– Мой друг Алексей когда-то славился как человек, который часто употреблял ругательства. Он выражал свои эмоции ярко и с огромным удовольствием. Вместо того чтобы просто разговаривать, он предпочитал говорить сочно и изощренно. Его слова часто вызывали конфликты и раздражали тех, кто не любил нецензурную лексику. Он настойчиво игнорировал любые запреты и ограничения. Мы не виделись уже полгода, и когда мы, наконец, встретились недавно, я с трудом узнал своего друга. В его речи не осталось ни одного неприличного слова. Удивляясь такой неожиданной перемене у Алексея, я, естественно, спросил его:
«Что с тобой случилось?!»
В ответ он поделился со мной удивительной историей, произошедшей с ним. Вот она:
«С самого детства я легкомысленно относился к идее, что мат — это плохо, считая это просто глупой условностью, придуманной людьми. Ни родители, ни друзья не могли меня переубедить.
«Вот подумайте, — утверждал я перед своими оппонентами, — если бы люди запретили любые другие слова вместо всех известных ругательств, результат был бы тот же! В Швеции, например, ругательства, аналогичные нашим, употребляются повсеместно, и самым оскорбительным считается, казалось бы, безобидное выражение: «иди в лес!».
Все потому, что в древности там наказывали сильно виновных, выгоняя их в лес, что означало верную смерть.
Люди любят устанавливать себе запреты, это делает их жизнь интереснее! А мне плевать на все эти условности!
Но чудо со мной случилось прошлым летом. Я уже считал себя верующим человеком, но продолжал ругаться «погаными» словами, не желая признавать неприемлемость их употребления. И вот однажды мы с моей невестой отправились в паломничество в Дивеево. Это действительно святая земля под Арзамасом, привлекающая как паломников, так и обычных туристов. Здесь множество святых источников, в которых можно исцелиться от самых тяжелых болезней, очистить душу; живописные холмистые луга и лесные рощи…
В Дивеевском монастыре находятся мощи святого Серафима Саровского, великого молитвенника России. Многие верующие, прикасаясь к его мощам, получают духовное прозрение, утешение и защиту от болезней и недугов. Я видел, как к его мощам приводили бесноватых, например, женщину.
С нормальной на первый взгляд женщиной, как только она зашла в храм, произошла метаморфоза. Чем ближе ее подводили к раке, тем сильнее ее корежило, двое дюжих мужчин с трудом удерживали ее, и она при этом издавала жуткий звериный рев. А после – она опять стала обычной, ни чем особенным не отличающейся от других женщиной.
Пребывание на этой земле принесло первые результаты уже в начале. Мои маты стали все более редкими, хотя я все еще сопротивлялся. Однако после очередного купания в святом источнике и посещения святынь, меня осенила мысль: наша душа разрушается от ругани, засоряясь негативной энергией!
Мне казалось, что святой Серафим привел меня к простому и естественному пониманию того, почему использование нецензурных слов неприемлемо. Ведь даже если изначально мат и был когда-то давным-давно всего лишь набором простых универсальных слов, то, повесив ему “негативные ярлыки”, человечество за многие века неприятия настолько “напитало” его “негативной энергией”, что матерщина действительно стала “опасной мерзостью”. Когда мы употребляем матерную брань, мы разрушаем себя на духовном уровне, «засоряем» душу, отдаляемся от Бога, что радует беса, который ждет, чтобы мы сбились с пути. Мы, не подозревая об этом, так «молимся дьяволу».
И удивительно, желание материться пропало! На следующий день, проходя по улице, я неожиданно подвернул ногу и вместо того, чтобы высказать оскорбление, произнес всего лишь «ёёоо». Постепенно, когда проезжавшая машина обдала меня грязью, я собирался высказаться, но приятное чувство спокойствия заглушило злость. Я лишь махнул рукой и пошел дальше спокойно. Моя невеста была поражена.
И даже когда мы уезжали, и за 5 минут до отправки поезда выяснилось, что он отправляется с другого вокзала в противоположной части города (спасибо добрым железнодорожникам, устраивающим такую путаницу!) я, по жизни довольно вспыльчивый, сдержался и перенес такой облом со стоическим спокойствием. На поезд мы опоздали, и пришлось ехать обратно на два часа позже в общем вагоне…
С тех пор я не только не матерюсь сам, но даже расстраиваюсь, когда слышу, что кто-то матерится рядом со мной. Похоже, что это как наблюдать, как кто-то испражняется. Однако, помня себя, бывшего матерщинника, я не обижаюсь и не осуждаю сквернословов. Просто пытаюсь деликатно объяснить, что они делают себе зло. Бедные не осознают, что делают… Молюсь о них!
Помоги всем, Господь! Слава Богу за всё!
Источник: Православие. One