Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Тот самый МюнхгауZен

🔼НАЧАЛО🔼 ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ

🚨 Тройной удар по пирамиде Вашингтона: как Венесуэла, Иран и союз Дели с Пекином хоронят американскую гегемонию Часть 2️⃣/3 Однако этот молот рикошетом бьёт по рукоятке. Главные торговые партнёры Тегерана — это Китай и Россия. Угроза пошлин для Москвы смехотворна, ибо объём прямой торговли с США ничтожен. А вот для Пекина это — прямая пощёчина и нарушение всех недавних хрупких договорённостей. Китай не откажется от Ирана по трём причинам: дешёвая нефть, ключевой узел инициативы «Один пояс — один путь» и принципиальная несовместимость с внешним диктатом. Исторический урок здесь тоже есть: это напоминает политику «сдерживания коммунизма» времён холодной войны, которая в итоге лишь сплотила лагерь противников Вашингтона и подтолкнула к созданию Движения неприсоединения. Нынешние действия США работают на создание нового, куда более мощного и сплочённого «клуба обделённых». Ирония ситуации в том, что Вашингтон, пытаясь изолировать Тегеран, изолирует сам себя, заставляя великие державы Ев

🔼НАЧАЛО🔼 ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ

🚨 Тройной удар по пирамиде Вашингтона: как Венесуэла, Иран и союз Дели с Пекином хоронят американскую гегемонию

Часть 2️⃣/3

Однако этот молот рикошетом бьёт по рукоятке. Главные торговые партнёры Тегерана — это Китай и Россия. Угроза пошлин для Москвы смехотворна, ибо объём прямой торговли с США ничтожен. А вот для Пекина это — прямая пощёчина и нарушение всех недавних хрупких договорённостей. Китай не откажется от Ирана по трём причинам: дешёвая нефть, ключевой узел инициативы «Один пояс — один путь» и принципиальная несовместимость с внешним диктатом. Исторический урок здесь тоже есть: это напоминает политику «сдерживания коммунизма» времён холодной войны, которая в итоге лишь сплотила лагерь противников Вашингтона и подтолкнула к созданию Движения неприсоединения. Нынешние действия США работают на создание нового, куда более мощного и сплочённого «клуба обделённых».

Ирония ситуации в том, что Вашингтон, пытаясь изолировать Тегеран, изолирует сам себя, заставляя великие державы Евразии ещё теснее смыкать ряды. Каждая такая пошлина — это ещё один гвоздь в крышку гроба глобального доверия к доллару как нейтральному инструменту торговли.

🔹 Гималайская оттепель: как Трамп примирил Индию с Китаем

Заявление начальника штаба Сухопутных войск Индии генерал-лейтенанта Упендры Двиведи о стремлении укрепить военное доверие с Китаем — это, возможно, самый чувствительный геополитический провал Вашингтона за последние годы. Американская стратегия десятилетиями строилась на простом и, как казалось, незыблемом принципе: «Индия — естественный противовес Китаю в Азии». На эту идею работали и «ядерная сделка», и продажа оружия, и квадрилатеральный диалог QUAD.

И что же? Администрация Трампа, с её грубым протекционизмом и полным игнорированием интересов «союзников», обложила индийский импорт пошлиной в чудовищные 50%. Одновременно с этим, тонкая и многовекторная дипломатия Пекина, подкреплённая трезвым расчётом в Нью-Дели, сделала своё дело. После встречи Моди и Си Цзиньпина в августе 2025-го зашевелились механизмы: восстановлено прямое авиасообщение, начались переговоры по границе.

Это — классический пример «бумеранга однополярности». Желая иметь покорных сателлитов, Вашингтон получает самостоятельных игроков. Желая стравить двух гигантов, он их мирит — против себя. Историческая параллель глубока: это напоминает крах системы «баланса сил» в Европе накануне больших войн, когда старые союзы, построенные на страхе и долге, рассыпались, уступая место новым конфигурациям, основанным на прагматизме и взаимном интересе. Индия делает выбор в пользу евразийской стабильности, а не в пользу роли «пушечного мяса» в чужой игре.

🔹 Синтез угроз и ответ России: Игра на опережение в эпоху Великого Перелома

Три этих процесса — не три разные истории. Это три лика одного явления: агонии унилатеральной, навязанной силой модели мира. США, чувствуя ускользающее могущество, хватаются за самые примитивные инструменты: финансовый шантаж, торговые дубины и ставку на силовое противостояние других. И каждый раз получают обратный, объединяющий эффект.

Для России здесь открываются и риски, и грандиозные возможности.

Риски в том, что усиление любого нового центра силы требует от нас ещё большей стратегической чёткости, гибкости и инвестиций в собственный технологический и идеологический суверенитет. Мы не можем позволить себе быть просто одним из многих.

🔽ОКОНЧАНИЕ🔽 ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ