Пятница. Поделюсь небольшой байкой, которая быль.
Помню, дело было под Жостово, на канале имени Москвы. А если точнее — не на самом канале, а на примкнувшей к нему старой запруде. Вода стоячая, берега заросшие, дно — бездонный, живой ил. Отличное место для рыбалки. А ещё для того, чтобы отправить плавать на камере от «Камаза» связанного человека, а следом опустошить в него рожок от АКМ. Так и сделали два местных «умельца», что потом естественно чистосердечно рассказали на допросе, будучи пойманными совсем за другое преступление.
Я тогда был студентом, но уже работал в следственном отделе прокуратуры. И мы приехали туда «на рыбалку». Уже не в первый раз. Водолазы МЧС ныряли до нас — и выныривали с пустыми руками. Вода в запруде была как жидкая грязь: видимость нулевая даже в метре от лица, а течение, подкравшееся из канала, постоянно взбалтывало эту муть. Представьте, что вам в бассейн, полный холодного кофе со сливками, бросили ключи. И велят найти. На ощупь.
В тот день с нами были специалисты из самой Генеральной прокуратуры. Мужики бывалые, с проседью и спокойными глазами. Пока водолазы, кряхтя, облачались в гидрокостюмы, мы выпивали водочку на берегу и заедали тут же и пожаренными куриными крылышками. Разговор зашел об оборудовании, о сложных поисках. И тут один из генпрокурорских, щурясь на свинцовую воду, небрежно бросил:
— Да, тут вашего покойника, конечно, днем с огнём… Хуже, чем мощи искать.
— Какие ещё мощи? — не понял я.
— Ну, по заказу Церкви приходилось. На старых кладбищах. Работа для приборов особая, тонкая.
Он не стал вдаваться в детали, но в его словах не было ни тени стёба. Напротив — та сосредоточенная, почти профессиональная серьёзность, с которой сапёр говорит о минном поле. Другой кивнул, добавив, что оборудование для таких дел делали на заказ, штучно. И оно работало. Они говорили об этом так же буднично. Как о факте. О ещё одной грани реальности, странной, но неоспоримой.
При этом к самой Церкви они относились с лёгкой, снисходительной усмешкой циников. Рассказали, как в одном монастыре расследовали убийство и поставили в кельях «прослушку». Ожидали, видимо, шепота молитв или споров о догматах. А услышали только бесконечные разговоры о футболе, деньгах и женщинах.
«Ну, монахи же, — усмехнулся рассказчик. — Люди как люди».
Но я подумал, что они, наверное, всё-таки говорили и о чудесах. Потому что чудеса — такая же часть их работы, как для нас — протоколы и вещдоки. Просто инструмент. И, возможно, предмет такого же сухого, профессионального обсуждения за чаем.
Труп мы в тот раз не нашли. Помогли, в итоге, не хитрые приборы, а старый добрый метод, пахнущий солдатским потом: ребята из ППС, могучие и терпеливые, как волы, с верёвками в руках перегородили всю запруду, разбив её на квадраты. И в одном из этих квадратов рука водолаза наткнулась на то, что искали.
А в этот раз уезжали, оставляя за спиной потемневшую к вечеру воду. В голове помутнённой алкоголем крутились две картинки. Первая — мужики в гидрокостюмах рыщут в грязи в поисках разложившихся и изъеденных рыбой останков. Вторая — они же с их тончайшими приборами, ищущие в толще земли нечто нетленное и вечное. И почему-то казалось, что ищут они, в сущности, одно и то же. Просто на разной глубине.
Если вам нужна помощь в разрешении юридических вопросов, то вы можете обратиться ко мне по электронной почте lawyer@pts-corp.ru или написать в Телеграм (номер телефона в описании канала). Первичная консультация, в случае указания, что нашли меня в дзен, будет стоить 5000 рублей. Обращаться можно по всем правовым вопросам.