Марина задумчиво смотрела в запотевшее окно троллейбуса. За мутным стеклом мелькали до боли знакомые пейзажи родного города: серые панельные девятиэтажки, скверы с уже облетевшими, жалкими листьями, пёстрые киоски с газетами и шаурмой. Октябрь в этом году выдался на редкость промозглым, с ледяным ветром, пробирающим до костей, но настроение у Марины было на удивление светлым, почти праздничным.
Сегодня на работе случилось то, к чему она шла последние три года — её наконец-то повысили до начальника отдела сбыта.
— Всё-таки я молодец, — едва слышно прошептала Марина, поправляя воротник пальто и ловя своё отражение в тёмном стекле.
В свои пятьдесят она выглядела моложе: стройная фигура, ухоженные волосы благородного каштанового оттенка, тщательно подобранный, пусть и не самый дорогой, гардероб. Многие знакомые шептались за спиной, что она расцвела именно после развода. Может, и правда, жизнь с Николаем её не красила. Пятнадцать лет брака с человеком, который постепенно спивался у неё на глазах, превращаясь из перспективного инженера в угрюмого алкоголика, оставили глубокий след в душе, но, к счастью, не сломали её.
Троллейбус резко дёрнулся, останавливаясь на красном сигнале светофора. Мимо проехала новенькая белая иномарка, сверкая чистыми боками. Марина невольно улыбнулась. Ещё немного, и она сможет купить свою собственную машину. Пять лет. Пять долгих лет она откладывала каждый месяц часть зарплаты, отказывая себе в лишней паре туфель или поездке на море. И сейчас на счету скопилась внушительная сумма — больше трёхсот тысяч рублей. С новой должностью и обещанными премиями к Новому году мечта станет реальностью.
Выйдя на своей остановке, Марина решила заглянуть в продуктовый. Сегодня хотелось побаловать себя чем-нибудь вкусненьким, нарушить привычную диету.
— Куплю хорошего вина, сыра, может, даже баночку красной икры, — решила она, беря корзинку. — Повышение надо отметить, пусть и в одиночестве.
Сын Андрей жил в Петербурге, куда уехал поступать в университет сразу после школы и остался работать после получения диплома. Они созванивались раз в неделю, по воскресеньям, и Марина всегда с гордостью слушала о его успехах в крупной компании. Сын был её главной гордостью и опорой, хоть и на расстоянии.
В магазине в этот час было немноголюдно. Марина долго выбирала вино, остановившись на бутылке полусладкого грузинского, как в молодости, когда это считалось верхом роскоши. Взяла упаковку «Российского» сыра, маленькую баночку икры по акции, свежий багет и пачку любимого печенья «Юбилейное». Название печенья заставило её горько усмехнуться. Никаких юбилеев у неё в ближайшее время не предвиделось, да и отмечать особо было не с кем.
После развода Марина не спешила заводить новые отношения. В их провинциальном городке выбор кавалеров был невелик, если не сказать удручающ. Большинство свободных мужчин её возраста имели примерно тот же «багаж», что и её бывший муж. У кого проблемы с алкоголем, у кого семеро по лавкам от предыдущих браков, которых нужно содержать, а у кого просто циничное желание найти удобную хозяйку, которая будет молча стирать носки и варить кастрюли борща. Ничего из этого Марину не привлекало.
Вечер обещал быть тихим и приятным. Дома она переоделась в любимый велюровый костюм, включила старенький телевизор, найдя канал с советской классикой — шёл «Служебный роман», фильм, который она знала наизусть, — и открыла вино.
Только она с ногами забралась на диван, как зазвонил телефон.
— Мам, привет! — голос Андрея звучал бодро и даже как-то торжественно.
— Привет, сынок. А я как раз собиралась тебе завтра звонить.
— У меня новости, мам. Я получил повышение, теперь я руководитель проекта! И зарплату подняли на тридцать процентов.
— Поздравляю! — искренне обрадовалась Марина, чувствуя, как тепло разливается в груди. — У меня, кстати, тоже сегодня радость. Меня назначили начальником отдела.
— Вот это да! — рассмеялся Андрей. — Мы с тобой прямо синхронно идём. Слушай, мам, раз такое дело... Может, пора тебе машину купить? Ты же давно хотела.
— Да, думаю об этом. Ещё немного подкоплю и весной возьму.
— А давай я помогу? У меня как раз премия будет хорошая. Добавлю сколько не хватает.
— Не надо, сынок, — мягко, но твёрдо ответила Марина. — Ты себе на квартиру копи, тебе нужнее. Я сама справлюсь, у меня всё по плану.
Они ещё немного поговорили о жизни, о погоде в Питере, о планах на отпуск. После разговора настроение у Марины стало ещё лучше. Она любила сына и гордилась тем, каким самостоятельным и цельным человеком он вырос, несмотря на все сложности их прошлой жизни с отцом-алкоголиком.
На следующий день на работе Марина с головой погрузилась в новые обязанности. Теперь ей предстояло руководить коллективом из десяти человек, составлять сложные отчёты для высшего руководства и проводить бесконечные планёрки.
Ближе к вечеру коллеги организовали небольшой фуршет в честь её назначения. Именно там, среди бутербродов и пластиковых стаканчиков, она и познакомилась с Дмитрием.
Он был представителем фирмы-партнёра, приехал на встречу с директором, но задержался. Высокий, с благородной сединой на висках, в отлично сидящем тёмно-синем костюме, Дмитрий разительно выделялся среди местных мужчин. Когда их представили друг другу, он галантно, чуть старомодно поклонился и предложил ей бокал шампанского.
— За ваше повышение, Марина Сергеевна! Уверен, вы прекрасный специалист, раз вам доверили такой пост.
Его улыбка была открытой и располагающей, а в уголках глаз собирались лучики морщинок. Они разговорились. Оказалось, что Дмитрий тоже разведён, детей у него нет, что было редкостью. Жил он с пожилой матерью в соседнем районе города. Работал коммерческим директором в небольшой торговой компании, много ездил по командировкам.
— А почему вы без машины? — поинтересовалась Марина, когда разговор зашёл о транспортных проблемах города.
— Да как-то не сложилось, — пожал плечами Дмитрий, и в его голосе не было ни капли смущения. — То на квартиру копил, то маме на лечение требовались серьёзные деньги. Да и, честно говоря, удобнее на такси или общественном транспорте в центр добираться, чем место для парковки искать по полчаса.
Этот ответ вызвал у Марины уважение. Заботится о матери, рационально относится к деньгам, не пытается пустить пыль в глаза — нетипичный представитель мужчин её круга.
К концу вечера Дмитрий, немного смущаясь, попросил её телефон.
— Надеюсь, вы не будете против, если я позвоню вам... не только по рабочим вопросам? — в его глазах читался неподдельный интерес.
Марина колебалась лишь мгновение.
— Не буду, — улыбнулась она, диктуя номер.
Он позвонил уже на следующий день. Пригласил на выставку ретро-автомобилей, которая проходила в городском парке. Марина согласилась, сама удивляясь своей лёгкости. Возможно, настало время дать себе шанс?
На выставке они провели почти целый день. Дмитрий оказался невероятно интересным собеседником, знал историю каждой машины и с удовольствием делился знаниями, но не поучал, а увлекал рассказом. К удивлению Марины, ей было легко с ним молчать, легко смеяться. Никакой наигранности, никаких попыток произвести ложное впечатление — просто приятное общение двух взрослых людей.
— Знаете, Марина, — сказал Дмитрий, когда они пили горячий чай в маленьком кафе после прогулки, — мне кажется, в нашем возрасте не стоит терять время на лишние условности. Вы мне очень понравились. Может, попробуем узнать друг друга получше?
Предложение Дмитрия не застало Марину врасплох. Она словно ждала этих слов. Впервые за долгие годы ей захотелось снова почувствовать себя женщиной — желанной, любимой, интересной.
— Почему бы и нет? — ответила она, глядя ему прямо в глаза. — В нашем возрасте уже достаточно мудрости, чтобы не наделать глупостей.
Их отношения развивались стремительно, словно оба пытались наверстать упущенные годы. Вечерние прогулки по парку, где они собирали жёлтые кленовые листья, походы в кино на новые мелодрамы, которые Дмитрий терпеливо высиживал ради неё, держа её за руку в темноте зала. Совместные ужины то у неё, то в небольших уютных кафе, где играла музыка их молодости. Марина даже нашла на антресолях старые виниловые пластинки — «Самоцветы», Пугачёва, Ротару — и они слушали их вечерами, вспоминая юность.
С каждой встречей Марина всё больше привязывалась к Дмитрию. Он умел слушать, не перебивал, когда она рассказывала о проблемах на работе, искренне интересовался её мнением. После тяжёлых отношений с Николаем, который в последние годы брака только и делал, что критиковал её, такое отношение казалось настоящим подарком судьбы.
Правда, были и тревожные звоночки, которые Марина старалась не замечать.
— Знаешь, в чём твоя проблема, Марина? — сказал ей как-то Дмитрий, когда они ужинали в её квартире. — Ты слишком много работаешь. Жизнь проходит мимо, а ты всё в отчётах да таблицах.
— Но мне нравится моя работа, — возразила она, накладывая ему добавку пюре с домашней котлетой. — К тому же я хочу быть финансово независимой.
— Конечно, это важно, — кивнул Дмитрий, отправляя в рот очередной кусок. — Но всё равно женщина должна больше внимания уделять семье, уюту. Знаешь, как говорила моя мама: «Карьера карьерой, а борщи сами себя не сварят».
В тот момент Марина просто отшутилась, но фраза про борщи царапнула что-то внутри. Удивительно, как после всех их разговоров о равенстве и взаимоуважении Дмитрий вдруг выдал такую избитую банальность. Впрочем, это были лишь слова, а на деле он никогда не требовал от неё стоять у плиты.
Через три месяца Дмитрий начал намекать на совместное проживание.
— А что, если мне переехать к тебе? — спросил он однажды, когда они гуляли по заснеженной центральной площади, разглядывая новогоднюю ёлку. — Твоя квартира просторная, а у мамы в двушке нам тесновато. Да и добираться до работы мне от тебя будет удобнее.
Марина помедлила с ответом. Совместное проживание — это серьёзный шаг. С одной стороны, ей было комфортно с Дмитрием, одиночество по вечерам уже начинало тяготить. С другой — она привыкла к своему личному пространству, своим привычкам, свободе.
— Не слишком ли мы торопимся? — спросила она осторожно. — Мы знаем друг друга всего три месяца.
— А сколько нужно? — улыбнулся Дмитрий, и в его глазах Марина увидела такую искреннюю надежду, что сердце дрогнуло. — Год, два, десять? Мы уже не дети, Мариночка. Что нам ещё узнавать друг о друге? Ты мне нравишься, я тебе, кажется, тоже. А жить отдельно в нашем возрасте — это просто терять драгоценное время.
Его аргументы звучали разумно. После долгих раздумий Марина согласилась. В конце концов, если что-то пойдёт не так, они всегда смогут разъехаться.
Первое время совместной жизни было полно приятных моментов. Дмитрий оказался хозяйственным: сам ходил за тяжёлыми пакетами с продуктами, мог починить подтекающий кран или повесить полку в ванной. Готовил, правда, не очень, но зато с удовольствием мыл посуду и выносил мусор.
В финансовом плане договорились сразу: квартплату делят пополам, продукты покупает тот, кому удобнее, а крупные покупки обсуждают вместе. О своих накоплениях на машину Марина Дмитрию не рассказывала. Не потому, что не доверяла, просто считала это своим сугубо личным делом, своей маленькой подушкой безопасности.
Однажды за ужином Дмитрий как бы между прочим упомянул о своей зарплате.
— Нам сегодня премию выдали, целых пятнадцать тысяч. Приятно, конечно, но всё равно мало. У тебя, наверное, больше выходит?
Марина, не ожидая подвоха, ответила честно:
— У меня оклад сорок две тысячи, плюс проценты от продаж отдела. В хороший месяц может выйти до шестидесяти.
Дмитрий на секунду замер с вилкой у рта, словно что-то подсчитывая в уме.
— Неплохо, — сказал он наконец, и в голосе проскользнула странная нотка. — А я вот всего тридцать пять получаю, плюс премия иногда. Обидно, что женщина зарабатывает больше мужика.
— Почему обидно? — удивилась Марина. — Это же хорошо, когда в семье больше денег. Какая разница, кто больше приносит? Главное, что нам вместе хватает.
— Да, конечно, — согласился Дмитрий, но как-то неохотно, уткнувшись в тарелку. — Просто стереотипы, наверное, давят.
После этого разговора Марина стала замечать, что Дмитрий иногда отпускает странные комментарии. То намекнёт, что она карьеристка, то скажет, что начальник отдела — это мужская должность, требующая жёсткости, которой у неё нет. Но эти замечания были редкими, и Марина старалась не раздувать из мухи слона.
Настоящим испытанием стало знакомство со свекровью. Нина Петровна, статная женщина шестидесяти пяти лет с тщательно уложенными в высокую причёску волосами и слишком ярким для её возраста макияжем, с порога начала оценивать квартиру Марины придирчивым взглядом.
— Обои можно было бы и посвежее выбрать, — заметила она, проводя пальцем по стене в коридоре. — И ковёр этот явно из советских времён, пылесборник. Сейчас такие красивые ковры продают, модные, синтетические.
Марина едва сдержалась, чтобы не напомнить, что это её квартира, и она сама решает, какие в ней должны быть обои. Вместо этого она вежливо улыбнулась и пригласила гостью к столу.
Весь вечер Нина Петровна без умолку говорила о достижениях сына. Какой он талантливый, как ценят его на работе, какие важные миллионные контракты он заключает. По её словам выходило, что Дмитрий чуть ли не спас компанию от банкротства, придумав гениальную стратегию.
— Дима всегда был скромным, — заметила Нина Петровна, когда они перешли к чаю с тортом. — Он никогда не расскажет, как начальство перед ним заискивает. Я всегда ему говорю: «Сынок, проси прибавку к зарплате! Ты же столько делаешь для них, ты же золотой работник!»
Здесь Марина уже не выдержала:
— А почему бы вам действительно не попросить прибавку, Дмитрий, если вы так ценны для компании?
Дмитрий слегка покраснел и пожал плечами, избегая встречаться с ней взглядом:
— Не в деньгах счастье, Мариш. К тому же нам пока хватает.
Нина Петровна бросила на сына быстрый, острый взгляд, но тему сменила. Когда свекровь ушла, Марина осторожно спросила:
— Ты правда так много сделал для своей компании, как рассказывает твоя мама?
Дмитрий махнул рукой:
— Мама всегда всё преувеличивает, ты же понимаешь. Обычная работа, ничего особенного. Просто ей хочется думать, что её сын — большая шишка. Материнская любовь, что с неё взять.
Этот ответ успокоил Марину, хотя где-то в глубине души зародился червячок сомнения.
Время шло, и отношения становились всё более привычными, обыденными. Страсть первых месяцев улеглась. Дмитрий всё чаще задерживался на работе, всё больше внимания уделял своему телефону, переписываясь с кем-то по вечерам.
В начале весны Марина решила, что пора осуществить свою мечту. На счету уже было почти четыреста тысяч, а с учётом предстоящей премии к 8 Марта как раз хватало на скромный, но приличный подержанный автомобиль. Она не собиралась обсуждать это с Дмитрием детально, но в последний момент всё же решила поделиться радостью.
— Я хочу купить машину, — сказала она за ужином. — «Киа Рио» или что-то в этом роде. Деньги есть, я давно копила, ещё до нас.
К её удивлению, Дмитрий отреагировал без энтузиазма, даже с раздражением.
— А ты уверена, что это хорошая идея? Машина — это пылесос для денег: бензин, страховка, парковка, ремонт. Ты готова к таким расходам?
— Конечно, готова, — удивилась Марина. — Я всё просчитала. На обслуживание денег хватит, тем более с моей новой зарплатой.
— И кто будет водить эту машину? — спросил Дмитрий, прищурившись. — Ты же права только недавно получила. А если авария? Женщины за рулём... сам понимаешь.
Марина почувствовала, как внутри закипает обида. Она потратила время и деньги на курсы, успешно сдала экзамены, а теперь её пытаются выставить неумехой.
— Послушай, — сказала она, стараясь говорить спокойно. — Это мои деньги, моё решение и моя будущая машина. Я получила права не для того, чтобы они лежали в ящике стола.
Дмитрий поднял руки в примирительном жесте:
— Ладно, ладно, не кипятись. Просто забочусь о тебе, глупенькая.
На следующий день Марина позвонила сыну, чтобы посоветоваться насчёт конкретной модели. Андрей обрадовался и предложил помощь в подборе.
— Мам, а ты на кого машину оформлять будешь? — спросил он в конце разговора.
— На себя, конечно.
— Слушай, а может, на меня оформишь? — предложил Андрей. — Просто так будет выгоднее со страховкой, у меня стаж большой, скидка хорошая. Да и... мало ли что. Вдруг твой Дмитрий захочет какие-то права качать, если вы поссоритесь?
Марина задумалась. Предложение сына имело смысл. После первого брака она стала осторожнее.
— Пожалуй, ты прав, — согласилась она. — Оформим на тебя, а пользоваться буду я. Так спокойнее.
Она не знала, что Дмитрий стоял в дверях кухни и слышал каждое слово. Лицо его потемнело, губы сжались в тонкую линию. Он тихо отступил в коридор и через минуту вошёл на кухню с громким вопросом «Что на ужин?», словно ничего не слышал.
Но отношения после этого заметно охладели. Дмитрий стал раздражительным, придирался к мелочам. А ещё он стал чаще ходить к матери, возвращаясь от неё с запахом жареной картошки и новыми претензиями к Марине.
— Мама опять пирогов напекла, — говорил он. — Вкуснотища! А у нас опять макароны?
— Дмитрий, если тебя что-то не устраивает, скажи прямо! — не выдержала Марина однажды. — Я работаю до семи вечера, чтобы у нас были деньги!
— Вот об этом я и говорю! — взорвался он. — Ты постоянно напоминаешь, что зарабатываешь больше! А теперь ещё и машину без меня покупаешь, на сына оформляешь! Не доверяешь мне?
— Дело не в доверии, — устало вздохнула Марина. — Просто на Андрея страховка дешевле.
— Да, конечно, — усмехнулся он зло. — А то, что я муж, хоть и гражданский, это так, пустое место?
Скандал замяли, но напряжение осталось висеть в воздухе.
Вскоре Дмитрий объявил:
— В следующую субботу у мамы юбилей, шестьдесят пять лет. Она приглашает нас на ужин.
— Хорошо, — кивнула Марина. — Что дарить будем?
— Она мечтала о золотых серьгах. Давай скинемся? Тысяч по десять с каждого.
Марина удивилась сумме — двадцать тысяч на серьги для женщины, которая её вечно критикует, — но согласилась ради мира в семье.
В субботу они приехали к Нине Петровне с подарком. Марина ожидала скромного семейного ужина, но свекровь встретила их при полном параде, а в квартире уже толпились гости — тётушки, кузины, соседки.
— А мы не одни? — шёпотом спросила Марина у Дмитрия.
— Мама решила позвать родню, юбилей всё-таки, — буркнул он.
Стол ломился от угощений, но, едва гости успели выпить по первой, Нина Петровна встала и торжественно объявила:
— Дорогие гости! Квартира у меня маленькая, всем тесно. Поэтому я решила сделать вам сюрприз — мы продолжаем праздник в ресторане «Славянский»! Я заказала столик!
Гости радостно загудели. Марина ошеломлённо посмотрела на Дмитрия:
— Ты знал?!
— Нет! — он выглядел искренне растерянным. — Мама, наверное, накопила...
В ресторане их ждал роскошный банкет. Осетрина, икра, дорогие вина — блюда сменяли одно другое. Марина сидела как на иголках. Она понимала, что пенсионерка не могла оплатить такой пир.
Ближе к полуночи, когда веселье было в самом разгаре, Нина Петровна, раскрасневшаяся от вина, постучала вилкой по бокалу:
— Спасибо всем, что разделили со мной этот праздник! Я счастлива! И отдельное спасибо моему сыночку и его прекрасной, успешной жене Мариночке, которые устроили этот вечер!
Марина поперхнулась водой. Гости зааплодировали.
Когда принесли счёт — толстую кожаную папку, — официант вопросительно посмотрел на компанию. Нина Петровна, небрежно махнув рукой в сторону невестки, громко, на весь зал заявила:
— А передайте-ка счёт Мариночке, она заплатит! У неё денег куры не клюют!
В ресторане повисла звонкая тишина. Марина медленно подняла глаза на свекровь, потом на мужа. Дмитрий сидел, низко опустив голову и теребя салфетку.
— Простите? — переспросила Марина ледяным тоном. — Нина Петровна, я не ослышалась? Вы хотите, чтобы я оплатила ваш юбилей?
— Ну конечно, милая! — фальшиво улыбнулась свекровь. — Ты же обещала! Правда, Дима?
— Я ничего не обещала, — Марина встала. Её голос звенел от гнева, но звучал твёрдо. — Мы подарили вам серьги. Это был наш подарок. О ресторане я узнала час назад.
— Не будь мелочной! — зашипела Нина Петровна, меняясь в лице. — Ты богатая, для тебя это копейки! А я хотела показать родне, что мой сын удачно женился! Оплати счёт, не позорь нас!
Марина посмотрела на Дмитрия:
— Ты молчишь? Ты знал, что она это устроит?
Дмитрий поднял мутный взгляд:
— Марин, ну заплати... Я потом отдам. Мама потратила всё на мой кредит...
— Какой кредит?! — Марина чувствовала, как земля уходит из-под ног.
— На бизнес... Я прогорел год назад, теперь долги раздаю...
— Лжец! — выкрикнула Марина.
Она повернулась к официанту, который всё ещё стоял с папкой:
— Молодой человек, счёт оплатят вот этот господин и его мать. Это их праздник. А мне вызовите такси.
— Марина, стой! — Дмитрий вскочил, хватая её за руку. — Ты не можешь уйти! У нас нет таких денег!
— Это не мои проблемы, — она резко выдернула руку. — У тебя есть кредит, о котором ты молчал. У тебя есть мама, которая решила шикануть за мой счёт. Разбирайтесь сами.
Она вышла из ресторана, не оглядываясь, под негодующие крики свекрови о «бессердечной стерве».
Дома Марина действовала как робот. Собрала вещи Дмитрия в мусорные мешки и выставила на лестничную площадку. Вызвала слесаря из круглосуточной службы, заплатив тройной тариф, чтобы сменить замки. Позвонила сыну.
— Мам, ты плачешь? — встревожился Андрей.
Она рассказала всё. О ресторане, о предательстве, о кредите.
— Я прилечу завтра, — коротко сказал сын. — Ничего не бойся. Мы его засудим, если он хоть пальцем тронет дверь.
Через час в дверь начали ломиться. Дмитрий кричал, угрожал, умолял, требовал пустить его «домой». Марина через дверь спокойно сказала, что вызовет полицию. Он пошумел и ушёл, забрав мешки.
Следующие недели были адом. Дмитрий пытался подать в суд на раздел имущества, утверждая, что они вели совместное хозяйство. Нина Петровна распускала сплетни по всему району. Но благодаря Андрею, который нанял хорошего юриста, все атаки были отбиты. Квартира, накопления — всё осталось при Марине. Доказать «гражданский брак» ради раздела имущества Дмитрию не удалось.
Постепенно жизнь вернулась в колею. Марина купила машину — ту самую, о которой мечтала. Теперь она ездила на работу с комфортом, слушая любимую музыку.
Однажды вечером, возвращаясь домой, она встретила соседку.
— А я смотрю, вы одна теперь, Мариночка? — сочувственно спросила та. — И правильно. Лучше одной, чем с кем попало. Вон Клавдия из сорок пятой тоже альфонса выгнала, так перекрестилась.
Марина улыбнулась.
— Вы правы. Лучше быть одной, чем быть использованной.
Дома зазвонил телефон.
— Мам, привет! У меня новость — мы с Катей подали заявление в ЗАГС! Свадьба в сентябре.
— Сынок! Как я рада! — Марина почувствовала, как слёзы счастья наворачиваются на глаза.
— И ещё... Насчет машины. Я всё-таки хочу добавить тебе денег, возьми что-то получше.
— Спасибо, родной, но я уже купила. Сама. И оформила, как мы и договаривались, на тебя. Но теперь я точно знаю: я всё могу сама.
Положив трубку, Марина подошла к окну. Там, за стеклом, снова шёл дождь, но в её квартире было тепло и уютно. Она была свободна, успешна и, главное, спокойна. Жизнь только начиналась, и теперь она точно знала цену себе и людям.
Если вам понравилась история, просьба поддержать меня кнопкой "палец вверх"! Один клик, но для меня это очень важно. Спасибо!