— Это первое предупреждение. В следующий раз не промахнусь. Я домой, догоняй.
Аня сидела на краешке дивана, заложив ногу на ногу. Через неделю свадьба, а она волновалась, сомневалась. Правильный ли она сделала выбор? Точно? Хотелось бы, чтобы на всю жизнь, как у родителей. Или вот как у бабушки с дедушкой.
В этот вечер она забежала к ним в гости. Они поболтали, потом степенно попили чай с тортом. Бабушка, Лариса Павловна, делая вид, что смотрит сериал, уже клевала носом в своём кресле. Аня посмотрела на деда, Василия Семёновича.
— Деда, — тихо сказала она, чтобы не разбудить бабушку. — А можно тебя спросить?
— Спрашивай, солнышко.
— Вот вы с бабушкой сколько лет вместе?
— Пятьдесят три года в ноябре будет.
— И ни разу… Дед, честное слово, я ни разу не видела, чтобы вы ругались. Вообще. Даже голос друг на друга не повышаете. Она тебя воробышком зовёт, ты ее "любовь моя". В чём секрет?
Василий Семёнович задумался. Потом медленно повернулся к ней. В свете торшера его морщинистое лицо казалось вырезанным из старого дерева.
— Секрет? — переспросил он. Голос у него был тихий, хрипловатый от возраста и табака. — Очень простой, внучка. Я её очень сильно люблю.
Аня печально вздохнула:
— Все любят, а толку? Женятся, а через год развод.
— Секрет, — он усмехнулся одним уголком рта, беззвучно. Потом помолчал, глядя куда-то мимо неё, в прошлое. — Хочешь, расскажу? Бабушка-то уже задремала, не услышит. Да и стыдно ей за это, наверное, до сих пор.
— Конечно, хочу!
Он откинулся в кресле, а Аня села поближе, чтобы, не дай бог, бабушка не услышала. Потек плавный рассказ.
---
Поженились мы рано, если считать по вашим меркам. Это вы в 40 ещё молодые, а мы чуть ли не после школы расписывались. Мне — двадцать два, бабушке — девятнадцать. Свадьба была скромная, просто расписались и сходили в клуб. Я тогда ещё токарем на заводе работал, а Лариса в детском саду нянечкой. Молодые были, горячие. Любили? Ещё как. Страстно целовались в крохотной комнатке в общежитии, строили планы на однокомнатную квартиру в новенькой хрущёвке, которая вот-вот должна была достаться нам по очереди.
Через год родилась дочка, твоя мама, Танюшка. А ещё через полтора года твой дядя, Серёжа. Ой, хлебнули мы горя. Крохотная комнатка, квартиры не видать как своих ушей. Дома был ад. Теснота, крики, духота, пеленки стирали в тазу и сушили на верёвке над газовой плитой. Я работал в две смены, чтобы получить побольше. Приходил домой выжатый, как лимон. Моя Лариса, которая раньше пахла духами «Красная Москва» и смеялась звонко, теперь ходила в застиранном халате, с тёмными кругами под глазами. Разговоры только о детях, о деньгах, и о том, чья очередь стирать.
А у меня же друзья холостые. Петька, Витька, Санёк. После работы они, в отличие от меня, шли в пивную, или просто посидеть на лавочку, с бутылочкой. Разговаривали о футболе, о мотоциклах, о женщинах. Я же домой возвращался поздно, что-то делал, а потом валился спать, отворачиваясь к стене. Лариса ворочалась рядом, вздыхала. Жизнь? Тоска смертная.
Я стал «задерживаться» на работе чаще. Врал, что беру дополнительно смены, а сам ходил по гостям. Шел к Витьке, к Сашке. Но больше всего любил ходить к Петьке, у которого была комнатушка в частном доме на окраине. Там собиралась весёлая компания: гитара, пенное рекой, да ещё что покрепче. Ещё были и девчата. Такие же свободные, беззаботные, пахнущими духами, смеющиеся от любой шутки. Мне там было легко. Я снова чувствовал себя молодым, желанным, сильным, интересным мужчиной, а не замученным и вечно всем должным отцом семейства.
Помню те события как сейчас. Однажды, в субботу ко мне прибежал Петька. Позвал в общий коридор и зашептал:
— Вась, собираемся у меня. Будет Светка с подругами. Приезжай, развеешься.
Лариса была в комнате, гладила гору пелёнок. Младший орал в кроватке как сумасшедший. Пойти погулять или остаться здесь? Выбор был очевиден. Дальше все понеслось как в кино...
— Я на пару часов, — бросил Василий, уже надевая свою лучшую, в мелкую клетку, рубашку.
— Хорошо, — тихо сказала Лариса, даже не обернувшись.
Он вышел, хлопнув дверью. Через несколько часов у Петьки уже было шумно. Магнитофон орал что-то бодрое, пахло жареной картошкой, самогоном и дешёвым табаком. Василий выпил стопку, закусил солёным огурцом. Потом ещё. Стало тепло, весело, на душе похорошело. Рядом оказалась девчонка, как выяснилось, ее звали Катя. Худенькая, с пушистой чёлкой и смеющимися глазами. Работала на их же заводе, в соседнем цеху. Они шутили, смеялись, пили на брудершафт. И ему нравилось её внимание. Нравилось, что она смотрит на него с таким видом, будто бы он самый лучший мужчина на земле. Жена в последнее время на него так не смотрела, только пилила днями.
Потом все шумной гурьбой высыпали во двор. На улице хорошо, а в доме душно. Расселись на лавочке в беседке. Катька пристроилась рядом с ним, прижалась плечом.
— Ой, Вась, а у тебя такие красивые руси-и-и-ые волосы, — протянула она, уже изрядно выпившая, и запустила пальцы в его шевелюру.
Он не отстранился, куда там. Наоборот, обнял её за плечи. Наклонился, что-то сказал ей на ухо, ущипнул за бок. Она засмеялась и шлёпнула его по руке. И в этот момент калитка во двор со скрипом открылась. Сначала никто не заметил в пьяном угаре. Пока Петька не ахнул:
— Опа…
Василий поднял голову. На дорожке, освещаемая светом из настежь распахнутых окон, стояла Лариса. В симпатичном платье, которое она покупала перед свадьбой, поверх которого была накинута старенькая кофта. Волосы собраны в небрежный пучок. Наступила мгновенная тишина. Парни замерли, а девушки, будто что-то почуяв, стали переглядываться.
Лариса медленно вошла во двор. Смотрела только на мужа, который, почему-то опьянённый и окрылённый дамой под боком, приосанился и нагло развалился на скамейке. Пусть видит, кого может потерять.
Жена же подошла к лавочке вплотную, и вдруг её взгляд упал на поленницу у стены сарая. На аккуратно сложенные дрова, точнее на топор, воткнутый лезвием в колоду. Она резко повернулась, нагнулась, выдернула топор из колоды.
— Ларис… — начал Василий, что-то почувствовав, но голос предательски сорвался. Катька ахнула и отпрянула от него, как от раскалённого железа.
Лариса посмотрела на них. Сначала на Катьку — долгим, тяжёлым, волчьим взглядом. Потом перевела этот взгляд на мужа.
— Лариска, я…
Внезапно она резко взмахнула топором. Острие со свистом рассекло воздух и вонзилось в деревянную скамейку между его ног. Ровно посередине. В сантиметре, может и меньшее, от его брюк. Холодная волна страха прошла от пяток до макушки. Он даже не успел испугаться, просто побледнел. Топор торчал из лавочки прямо у его паха. Тишина, да такая звонкая, что казалось, слышно как летит муха. На секунду ему даже показалось, что он того... немного навалил в штаны от страха....
Лариса выдернула топор, потом спокойно перебросила из руки в руку. Внимательно посмотрела на мужа и сказала совершенно спокойно, даже как-то буднично:
— Это первое предупреждение. В следующий раз не промахнусь. Я домой, догоняй.
Она развернулась и пошла обратно к калитке. Никто не разговаривал, не комментировал и наверное, даже не дышал. Открыв калитку, будто бы что-то вспомнив, посмотрела на остолбеневшую Катьку.
— А тебе, шл... , совет — поищи мужиков где-нибудь в другом месте. Побереги здоровье.
И ушла, калитка захлопнулась. Во дворе повисла гробовая тишина. Потом Петька тихо присвистнул:
— Ну ты даёшь, Вась… Это же… Это же надо было так... Епт...
Василий не слышал ничего, казалось, время замерло. Он смотрел на проём калитки, на тёмную улицу, куда ушла его жена. Смотрел на дыру в лавочке между своими ногами. Алкоголь выветрился за мгновение, оставив только животный страх. Он не помнил, попрощался он или нет. Горло сжимала паника, было тяжело дышать и он почти бежал домой, даже не оглядываясь.
В комнате свет не горел. Дети спали, Лариса якобы тоже. Он тихонько лег рядом с ней и невидящим взглядом уставился в потолок. Так и провел без сна всю ночь, дергаясь от каждого шороха и вспоминая случившееся. Под утро заснул, а когда проснулся, Лариса уже сидела за столом и штопала его носки. Подняла на него глаза, в которых отражалось равнодушие.
— Иди завтракать, каша в кастрюле, — сказала она и снова опустила глаза на шитьё.
С этого момента все изменилось. После работы он бежал домой, а друзья-холостяки даже не звали его попить пенного. Все знали последствия, даже сторонились его. Мало ли что в голову придет его Лариске. Только вот и она изменилась. Перестала днями ходить в одном и тоже, стала красить губы и хоть иногда смеяться.
Время шло, росли дети, потом появились внуки. Ссорились? Нет, никогда. Может быть, слишком сильно было у него воспоминание о том вечере. Разве может он позволить себе кричать, хлопать дверьми, угрожать разводом? Не стоит проверять.
----
Василий Семёнович перевел дух. Внучка сидела напротив, бледная, с широко раскрытыми глазами.
— И это весь секрет?
— Да, — кивнул он. — Живём душа в душу, не поверишь.
— Никогда бы не подумала, что бабушка такая.
— Ещё какая, — усмехнулся старик. — Это была своевременная прививка от дурости. Зато потом друзья только семейные. Кто знает, как бы моя жизнь сложилась? Развод, алименты, дети без отца? Может, и я бы уже на том свете был.
Из кресла донёсся смех. Бабушка, которая якобы дремала, спокойно сказала:
— Вот же старый тебе напел. Припугнула легонько и все.
— И все? Я полгода боялся спать и на цыпочках ходил, — взвился дедушка.
— Не слушай ты его, боялся он. Нет никаких секретов семейного счастья. И любовь не всегда спасает. В первую очередь надо уважать друг друга.
Василий Семёнович переглянулся с внучкой и подмигнул. Мол, видишь? Уважать, а сама чуть что и сразу хрясь топором. Хотя, чего судить? Может быть, не поступила бы так тогда бабушка, не жили бы они столько лет счастливо. Со стороны же видно, как они друг о друге заботятся, оберегают. Развестись легко, а вот так жёстко поставить на место и потом не попрекать не каждому дано.
Аня вышла на кухню, чтобы попить воды. Подошла к окну, выглянула во двор. По тротуару шла влюбленная парочка, держась за руки. Что их ждёт? Неизвестно. А что ее скоро ждёт? Сможет она где-то уступить, простить, нажать? Бабушка молодец, не растерялась. Иногда в защите семьи все средства хороши.
Не забываем про подписку, которая нужна, чтобы не пропустить новые истории! Спасибо за ваши комментарии, лайки и репосты 💖
Еще интересные истории: