Кирилл замер в дверном проеме, глядя на экран телефона, на котором высветилось сообщение от тещи.
Нет, это было не просто сообщение, а мольба, сформулированная в сжатых, отчаянных предложениях: "Кирилл, дорогой, только без паники и никому ни слова, особенно Лере. Зайди сегодня вечером, если свободен. Дело чрезвычайной важности. Тётя Тоня".
"Тётей Тоней" Антонина Петровна становилась только в моменты высшей степени смущения или когда собиралась просить о чем-то совершенно немыслимом.
Последний раз такое звание он слышал, когда она, заливаясь краской, попросила настроить ей соцсети, чтобы внуков смотреть».
Вечером, попив чаю с излишне невинным видом, Антонина Петровна выложила на стол козыри.
— Видишь ли, Кирилл, — начала она, нервно поправляя шелковый шарфик. — Ситуация… гм… требует нестандартного подхода.
— Вы снова купили ненужный инфокурс? — вздохнул Кирилл. — Про "криптовалюту для пенсионеров" мы же уже разобрались.
— Гораздо хуже! — прошептала она, наклоняясь через стол. Ее глаза, обычно строгие за стеклами очков, были округлены от драматизма. — Мне… нужно поймать кавалера.
Кирилл поперхнулся печеньем. "Поймать кавалера" — звучало как сюжет плохого телесериала.
— Антонина Петровна, вы прекрасная, самостоятельная женщина, — начал он осторожно. — Зачем вам… этот квест?
Оказалось, что подруга по йоге, Валентина, вовсю хвастается ухажерами, а дочь Лера, его жена, в последнее время слишком часто заводит разговоры про "активную старость" и дома престарелых в положительном ключе.
Эта комбинация ударила по самолюбию Антонины Петровны, архитектора на пенсии, сильнее, чем она готова была признать.
— И что вы придумали? Знакомства через приложение? Танцы в парке?
— Не смейся! — она хлопнула ладонью по столу. — Я все продумала. Есть один ресторан, "Панорама". Туда ходят… правильные люди. Не мажоры, а интеллигентные, с положением. Но я не могу пойти туда одна! Это выглядит отчаянно. А с подругами — они все сплетницы.
В ее глазах появился тот самый стальной блеск, который Кирилл знал и уважал. Именно этот блеск когда-то заставил его, студента, моментально убрать ноги со стола в ее присутствии.
— Поэтому, — продолжила она, делая паузу для эффекта, — ты пойдешь со мной. В качестве… молодого спутника. Мы сойдем за коллег или, лучше, за друзей. Большая разница в возрасте — это сейчас модно, я читала. Ты будешь выглядеть как успешный молодой человек, я — как интересная, современная женщина, с которой приятно провести время. Это создаст правильный имидж. А там… посмотрим.
Кирилл сидел, ошеломленный. Он представлял себе вечер с тещей в театре, на даче за прополкой клубники, даже в поликлинике в очереди, но не в роли "приманки" в дорогом ресторане.
— Антонина Петровна, я женат на вашей дочери! Меня могут увидеть!
— Тем лучше! — парировала она. — Если кто-то из знакомых увидит нас вместе, они подумают, что ты просто помогаешь одинокой женщине, проявляешь заботу. Идеальное алиби. Лера будет тобой гордиться.
Логика была железобетонной, как мосты, которые она когда-то проектировала. Сопротивляться было бесполезно.
Через неделю, после тщательного инструктажа ("Никаких «тетя Тоня"! Только "Антонина". И сними эти кроссовки, ради Бога!") и шопинга, от которого он отговаривал ее как мог ("Мне нужен не наряд, а образ!"), они стояли у входа в "Панораму".
Антонина Петровна в этот вечер, выглядела потрясающе в темно-синем платье строгого кроя и серебряной нитью в элегантной прическе.
Она дышала уверенностью, но Кирилл, уже научившийся ее читать, видел, как нервно теща сжимала клатч.
— Заходим, улыбаемся, — прошептала она, как полководец перед битвой. — Ты — Кирилл, я — Антонина. Я архитектор, ты… кто ты?
— IT-специалист, как и есть, — вздохнул он.
— Слишком банально. Скажешь, что занимаешься… урбанистикой. Это связано с архитектурой. Будешь выглядеть интеллектуально.
Ресторан встретил их приглушенным светом, тихим перезвоном бокалов и взглядами.
Кирилл с непривычным чувством гордости проводил тещу к столику. Мол, какая у меня интересная спутница, а потом поймал себя на этой мысли и внутренне содрогнулся.
Они заказали ужин. Первые пятнадцать минут были самыми неловкими в жизни Кирилла. Мужчина почувствовал себя актером, забывшим текст.
— Как твои… проекты, Антонина? — выдавил он, отчаянно пытаясь вспомнить, что она говорила про какую-то реконструкцию.
— Идут, — с легкой, светской улыбкой ответила она, играя роль. — Сложно, знаешь ли, сочетать исторический облик с современными требованиями к инфраструктуре. Но мы стараемся. А как твоя урбанистика? Все еще борешься с пробками?
Они говорили ерунду, но постепенно, под влиянием вина и абсурдности ситуации, скованность стала уходить.
Они обсуждали последнюю выставку в музее, спорили о новом фильме (Кирилл забыл, что он "молодой друг", и на полном серьезе начал доказывать свою точку зрения).
Он с удивлением обнаружил, что Антонина Петровна смотрит не только сериалы, но и отличные европейские драмы, о которых он и не слышал.
Она же, в свою очередь, оживилась, рассказывая о своей последней задумке — проекте сквера для их района.
— Знаешь, — сказала она, отодвигая десертную тарелку, — я тут придумала, как можно организовать пространство вокруг нашего пруда. Не просто лавочки поставить, а создать настоящую точку притяжения для молодежи, для семей, для нас, стариков.
— Вы не старуха, — автоматически поправил он, констатируя факт.
В этот момент Антонина Петровна, увлеченная, с горящими глазами, выглядела на сорок.
— Спасибо, дорогой, — она улыбнулась, и это была уже не светская, а настоящая, теплая улыбка. — А Лера не отметила твои идеи по поводу балкона?
— Лера говорит, что мои идеи пахнут "гаражным самоделом", — усмехнулся Кирилл.
Они рассмеялись. И в этот момент женщина увидел незнакомца за соседним столиком, который до этого был пуст.
Ему было лет шестьдесят. Он был в элегантном, но не вычурном пиджаке, с внимательным, умным лицом.
Мужчина читал книгу, но взгляд его периодически скользил в их сторону. Антонина тоже заметила его. Ее осанка стала еще прямее, смех — чуть более мелодичным.
— Кажется, цель обнаружена на горизонте, — тихо произнес он, наклоняясь к ней.
— Не смотри прямо! — прошипела она, сияя ему в ответ улыбкой. — Ты все испортишь. Он должен сделать первый шаг.
Но мужчина не делал шагов. Он спокойно читал, изредка делая заметки на полях. Это выводило Антонину из себя.
— Может, он просто ждет кого-то? — предположил Кирилл.
— Нет. Одинокие люди, которые приходят в рестораны с книгами… они либо отчаянные социофобы, либо уверенные в себе индивидуалисты. Он выглядит как второе.
Прошло еще полчаса. Антонина начала заметно нервничать. План давал трещину.
— Ладно, — сдавленно сказал Кирилл, ощущая груз ответственности. — Разведка боем. Я отлучусь, будьте наготове.
Он встал и направился в сторону, где предположительно находилась уборная, но сделал круг и оказался рядом со столиком мужчины. Тот поднял на него взгляд.
— Простите за беспокойство, — сказал Кирилл, демонстрируя максимально дружелюбную улыбку. — Не подскажете, где здесь, собственно…
Мужчина улыбнулся в ответ. Улыбка была такой же спокойной и интеллигентной, как и он сам.
— Вон за той колонной, — он показал направление. — Прекрасная спутница у вас, молодой человек. Очень оживленная беседа.
— О, да, Антонина — невероятно интересный собеседник, — с энтузиазмом подхватил Кирилл. — Архитектор с огромным стажем и, что редкость, невероятно современными взглядами.
— Архитектор? — в глазах мужчины вспыхнул интерес. — Я сам когда-то преподавал историю архитектуры. Сейчас на пенсии, но не могу оторваться от темы. Читаю как раз про поздний модернизм.
— Невероятное совпадение! — воскликнул Кирилл, чувствуя, как сценарий обретает плоть и кровь. — Она только что рассказывала о проекте сквера. Вы знаете, ей, наверное, было бы очень интересно услышать мнение специалиста. Если, конечно, вы не против… присоединиться к нам на пару минут? Просто за чашкой кофе?
Мужчина на секунду задумался, затем кивнул.
— Почему бы и нет? Меня, кстати, зовут Виктор Сергеевич.
Через пять минут Виктор Сергеевич сидел за их столиком, а перед ним стоял свежий кофе. Кирилл, исполняя роль свахи, представил его.
— Антонина, позволь представить тебе Виктора Сергеевича. Он историк архитектуры. Виктор Сергеевич, это Антонина.
— Очень приятно, — кивнула она, и Кирилл с гордостью отметил, что в ее голосе не было ни капли подобострастия или напускного кокетства. Только деловое, профессиональное любопытство.
— Кирилл сказал, вы проектируете сквер, — начал Виктор Сергеевич. — Я живу в том районе, знаю тот пруд. Место сложное, запущенное.
И их разговор полился, словно песня. Кирилл откинулся на спинку стула, молча наблюдая. Его миссия была выполнена. Он был уже не нужен.
Когда кофе был допит, Виктор Сергеевич вдруг спросил, смотря прямо на Антонину:
— Простите за бестактность, но вы… коллеги? Или… родственники?
Антонина и Кирилл переглянулись. Ложь, задуманная как фундамент всего предприятия, вдруг показалась мелкой и ненужной. Антонина выпрямилась. Ее голос был чист и спокоен.
— Кирилл — мой зять и мой сегодняшний спаситель, который согласился составить мне компанию, чтобы я не чувствовала себя неловко в одиночестве. Но, должен сказать, — она улыбнулась Кириллу, — вечер получился гораздо приятнее, чем я ожидала.
— Честно и красиво. Мне это нравится. А знаете, я пришел сюда тоже не просто так. Друг сказал: "Сидишь дома, как сыч. Иди, почитай среди людей". Видимо, нам обоим повезло с советчиками, — мужчина взял салфетку и что-то на ней написал. — Вот мой номер. Я был бы рад, если бы вы прислали мне свой эскиз того сквера. И, возможно, продолжили наш спор за чашкой кофе, но уже без столь очаровательной буферной зоны, — добавил он и кивнул в сторону Кирилла.
Когда зять и теща вышли на прохладный ночной воздух, Антонина пару минут молчала, а потом глубоко вздохнула.
— Ну что, — спросил Кирилл, подавая ей руку. — Довольны операцией "Кавалерийский наскок"?
Она остановилась и посмотрела на него с облегчением и благодарностью.
— Знаешь, что самое интересное? — тихо сказала теща. — Мне было неловко. Ужасно неловко вначале. Я чувствовала себя старухой, которая играет в молодость. А потом… Потом мы просто разговаривали. Ты и я. И когда пришел он, мы говорили об архитектуре. И я забыла, что мне нужно его "зацепить". Я просто говорила о том, что люблю. И это… сработало. Хотя и не так, как я планировала.
— А как планировала? — улыбнулся Кирилл.
— Не знаю. Глупости. Думала, буду кокетничать, строить глазки… Спасибо, Кирилл. Не только за то, что пришел. А за то, что… был собой и позволил мне быть собой. И за то, что не выдашь Лере.
— Обещаю, — кивнул он. — Наша тайна. Но номер все-таки сохраните. Мало ли.
Через две недели, в субботу, она нашла тот самый клочок салфетки с номером и позвонила.
Виктор Сергеевич, услышав звонкий голос, сразу же узнал его носительницу.
— Может, прогуляемся вечерком по Набережной? — неожиданно предложил мужчина.
— Почему бы и нет?! — радостно согласилась Антонина Петровна.
Они встретились через пару часов. Пара гуляла по Набережной до самого утра и больше не расставалась.
Через два года Антонина и Виктор поженились. На их свадьбе всем наконец-то открылась тайна знакомства.
Лера с удивлением узнала, что ее муж, Кирилл, стал непосредственным участником этого судьбоносного знакомства.