У Маши перехватило дыхание от радости и восторга, но она снова промолчала, разглядывая землю под своими ногами. Она просто не представляла, что нужно отвечать, когда парень говорит такие слова. От волнения у неё кружилась голова и подгибались ноги, и она могла бы стоять так вечно рядом с ним. Но при этом она чувствовала, что ей необходимо сказать сейчас хоть что-то, чтобы он не посчитал её совсем за идиотку. Поэтому она нерешительно подняла на него глаза и ляпнула первое, что пришло ей в тот момент в голову:
- Может, зайдёшь?..
Маша сказала это и тут же перепугалась. Ей всю жизнь внушали, что приглашать мальчиков к себе домой в отсутствие родителей ни в коем случае нельзя. Она знала, что отца сейчас нет дома, поэтому, наверное, неосторожные слова и сорвались, без долгих раздумий, с её губ. При отце она, естественно, никогда не решилась бы на нечто подобное. Но испугало Машу сейчас даже не это. Больше всего её расстроила мысль о том, как сам Володя может воспринять это её приглашение?.. Не посчитает ли он её слишком доступной?.. Не разрушит ли это их такую ещё хрупкую только зарождающуюся дружбу?..
Но Володю это, похоже, ни капли не шокировало. Он смотрел на неё по-прежнему ласково и вполне дружелюбно.
- С удовольствием, - согласился он, словно и не замечая её смущения. – Твои родители дома?
- Нет, - нерешительно качнула головой Маша и тут же снова чего-то испугалась.
- Тем лучше, - подытожил Володя. – Родители всегда ищут в любых наших поступках какой-то скрытый смысл. Слушай, Маша, - как будто неожиданно вспомнив что-то, перескочил он совсем на другую тему. – Ребята говорили мне, что ты задаёшься и ни с кем не хочешь дружить. Но мне кажется, что враки всё это! По-моему, ты классная девчонка, и они все просто завидуют тебе!
Для измученного, исстрадавшегося сердца Маши эти его слова были словно бальзам на рану. Она с ужасом представила себе, что эти злобные одноклассники могли наговорить про неё… И тут же на душе потеплело от мысли, что он им всё равно не поверил.
Не поверил!..
Они поднялись на лифте на седьмой этаж. Отпирая ключом дверь, Маша изо всех сил пыталась сдержать слёзы радости, жгущие глаза. Ей вовсе не хотелось, чтобы Володя принял её за какую-то плаксивую сентиментальную идиотку, готовую разреветься из-за любой глупости. Но он, к счастью для неё, ничего этого не заметил. Он вошёл в квартиру вслед за ней и с интересом огляделся.
- А у вас неплохая квартирка! – с некоторой долей зависти в голосе сказал Володя, но Маша была слишком поглощена своими чувствами, чтобы заметить это. – Двухкомнатная?.. А нам на четверых пока выделили только комнату в коммуналке!
Маша попыталась было что-то ответить ему, осознавая в душе, что её молчание слишком затягивается, но с её неповинующихся губ сорвался только какой-то сдавленный хрип. Володя недоумённо и даже немного испуганно посмотрел на неё, явно не зная, что и подумать, и от этого его пристального взгляда Маша совсем смутилась. Во всём теле появилась какая-то странная слабость; перед глазами замелькали яркие звёзды, и она, наверное, упала бы, если бы Володя вовремя её не подхватил.
- Господи, что с тобой? – уже не на шутку перепугавшись, воскликнул он. – Ты, что, больна?..
«Только этого мне ещё не хватало!.. – мелькнуло в него в голове. – Не надо было связываться с этой ненормальной!.. Говорили же мне парни, что у неё явно не все дома!.. Пожалуй, пора сматываться отсюда, чтобы не нарваться на неприятности!..»
Маша отчаянно замотала головой, всё ещё чувствуя себя не способной говорить. Две крупные слезинки медленно скатились по её щекам. Она почти не сомневалась, что Володя, увидев это, посчитает её плаксивой дурочкой и уйдёт.
В принципе, она не ошиблась. В душе он действительно скривился от отвращения и посчитал её самой тупой идиоткой, которую ему только приходилось встречать. Но он ничем не показал этого. Достаточно опытный в общении с девушками, Володя быстро смекнул, что этим её смятением неплохо было бы воспользоваться в своих целях, что он, в принципе, и намеревался сделать с самого начала.
- Что с тобой, крошка? – ласково спросил он, обнимая её и словно понимая, что девушка совсем зачахла без любви и нежности.
Живительное тепло его рук подействовало на Машу успокоительно, и она, неожиданно для самой себя, вдруг начала рассказывать ему о себе, о своей жизни, о своих проблемах. Володя подхватил её на руки, перенёс на диван и усадил к себе на колени. Маша рассказывала торопливо, сбивчиво, перескакивая с одного на другое, стремясь лишь выговориться, высказать всё, что накопилось у неё на душе, - всё то, о чём она никогда никому не рассказывала. В эти минуты ей казалось, что только Володя сможет выслушать её, понять, успокоить. И она, естественно, была слишком неопытна в отношениях с мужчинами и слишком взволнована, чтобы заметить, что её герой слушает её с явным раздражением, а на его красивом лице написана только лишь смертельная скука.
Но, когда Маша, наконец, закончила свой рассказ, Володя обнял её и прижал её заплаканное личико к своей груди. Даже опытный актер, - и тот не смог бы сыграть сочувствие так искренне и естественно.
- Ах ты, бедняжечка моя!.. – ласково проговорил он, поглаживая её спину. Но уже минуту спустя его рука как-то незаметно спустилась ниже, и он с силой сжал ягодицы девушки, не обращая ни малейшего внимания на её слабые попытки освободиться.
- Володя, не надо!.. – робко прошептала Маша, прекрасно осознавая, что его пылкие объятия становятся уже не похожи на братские.
- Почему не надо?.. – пробормотал Володя ей на ухо, проворно расстегивая пуговицы на форменном платье, запуская под него руки и сжимая её грудь.
Тут Маша уже не на шутку перепугалась.
- Нет, нет, пожалуйста, Володя!.. – с отчаяньем в голосе заговорила она, пытаясь освободиться и застегнуться. – Прошу тебя, не надо так делать!..
- Почему? – В напряжённом голосе Владимира появились недовольные нотки. Он просто не мог поверить в то, что зря потратил на неё столько времени. – Я люблю тебя! Разве я тебе не нравлюсь?
Машу охватила дикая паника. Она не знала, чего она больше сейчас боится: того, что он будет продолжать свои ласки, или того, что он сейчас встанет и уйдёт. И то, и другое было для неё одинаково ужасно.
– Володя, ты мне очень нравишься!.. – срывающимся от страха голосом пробормотала она, уже готовая снова разразиться слезами. – Ты мне очень нравишься! Но я же тебя совсем ещё не знаю! Я так просто не могу!..
- Главное, чтобы я мог!.. – прошептал Владимир, намеренно искажая смысл её слов. Но наивная Маша всё равно не поняла, что он хотел этим сказать.
- Нет, не надо!.. – в отчаянье повторяла она, пытаясь уклониться от его вездесущих рук. – Мы не должны этого делать! Это плохо!
- Наоборот, это очень хорошо! – продолжал уговаривать её Владимир, резво забираясь к ней в трусики. Дрожащая от страха и волнения Маша не сразу это заметила, а когда, наконец, почувствовала, то инстинктивно сжала ноги, от испуга даже не осознавая, что рука юноши оказалась как раз между ними.
- Володя, я боюсь! – почти закричала она, и из её глаз снова ручьём хлынули слёзы. – Пожалуйста, не надо! Я ещё ни разу не делала этого!
Володя на мгновение отстранился от неё, не слишком обрадованный этим известием.
- Ты ещё ни разу не занималась любовью? – после секундного раздумья спросил он, и в его голосе опять прорвались недовольные нотки. Он уже понял, что с ней придётся провозиться гораздо дольше, чем он предполагал, но теперь он вообще на миг усомнился в том, что ему удастся добиться желаемого.
- Нет! – истерично выкрикнула Маша. – И я вовсе не уверена, что готова сейчас сделать это!
- Но ведь когда-то нужно начинать, не правда ли? – философски заметил Володя, размышляя над тем, как в такой ситуации лучше её побыстрее уговорить. – Так почему бы и не сейчас?..
Маше показалось, что у неё внутри от страха всё сжалось в один тугой комок. Но одновременно с этим она почувствовала какое-то странное равнодушие и отупение. «А действительно, почему бы и не сейчас?..» - подумалось вдруг ей. Что, в конце концов, она потеряет, решившись на это? Да и кто вообще узнает об этой её потере?..
Правда, на мгновение Машу остановила мысль о том, что секс – это очень больно и грязно. Она давно уже привыкла так думать и ни на мгновение даже и не усомнилась в том, что это именно так. Хотя, те девочки, которые уже занимались этим, рассказывали, что это вовсе не так уж и неприятно. Но она никогда не верила их словам. Она-то знала правду о том, как всё это происходит на самом деле!
Но чисто инстинктивно Маша почувствовала, что, если сейчас она откажет Владимиру, то потеряет его навсегда. А этого она теперь боялась больше всего на свете. Володя был первым мужчиной, вообще обратившим на неё внимание, и, общаясь с ним сегодня, она почти перестала ощущать себя гадким утёнком, которого все только бьют и обижают. Нет, она просто не могла сейчас потерять его!.. И ради того, чтобы удержать его, она согласится на всё!.. Действительно, на всё…
Все эти мысли пронеслись в Машиной голове за считанные секунды, но Владимир уже успел за это время встать и подойти к двери. Маша бросилась вслед за ним и схватила его за руку. Володя обернулся, пристально посмотрел на неё, чувствуя, что победа уже близка, и торжествуя в душе, но вслух лишь холодно проговорил:
- Мне уйти?
Маша отчаянно замотала головой и неумело обвила руками его шею. Мгновение назад ещё ледяное лицо Владимира расплылось в улыбке. Он понял, что победил, окончательно и бесповоротно, и теперь может делать с ней всё, что ему вздумается. И, не желая терять ни секунды, он торопливо принялся стаскивать с неё одежду.