Сегодня хотела бы поделиться музыкой из мюзикла "Принцесса Греза", который был поставлен в театре "рок-орден Тампль" в Москве, а также немного рассказать об одном из самых первых провансальских трубадуров, Жоффруа Рюделе.
В основе сюжета мюзикла лежит легенда о воине, поэте и композиторе Жоффруа Рюделе, который посветил всемирно известную песню графине Триполийской, неизвестной даме, в которую он влюбился, услышав о ее благородстве и красоте.
В основе сюжета лежит легенда о трубадуре Жоффруа Рюделе, который посветил всемирно известный кансон графине Триполийской, неизвестной даме, в которую он влюбился, услышав о ее благородстве и красоте.
В нем мы слышим мотив "дальней любви". Это специфическая разновидность куртуазной любви (старопров. amor de lohn), куда входили cortesia — собственно куртуазное поведение, и joi — ее экстатическая сублимация.
Привожу текст этого кансона.
Длиннее дни, алей рассвет,
Нежнее пенье птицы дальней,
Май наступил, спешу я вслед
За сладостной любовью дальней.
Желаньем я раздавлен, смят,
И мне милее зимний хлад,
Чем пенье птиц и маки в поле.
Я верой в будущность согрет,
Ведь встречусь я с любовью дальней,
Но после блага жду я бед,
Ведь благо - это призрак дальний.
Стать пилигримом буду рад,
Чтоб на меня был брошен взгляд,
Прекраснейший в земной юдоли.
Услышать на мольбу в ответ
Жду, что готов приют мне дальний
Я мог бы, если б не запрет,
Быть рядом с ней и в дали дальней
Польются наши речи в лад
И близь и даль соединят,
Даря усладу после боли.
Печаль и радость тех бесед
Храню в разлуке с дамой дальней,
Хотя и нет таких примет,
Что я отправлюсь в край тот дальний.
Меж нами тысячи лежат
Шагов, дорог, земель, преград...
Да будет все по божьей воле!
Даю безбрачия обет,
Коль не увижусь с Дамой дальней,
Ее милей и краше нет
Ни в ближней нам земле, ни в дальней.
Достоинств куртуазных клад
Сокрыт в ней - в честь ее я рад
У сарацинов жить в неволе.
С творцом, создавшим тьму и свет,
Любви не позабывшим дальней,
Я в сердце заключил завет,
Чтоб дал свиданье с дамой дальней,
Чтоб стали комната и сад
Роскошней каменных палат
Того кто нынче на престоле.
Мой только тот правдив портрет,
Где я стремлюсь к любови дальней,
Сравню ль восторги всех побед
С усладою любови дальней,
Но стать горчайшей из утрат -
Ибо я крестным был заклят -
Ей предстоит. О, злая доля!
О, сладость горькая утрат!
Будь крестный мой врагом заклят!
Страсть без ответа - что за доля!
Жоффруа воспевает идеал куртуазной любви - недостижимой, и оттого столь желанной. Возвышенное стремление к далекому идеалу облагораживает рыцаря и дает ему силу на подвиг. Наградой служит знак внимания прекрасной дамы, который при этом не нарушает чистоту чувств плотскими излияниями любви (хотя, по провансальским каноном, воссоединение возлюбленных возможно).
В XIX веке этот сюжет был очень популярен среди поэтов-романтиков. К примеру, к нему обращался Роберт Браунинг.
В XIX веке этот сюжет был очень популярен среди поэтов-романтиков. К примеру, к нему обращался Роберт Браунинг.
Эта идея нашла отражение в творчестве итальянских поэтов Возрождения - Данте и Петрарки.
В провансальской традиции соединение с прекрасной дамой еще представлялось возможным, а у Данте и Петрарки далекая любовь приобретает божественный статус, дающий возможность подняться с земли на небеса.
Записи можно послушать здесь на сайте ТАЛЕНТА
