Военные украшали свои ёлки, как могли и умели, готовясь к встрече Нового Года… Мой папа, служивший сверхсрочную на Семипалатинских испытательных полигонах в качестве радиста (шестидесятые годы), был великим рукодельником. Его стихией было оргстекло, и он делал из него всё, что хотел, умел и мог, а умел и мог он многое. Папа приносил со службы куски и кусочки цветного и обычного оргстекла, и изготавливал из него очень художественные вещи. В его крохотной мастерской всегда пахло дихлорэтаном, и этот запах навсегда впечатался в мою память. Я был ещё совсем соп@ляком, но папа уже тогда научил меня работать на ключе, и азбуку Морзе я выучил раньше, чем научился писАть. Папа делал вещи. Я помню великолепные ажурные шкатулки, исполненные на высочайшем художественном уровне. Помню настольные композиции в виде взлетающих ракет и самолётов. Помню миниатюрный макет метеорологической станции − несколько домиков, приборные вышки с лесенками. Были проработаны мельчайшие детали, вплоть до крохот