Вскрыли дедушкин гараж спустя 3 года. Из темноты на нас посмотрели два желтых глаза, и наследница закричала

Этот гараж в нашем кооперативе стоял заброшенным три года. С тех самых пор, как не стало деда Матвея. Старик был нелюдимым, жил бобылем, и только старый «Москвич» в гараже был его отрадой.

Когда он умер, родственники не объявились. Ворота гаража начали ржаветь, замок покрылся паутиной. Мы с мужиками иногда курили рядом и гадали, что там внутри. Иногда казалось, что из-за железных створок доносится то ли вздох, то ли шорох.

— Крысы, наверное, — отмахивался сторож Сергеич. — Или ветер гуляет.

Но вчера объявились наследники.

«Фу, ну и вонища!»

Приехала молодая пара на каршеринге. Внучка Матвея, вся расфуфыренная, с нарощенными ресницами, и её муж — нервный тип в узких джинсах. Им явно было не до памяти деда, они торопились «скинуть неликвид».

— Давайте быстрее, у нас покупатель через час, — командовал муж, пока слесарь срезал замок болгаркой.

Когда тяжелая створка со скрежетом отворилась, из гаража пахнуло такой затхлостью и сыростью, что внучка зажала нос наманикюренными пальцами:
— Фу, ну и вонища! Дима, выкидывай всё на помойку, машину на металл.

Дима включил фонарик на айфоне и шагнул в темноту. Луч света выхватил горы какого-то хлама, банки с засохшей краской, пыльный капот «Москвича»... А потом Дима отпрыгнул назад и выругался.

— Твою ж мать! Там кто-то есть!

Полумрак гаража, луч света выхватывает в углу, среди хлама, силуэт крупного, очень лохматого и грязного пса. Видны только его светящиеся глаза и оскаленные в страхе зубы.

Три года в бетонном мешке

Из самого дальнего угла, из-под верстака, на нас смотрели два желтых, немигающих глаза. Раздалось глухое, утробное рычание. Это было не животное, а призрак. Скелет, обтянутый свалявшейся шерстью.

— Это что за чудовище?! — завизжала наследница. — Дима, убей его лопатой, оно бешеное!

Дима, недолго думая, схватил ржавую монтировку, валявшуюся у входа.

Я не выдержал. Перехватил его руку.
— Ты что творишь? Это же собака! Деда Матвея пес, Полкан.

Мы все думали, что Полкан убежал после смерти хозяина. А оказалось, старик запер его в гараже перед тем, как его увезла скорая. И больше не вернулся.

Три года. Вдумайтесь. Как он выжил? Видимо, слизывал конденсат со стен и ловил мышей. А может, кто-то из сердобольных соседей, знавших тайну, подсовывал еду в щель под задней стеной.

— Мне плевать, кто это! — брызгая слюной, орал наследник. — Уберите эту тварь, мне гараж показывать надо! Он нам цену собьет!

Для них это было не живое существо, перенесшее ад, а досадная помеха на пути к деньгам. Мусор, который надо вымести.

На улице у открытого гаража стоит молодая пара (наследники). Девушка брезгливо отвернулась, парень агрессивно машет руками. На переднем плане спина автора, который загораживает им вход в гараж. Конфликт поколений и ценностей.]

Цена совести

Я забрал Полкана. Кое-как выманил его колбасой. Он не мог идти, лапы отвыкли от движения, а глаза слезились от дневного света.

Наследники даже не посмотрели в нашу сторону. Они уже деловито обсуждали с покупателем, сколько скинут за «вывоз мусора». Гараж они продали за копейки в тот же день и укатили в свою «красивую жизнь».

Сейчас Полкан живет у меня на даче. Он долго не верил, что миска с едой никуда не исчезнет, и первое время спал только под кроватью, в темноте.

Он всё ещё вздрагивает от громких звуков, но уже начал вилять хвостом, когда я прихожу.

Я смотрю на него и думаю: дед Матвей оставил наследство. Внукам достались бетонные стены, которые они тут же променяли на деньги. А мне достался настоящий друг. И мне кажется, я в этой сделке выиграл.

Тот же пес, но уже отмытый, подстриженный и немного отъевшийся. Лежит на коврике в доме или на траве на даче, морда спокойная, смотрит в камеру с благодарностью.

Друзья, а как бы вы поступили на месте наследников? И что думаете о людях, для которых квадратные метры важнее живой души? Пишите в комментариях!