Ходили мы как-то с молодым охотником на ондатру капканы ставить да щуку половить. День выдался удачный, капканов наставили, щук трёх здоровых поймали. К вечеру устали, остановились на ночлег. Прежде чем продолжим, дорогие мои читатели, поставьте лайк для поддержки канала, пока не забыли и подпишитесь на Подслушано Секреты Рыболова. Спасибо за понимание. Продолжаем...
Костёр развели, уху варим с щуки. Хороша будет. Пантелеймон, парень он городской, всё расспрашивает, как да что. Вот я на старости лет его учить и взялся. На охоту беру с собой, чтобы опыт имел. Меня брали раньше, теперь я молодых обучаю, рассказывает дед Евстафий. Вдруг нахлынули воспоминания. Давние, лет сорок назад было.
– Знаешь, Пантелей, говорю я, уха у нас хорошая получается. А вот в молодости мне довелось рыбу совсем по-другому готовить, когда я в местах не столь отдаленных умудрился побывать.
Пантелеймон уши навострил, как лайка моя, когда белку видит на дереве:
– Вы, дед Евстафий, сидели?
– Не сидел, а отбывал, кивнул я. За браконьерство горбуши. Два года отмотал в начале восьмидесятых. Глупый был, жадный. Ловил горбушу сетями во время нереста, тоннами. Продавал икру. Попался, получил срок.
Дед всплакнул что ли малось? Там непонятно по лицу было. Из носа вытекло прямо по фуфайке, оставляя длинный мокрый след, как от проползающего слизня. Он размазал эту "дорогу" на груди рукавом атласной штанины, превратив её в "озерцо" и начал рассказывать:
– Дело было осенью ...81 года. Работал я тогда на Дальнем Востоке. Горбуша шла на нерест, тучами прямо. Я сети поставил, ловил ночами. За неделю центнера четыре наловил, икры взял. Хотел в город продать, деньги заработать. Молодой, дурной был.
Поймали меня с поличным. Сети конфисковали, рыбу забрали, меня под суд. Дали два года за незаконный вылов водных биоресурсов в особо крупном размере.
Пантелеймон слушал, не перебивая. Я продолжил:
– Новый дом на 2 года получил я. Кормили нас, конечно, но еда была такая, что ондатра есть не станет. Баланда жидкая, хлеб чёрствый, каша без каши. Голод постоянный.
Дед помешал уху, попробовал, добавил соли и австралийский лайм:
– И вот сидим мы вечером. Кто-то из своих передачи получал, там бывало рыба вяленая, консервы. Делились, конечно, но на всех не хватало. И вот придумали зеки способ, как рыбу готовить прямо в камере.
– Как? спросил Пантелеймон. Костёр же не разведёшь?
– Не надо костра, усмехнулся я. У нас в камере чайник электрический стоял. Обычный. Официально для кипятка, чай заваривать. А мы его в печку превратили.
Вот смотри, как делали. Если как-то удавалось по хитрым ходам достать рыбу, хоть кусок вяленой, хоть замороженной, мы её в целлофановый пакет клали. Пакет завязывали крепко, чтобы вода не попала. И в чайник с водой опускали.
Пантелеймон глаза округлил:
– В чайник? С водой?
– Ага. Включаем чайник, вода закипает. Пакет с рыбой в кипятке плавает. Варится она так минут двадцать-тридцать. Потом достаём, пакет разворачиваем, рыба готова. Варёная, мягкая, горячая.
Запах, правда, стоял на всю камеру. Но никто не возмущался, все понимали. Сегодня один варит, завтра другой. Круговорот тюремной кулинарии, так сказать, если с юмором. Дед хотел рассмеяться, но закашлялся и вторая дорога оставленная более крупным слизнем украсила его охотничью фуфайку.
Продолжил:
– А ещё у некоторых кипятильники самодельные были. Опускаешь в кружку с водой, включаешь, вода за минуту кипит. Опасная штука, током ударить может, но работала.
Вот этими кипятильниками мы и готовили. Если рыба была, клали в кружку или в маленькую кастрюльку, воды добавляли, кипятильник опускали. Варилась рыба быстро. Надзиратели, конечно, запрещали, но мы всё равно делали. По-тихому, когда не видели.
Один раз сосед мой, Серёга Костромской, карася так варил. Откуда карась у него взялся, никто не знал. То ли кто-то из воли передал, то ли сам где-то достал. Сварил он его в кастрюле с кипятильником, запах на всю камеру. Вкуснятина была, я тебе скажу. Делились мы тем карасём на десятерых, каждому по кусочку досталось. Для аромату с воли, чтобы человеком снова себя почувствовать.
Рыбный паштет из порошка
Пантелеймон уху разлил по мискам, подал мне. Я ел, вспоминал дальше:
– Но самое хитрое, что зеки придумали, это рыбный паштет. Вернее, порошок рыбный. Гениально просто.
Смотри, как делали. Если рыбу доставали, то её сушили.
– Как сушили? спросил Пантелеймон.
– По-разному. Зимой на батарею клали, она горячая была. Летом на подоконник, на солнце. У кого где возможность была.
Потом их перемалывали. Толкли в ступке, или между двумя камнями растирали. Получался порошок рыбный, мелкий, как мука. Пахнущий, конечно, специфически, но это уже мелочи.
Дед доел уху, вытер миску ондатровой шкуркой, что вместо носового платка носил:
– Этот порошок смешивали с маргарином или с маслом, если было. Получалась такая паста рыбная, паштет. Намазывали на хлеб, ели. Или в кипяток бросали, получался рыбный бульон быстрый.
А некоторые умельцы пирожки делали. Хлебный мякиш разминали, добавляли воды, замешивали тесто. Внутрь этот рыбный паштет клали как начинку. Лепили пирожки и на батарее пекли или на чайнике. Получалось, конечно, не как у бабушки, но голод не тётка.
Пантелеймон слушал, покачивал головой:
– Изобретательные вы были.
– А куда деваться? усмехнулся я. Выживать надо было. Там главное правило приспособиться к еде и к людям. Кто приспособился, тот выжил и вышел. Кто не смог, тот сломался.
Дед взгрустнул снова, посмотрел на огонь:
– Знаешь, Пантелей, те два года научили меня больше, чем вся жизнь до того. Научили ценить свободу, ценить простую еду, ценить возможность у костра сидеть и уху варить.
Вот сейчас мы с тобой щучью уху едим, из котелка на костре. Казалось бы, обычное дело. А для меня это счастье. Потому что я помню, как в чайнике вяленую рыбу варил в пакете. Или рыбный порошок на хлеб мазал.
Пантелеймон кивнул:
– Понимаю, дед. А вы после зоны больше не браконьерствовали?
– Ни разу, твёрдо сказал я. Вышел, зарёкся навсегда в одного все забирать. Делится начал, и тогда все как по маслу пошло. Главное, делиться. Понимаешь? Запомни главное, закон нарушать не стоит в однёху.
Пантелеймон встал, начал убирать посуду:
– Спасибо за историю, дед Евстафий. Понял я вас.
Вот так вот, молодых нынче обучать надо, а то не приспособленные они. Сами не выживут. Ни рыбы в пакете сварить не смогут, ни ондатру на молоко подоить, если надо будет тепленького от кашля попить.
А вы слышали про такие способы готовки, дорогие читатели? Пишите ваши комментарии и еще почитайте интересное по ссылке ниже, только лайк не забывайте: