Конец января. Я стояла на кухне и резала овощи для оливье. У свекрови Нины Петровны юбилей. Шестьдесят лет.
Муж Серёжа вернулся с работы. Держал в руках конверт. Улыбался.
— Смотри, я маме путёвку заказал! В Дубай. На двоих с подругой.
Я вытерла руки кухонным полотенцем. Взяла конверт. Открыла. Красивая брошюра с видами отеля. Пальмы. Небоскрёбы.
— Вау, красиво! — выдохнула я. — Дорого небось?
— Триста тысяч, — гордо сообщил он. — Но мама же пожилая. Ей надо отдохнуть. Пусть съездит.
Я кивнула. Мне стало обидно. Мы с Серёжей три года не были в отпуске нормальном. Копили на ремонт в спальне. На машину. Последний раз отдыхали на даче у родителей.
Но я промолчала. Свекровь работала всю жизнь медсестрой. Поднимала Серёжу одна. Пусть отдохнёт.
— Молодец, — сказала я. — Хорошая идея.
Сергей обнял меня. Был счастлив. Я доготовила салат.
Прошло чуть больше месяца. Восьмое марта. Я проснулась рано. На кухне уже стоял Сергей. Варил кофе. Улыбался.
— С праздником, родная! — он поцеловал меня в щёку. — Вот, держи!
Протянул коробку. Большую такую. В подарочной упаковке.
Я села на стул. Развернула бумагу. Внутри лежал набор кастрюль. Пять штук разного размера. Обычных металлических.
— Увидел в торговом центре, — пояснил он. — Подумал, пригодится! Старые уже потёртые.
Я замерла. Посмотрела на кастрюли. Потом на мужа. Он ждал восторга.
— Серёжа, — медленно произнесла я. — Ты серьёзно?
— А что? — он искренне не понял. — Нравится?
— Ты подарил мне кастрюли. На Восьмое марта.
— Практичный подарок! — он присел рядом. — Ты же готовишь постоянно. Польза. Женщины любят для дома вещи получать.
Я посмотрела ему в глаза. Меня накрыло.
— Твоей маме — тур за триста тысяч. Мне — кастрюли за десять?
Он нахмурился. Начал раздражаться.
— Ну мама пожилая! Ей отдыхать надо. А ты молодая. Здоровая. Тебе путёвки ни к чему.
— А кастрюли к чему? — спросила я тихо.
— Марин, не начинай! — он встал. — Нормальный подарок. Другие радуются. А ты вечно недовольна.
Я ничего не ответила. Встала из-за стола. Убрала кастрюли в шкаф под раковиной. Захлопнула дверцу.
Решила подождать. Скоро день рождения Серёжи. Двадцать третье апреля.
Прошло полтора месяца. Я ходила и думала. Обида не проходила. Каждый раз открывала шкаф. Видела кастрюли. И злилась заново.
Подруга Катя сказала мне: «Ты терпила. Надо ответить».
Я согласилась.
Двадцатого апреля купила красивую упаковочную бумагу и большую коробку. Серебристую с золотыми звёздами. Достала из шкафа ТЕ САМЫЕ кастрюли. Положила в коробку. Упаковала. Перевязала их широким красным бантом.
Выглядело празднично. Поставила коробку на стол в гостиной.
Двадцать третье апреля. День рождения Серёжи. Он проснулся поздно. Вышел на кухню в шортах и майке. Зевал. Увидел подарок.
— О, круто! — обрадовался он. — Спасибо! Посмотрим, что там!
Подошёл к столу. Развернул упаковку аккуратно. Раскрыл коробку.
Застыл. Лицо вытянулось. Брови поползли вверх.
— Это... Это мои кастрюли? Которые я тебе дарил?
— Да, — спокойно ответила я. — Дарю тебе.
Он покраснел. Смотрел на меня непонимающе.
— Марин, ты издеваешься?!
— Нет, — я села на диван. — Я по твоей логике дарю.
— Какой логике?! — взорвался он. — Я тебе на Восьмое марта их дарил!
— И что? — я посмотрела на него. — Практичный подарок! Мужчины тоже готовят. Польза!
— Мужчинам кастрюли не дарят! — он схватил коробку. — Это унижение!
— А женщинам дарят? — я встала. — Когда их мамам туры за триста тысяч?
Он замолчал. Поставил коробку обратно.
— Причём здесь мама?!
— При том, Серёжа, — сказала я жёстко. — Ты решил, что я домработница. Мне практичное. А маме роскошь.
— Мама заслужила! — он начал орать. — Она меня растила! Работала всю жизнь! Экономила на себе!
— А я? — я подошла ближе. — Я не работаю? Не готовлю? Не стираю твои вещи? Не тяну дом?
— Это другое! — он схватил телефон. — Ты жена! Обязана!
— Обязана получать кастрюли?
— Да перестань ты! — он стукнул кулаком по столу. — Ты из мухи слона делаешь!
Он вышел в коридор. Хлопнул дверью спальни. Я осталась одна в гостиной. Села на диван. Выдохнула.
Через сорок минут зазвонил телефон. Свекровь. Я взяла трубку.
— Марина! — заорала она сразу. — Как ты посмела обидеть моего мальчика?!
— Нина Петровна, добрый день, — ответила я ровно.
— Какой добрый?! Ты ему кастрюли подарила! На день рождения! Ты нормальная?!
— А ваш сын мне подарил кастрюли, — сказала я спокойно. — На женский праздник. После вашего тура за триста тысяч.
Тишина. Потом она взвизгнула:
— Я мать! Я право имею! А ты просто жена!
— Просто жена? — я усмехнулась. — Которая готовит, стирает и тянет весь быт?
— Твоё дело готовить! — кричала она. — Женское предназначение!
— Моё дело уважать себя. До свидания, Нина Петровна.
Я положила трубку. Заблокировала её номер. Села обратно на диван.
Серёжа вернулся из спальни через двадцать минут. Сел рядом. Молчал.
— Мама звонила? — спросил тихо.
— Звонила. Орала.
— Она в слезах теперь, — сказал он. — Ты её довела.
— Я себя не довела, — ответила я. — Вот что важно.
Он встал. Пошёл собирать вещи. Уехал к маме. На неделю.
Я осталась одна. Села на диван. Выдохнула. Вернулся через неделю. Извинялся. Обещал исправиться.
Но кастрюли стоят в шкафу нетронутые. Напоминание, что я умею за себя постоять.
А вы бы приняли кастрюли в подарок после того, как свекрови подарили тур за триста тысяч, или тоже вернули бы их обратно? Поделитесь в комментариях.
Этот рассказ заденет даже тех, кто не ожидал