Павловна сразу поняла, у нее состоялся первый разговор с Георгием Андреевичем о правилах.
- Вера Павловна, он это серьезно? - спросила девушка. - Про подъем в шесть утра, про завтраки, про два часа свободного времени?
Вера Павловна не подняла глаз от моркови.
- Да, девочка. Серьезно.
- Но это же безумие какое-то!
- Это наш дом, - ответила Вера Павловна тем ровным, бесцветным тоном, который выработала за тридцать лет, - и его правила не обсуждаются.
Лиза смотрела на нее с непониманием, почти с жалостью. В ее взгляде читалось: «Как вы могли? Как можно было согласиться на такую жизнь?»
Вера Павловна отвернулась к плите. Если бы эта девочка только знала…
***
В восемьдесят пятом она почти ушла от мужа.
Антоша уже родился, и ему к этому моменту исполнилось два года. Георгий пропадал на службе, а Вера целыми днями сидела в крошечной квартирке, боясь лишний раз выйти на улицу, соседки, жены других офицеров, докладывали мужьям обо всем.
Как-то Вера подсказала дорогу одному молодому человеку. А вечером муж сказал ей:
- До меня дошло, что ты сегодня гуляла возле магазина с каким-то прапорщиком.
Все попытки объяснить, что это не так, ни к чему не привели. Они поссорились, а потом Георгий молчал три дня.
Когда подобная ситуация повторилась в третий раз, она собрала чемодан, написала записку, взяла Антошу на руки и собралась уходить, но Георгий вернулся домой раньше обычного.
Он смотрел на чемодан, на сына в ее руках, на записку на столе. Потом медленно подошел, забрал ребенка и посадил его в кроватку.
- Если уйдешь, сына не увидишь больше никогда, - спокойно сказал он.
Вера все понимала. В те годы женщине без мужа, без жилья и без работы никакой суд не отдал бы ребенка. Тем более жене офицера, которая «предала» семью.
Она распаковала чемодан. И осталась…
***
Лиза сидела за столом, почти не притрагиваясь к еде. Георгий Андреевич вещал о необходимости режима, о пользе дисциплины, о том, что современная молодежь не умеет жить правильно.
Вера Павловна украдкой смотрела на будущую невестку. Девушка не опускала голову и сжимала вилку.
- Хорошо, - подумала Вера Павловна. - Сопротивляйся.
***
И полетели денечки. Вера Павловна наблюдала, как Лиза, уже жена Антона, пытается приспособиться к «режиму», как у нее это не получается. Она готовила, стирала, гладила, терпела замечания, но внутри у нее явно рос и зрел протест.
Однажды вечером, когда Георгий Андреевич и Антон уехали по делам, Лиза пришла на кухню.
- Вера Павловна, а можно спросить?
- Спрашивай.
- Вы всегда были такой?
Вера Павловна молча чистила картошку.
- Я просто смотрю ваши старые фотографии, - продолжила Лиза, - на свадебных снимках вы совсем другая. Смеетесь, голову даже запрокинули. А сейчас… Что случилось?
Картофелина выскользнула из рук и упала в раковину.
- Ничего, - сказала Вера Павловна, - просто человек меняется с возрастом.
- Неправда.
Вера Павловна ответила только после длинной паузы.
- Девочка, не лезь куда не просят, - сухо сказала она.
Лиза помолчала немного, а потом тихо сказала:
- Я не останусь здесь. Накоплю денег и уйду. Хотите - пойдемте со мной.
Вере Павловне показалось, что она ослышалась.
- Что ты сказала? - удивленно переспросила она.
- Пойдемте со мной, - повторила невестка, - снимем квартиру и будем жить вдвоем. А они тут пусть сами как-нибудь
Вера Павловна вдруг почувствовала, что не может вдохнуть полной грудью. Вспомнила восемьдесят пятый год, собранный чемодан, записку на столе... Вспомнила все эти годы молчания, подчинения, невидимости…
- Лиза… - сказала она наконец. - Все это просто лишь на словах. У меня нет денег, нет ничего своего. Кроме того, Антон…
- А что Антон? - невесело усмехнулась невестка. - Его все устраивает. И он не считает, что его папаша - тиран. Пойдемте! Мы обязательно найдем выход!
- Боюсь, что нет.
Вера Павловна отвернулась к окну. Где-то там была другая жизнь, та, которую она могла бы прожить, но...
- Нет, - повторила она тверже, - но ты уходи. Уходи, пока можешь.
***
С этих пор Лиза стала все больше задерживаться на работе. Она перестала спорить со свекром, научилась кивать, но Вера Павловна видела, что невестка не смирилась с таким положением вещей.
А вскоре она уехала в недельную командировку. Вера Павловна ходила из комнаты в комнату, готовила, убирала, стирала, все как обычно, но каждое движение отчего-то давалось ей тяжелее. Она думала о Лизе, которая сейчас была в другом городе и могла себе позволить любое нарушение «режима».
Ночью Вера Павловна достала старый альбом с фотографиями.
Вот она, двадцатилетняя, в короткой юбке, с гитарой. Вот на сцене институтского театра в образе Катерины из «Грозы». Вот на демонстрации, рот открыт в крике, волосы растрепаны ветром, рука вскинута.
И куда только исчезла эта хохотушка-веселушка?
***
Из командировки Лиза вернулась другой. Что-то в ней окончательно созрело и затвердело.
Вера Павловна это почувствовала сразу, едва невестка переступила порог. Вечером, когда все легли спать, в дверь спальни Веры Павловны постучали.
- Можно? - прошептала Лиза.
Вера Павловна оглянулась на храпящего мужа и тихо выскользнула за дверь.
- Я ухожу завтра, - сказала Лиза, - меня повысили, я получила премию…
- Молодец.
- Пойдемте со мной! - умоляюще произнесла невестка. - Пожалуйста!
- Не могу, - вздохнула Вера Павловна, - слишком поздно уже что-либо менять.
- Никогда не поздно!
- Для меня поздно.
Лиза взяла ее за руку.
- Вера Павловна, вам всего-то пятьдесят три года… Вы еще можете все изменить!
Вера Павловна высвободила руку.
- Девочка, послушай меня. Много лет назад я могла уйти и не ушла. Я давно уже стала частью этого дома. Я просто не знаю, как жить по-другому. Я… Я не помню.
Она немного помолчала, а потом ласково погладила невестку по щеке.
- Но ты помни. Помни, что ты свободная женщина. Если хочешь, если можешь, если есть в тебе силы, уходи и не оглядывайся.
***
Утром Лиза сообщила мужу о том, что подает на развод. Антон отреагировал на это довольно бурно, началась суета, крики, послышался какой-то грохот...
Георгий Андреевич попытался было вмешаться, но впервые в жизни наткнулся на решительный отпор.
- Я развожусь с Антоном! - запальчиво воскликнула Лиза. - И вы мне больше никто!
- Че-е-его?! - завопил Георгий Андреевич. - О-о-отставить!
- Хватит командовать! Здесь вам не казарма!
Вере Павловне показалось, что сейчас грянет конец света. Она даже набралась мужества, чтобы защитить невестку, но этого не понадобилось. Георгий Андреевич, опешивший от самого факта того, что с ним спорят и ему противостоят, поворчал немного и успокоился.
Лиза вскоре ушла. Конец света отменился.
Вера Павловна подошла к окну. По двору быстрым шагом шла Лиза с большой сумкой в руке. Спина прямая, голова поднята, и она ни разу не обернулась…
На кухню вошел Георгий Андреевич. Вена на его виске набухла, ноздри раздувались при каждом вдохе.
- Мы ее приняли в дом, а она... - начал он. - Неблаго…
- Замолчи! - вдруг прервала его Вера Павловна.
Муж осекся. За годы брака она ни разу не перебивала его.
- Что ты сказала? - удивленно спросил он.
- Я сказала, замолчи.
Она прошла мимо остолбеневшего мужа в их спальню и достала чемодан, с которым когда-то давно чуть было не ушла. Похоже, настало время все-таки использовать его по назначению…
***
Веру Павловну приютила подруга. Вскоре она развелась с мужем, прошла переподготовку, устроилась на работу и сняла комнату. А через несколько недель ей позвонила Лиза, и они встретились в кафе.
Они пили кофе и разговаривали. Лиза рассказывала про новую должность, про командировки, про то, как встретила на улице Антона с новой женой.
- Она все время смотрела на него, прежде чем что-то сказать, - сказала Лиза. - Я хотела ей посоветовать бежать, но не стала. Пусть сама решает.
- И правильно, что не стала.
- Ну а вы? - Лиза внимательно посмотрела на Веру Павловну. - Как вы?
Вера Павловна ответила не сразу.
- Учусь жить заново, - усмехнулась она. - Работаю… А вчера записалась на курсы вокала… Представляешь, в пятьдесят четыре года я вздумала петь учиться!
- Это прекрасно, - кивнула Лиза.
- Денег мало, конечно… Но знаешь что?
- Что?
Вера Павловна улыбнулась, широко, радостно, как не улыбалась уже много лет.
- Я режу морковь так, как я хочу. Любыми кусками. И это счастье.
***
Вечером Вера Павловна взяла в руки гитару. Удивительное дело, но пальцы помнили аккорды, оказывается, разучиться играть на гитаре тоже нельзя...
Она тихонько запела старую песню из своей юности, которую пела на институтской сцене.
За окном шел снег. Часы показывали половину одиннадцатого. Завтра будет выходной, можно проснуться когда хочется.
Вера Павловна пела. На третьем куплете ее голос дрогнул, она остановилась и вытерла глаза ладонью. А потом запела снова. (Автор Даяна Мед)🔔ЧИТАТЬ ЕЩЕ👇