Дождь лил так, будто кто-то наверху решил смыть эту трассу с лица земли вместе с асфальтом, разметкой и грешными душами дальнобойщиков.
Саня включил дворники на максимальную скорость, но они всё равно не справлялись с потоками воды. «Вольво» шёл тяжело. Двадцать тонн металлопроката за спиной — не шутки, инерция у такой махины страшная.
Саня посмотрел на часы. Половина третьего ночи. График горел синим пламенем. Логист уже дважды звонил, орал в трубку, грозил штрафами. Если машина не встанет на разгрузку к шести утра, этот рейс выйдет ему боком — не то что не заработает, ещё и должен останется.
— Да еду я, еду, чтоб тебя… — прорычал Саня, чуть придавливая педаль.
Спидометр показал восемьдесят. Для такой стены дождя — уже риск, граничащий с безумием. Но ипотека сама себя не выплатит.
Вдруг в свете фар неестественно ярко мелькнул силуэт. Человек стоял на обочине. В серой курточке-поддергайке, капюшон натянут на глаза. Рука поднята. Саня обычно ночью не останавливался — жизнь дороже. Но тут фигура возникла словно из ниоткуда, слишком близко. Да и до жилья километров сорок — загнется парень.
— Чёрт с тобой, — Саня ударил по тормозам, молясь, чтобы прицеп не сложило. Многотонная фура, шипя пневматикой и вздрагивая всем корпусом, неохотно гасила скорость. Тормозной путь растянулся метров на семьдесят — законы физики на мокрой дороге никто не отменял.
Когда тягач наконец замер, Саня щёлкнул кнопкой блокировки двери. Парень, пробежавший за машиной по обочине, ухватился за поручень и тяжело поднялся в кабину, занося с собой холод, сырость и странный, еле уловимый запах гари.
На вид — лет двадцать пять. Лицо бледное, словно восковое. Одежда мокрая насквозь, но он даже не отряхнулся.
— Здорово, бродяга, — буркнул Саня, трогаясь с места и снова разгоняя тяжелый состав. — Тебе куда?
— Вперёд, — голос у парня был тихий, ровный, без эмоций. — Подбрось, сколько сможешь.
— Ну, «сколько сможешь» — понятие растяжимое. Я до Ростова иду.
Парень кивнул и уставился в лобовое стекло, где плясали струи дождя.
Саня попытался завязать разговор — всё-таки веселее ехать, да и сон отгоняет.
— Машина сломалась? Или авария где?
— Спешишь, — не ответил, а утвердительно сказал парень.
— Спешу, — огрызнулся Саня. — Штрафы сейчас конские. Если к утру не сдам груз, полгода выплачивать долг буду.
Попутчик промолчал. Он сидел неподвижно, не шевелясь и не моргая. Сане стало неуютно. Странный какой-то.
Проехали они всего ничего, как парень вдруг сказал:
— Стой.
— В смысле? — удивился Саня. — Тут же лес глухой.
— Здесь выйду. Тормози.
Саня пожал плечами. Хозяин — барин. Машина, сбавив ход, прижалась к обочине.
— Бывай, — бросил парень.
Он спрыгнул на асфальт и растворился в темноте так быстро, словно его и не было.
— Псих, — резюмировал Саня, снова набирая скорость. Потерял минут десять на эти разгоны-торможения.
Он вдавил педаль. Дождь всё не утихал, видимость была паршивой.
Прошел час. Кофе в термосе давно остыл, но Саня всё равно хлебнул горькой жижи. И вдруг впереди, в свете фар, снова возникло белёсое пятно.
Сначала показалось — дорожный знак. Но очертания приобрели форму человека. Та же серая куртка. Тот же капюшон. Саня пролетел мимо на полной скорости. Сердце неприятно ёкнуло.
— Да ну на... — выдохнул он, глянув в зеркало заднего вида.
Свет от красных габаритов фуры выхватил фигуру на обочине. Парень стоял, чуть ссутулившись, и смотрел вслед.
— Глюки, — громко сказал Саня. — Просто похож. Куртка китайская, полстраны в таких ходит.
Но липкий страх пополз вдоль позвоночника. Это невозможно. Он высадил попутчика давно, никто его не обгонял — дорога пустая. Но километров через десять кошмар повторился. Парень в серой куртке снова стоял на обочине и голосовал.
В этот раз любопытство и животный ужас пересилили логику. Саня начал тормозить заранее.
Дверь открылась. Тот же запах сырости и тяжёлой, едкой гари — теперь он чувствовался отчётливее. Парень уселся на пассажирское сиденье, как ни в чём не бывало.
— Ты… — голос у Сани осип. — Ты как здесь оказался?
— Я тут был, — отрешённо ответил попутчик.
— Что значит «был»?! Я тебя сотню километров назад высадил! Ты кто такой?!
Парень медленно повернул голову. Глаза у него были серые, пустые, как осеннее небо.
— Не спеши, — сказал он.
— Что?
— Не спеши. Тише едешь — дальше будешь.
— Слышь, парень, — Саня потянулся к карману двери, где лежала монтировка. — Вылезай. Я в эти игры не играю.
— Рано, — ответил тот. — Проедем ещё немного. У моста выйду.
Саня не стал спорить. Ему просто хотелось, чтобы этот призрак убрался из кабины. Пять километров до моста он ехал, вцепившись в руль до побелевших костяшек. У моста через речушку Саня затормозил.
— Вали, — выдохнул он.
Парень открыл дверь. Перед тем как выйти, он посмотрел на водителя, и в этом взгляде была какая-то странная, тяжелая тоска.
— Покури, — сказал он. — Постой, покури. Не гони.
И шагнул в ночь.
Саня смотрел, как серая фигура исчезает в тумане.
— Покури… — передразнил он, дрожащими руками включая передачу. — Ага, сейчас. Чтоб я ещё раз кого подобрал!
Его била крупная дрожь. Страх сменился злостью. Злостью на себя, на этого психа, на дождь.
— Хрен тебе, — прорычал Саня. — Я не буду стоять. Я нагоню время. Назло тебе, урод!
Дизель взревел. Гружёный «Вольво» набирал скорость, разрезая тьму. 70, 80, 90... Саня гнал, пытаясь убежать от липкого страха.
Прошло минут двадцать. Дорога пошла на спуск, уходя в крутой поворот — «тёщин язык». Опасное место. Саня чуть притормозил, входя в вираж, но скорость всё равно была приличной.
И тут фары выхватили серую фигуру. Опять. Парень стоял прямо посреди полосы, раскинув руки.
— НЕТ! — заорал Саня. — НЕ ОСТАНОВЛЮСЬ! ИСЧЕЗНИ!
Он был уверен — это морок. Если остановиться сейчас — он сойдет с ума. Нужно проехать сквозь него!
Тут парень поднял голову. Его лицо исказила гримаса боли, а губы беззвучно шевельнулись. Прямо в голове загремело: «ТОРМОЗИ!»
Нога сама, рефлекторно, вбила педаль тормоза в пол.
Удара о тело не последовало. Вместо этого кабину заполнил леденящий холод, лобовое стекло изнутри мгновенно затянуло инеем.
— Твою мать!
Двадцать тонн металла не хотели останавливаться на мокром спуске. Фуру повело, АБС стрекотала как бешеная. Казалось, какая-то неведомая сила помогает машине, цепляется за колеса, гасит инерцию вопреки законам физики.
Сквозь проталину в инее Саня наконец увидел, что ждало его за поворотом.
И заорал.
Мир впереди полыхнул огнём. Лежащий на боку бензовоз извергал пламя. В него, превратившись в груду металлолома, впечатался лесовоз. Брёвна гигантскими спичками перегородили всю трассу.
Визг резины заглушил собой всё. Расстояние таяло. Саня зажмурился. Последний рывок — и кабина клюнула носом. Тишина.
Саня открыл глаза. Бампер замер в каком-то метре от обугленного бревна. Жар от пожара ударил в лицо даже сквозь стекло.
Он сидел, забыв, как дышать. Если бы он не затормозил перед «призраком», если бы попытался проехать сквозь него — сейчас кабина «Вольво» была бы частью этого костра. А если бы этот странный попутчик не задерживал его трижды по дороге, заставляя терять драгоценные минуты... Саня похолодел. Если бы не эти задержки, он проскочил бы этот поворот раньше. Как раз в тот момент, когда здесь встретились бензовоз и лесовоз.
Дрожащей рукой Саня дёрнул ручку. Ноги подкосились, и он буквально выпал на асфальт. Вокруг начиналась суета: бежали люди, кто-то кричал. Саня поднял голову и посмотрел назад, в темноту поворота.
Там, на границе света от зарева и ночного мрака, стоял парень в серой куртке. Теперь на нём были видны следы копоти, а серая ткань казалась обугленной. Он устало кивнул Сане и медленно растаял в тумане, словно дым.
Саня достал сигарету. Прикурить удалось не с первой попытки — зажигалка плясала в пальцах. Он глубоко затянулся, глядя на бушующее пламя, куда он так торопился, но, к счастью, опоздал.
— Спасибо, братан, — выдохнул он вместе с дымом. — Покурю. Теперь точно постою, покурю.