Лев Щерба родился в 1880 году и был золотым медалистом Петербургского университета, где его научным отцом стал сам Иван Бодуэн де Куртенэ. Он не просто учился — он стал главным наследником идей казанско-петербургской школы. Если Бодуэн и Крушевский предположили существование фонемы, то Щерба довёл эту теорию до ума и дал ей современное определение. Он превратил смелую гипотезу в точный научный инструмент. Его карьера — это образец академического успеха: золотая медаль, стажировки в лучших университетах Европы, магистерская, а затем и докторская диссертация к 35 годам. Но Щерба не был сухим кабинетным учёным. В 1909 году он совершил невероятное: основал в Петербургском университете первую в России лабораторию экспериментальной фонетики. Представьте: 1909 год, вокруг лингвисты спорят о древних манускриптах, а Щерба уже вовсю записывает звуки на аппараты, измеряет длину гласных и доказывает, что язык можно изучать, как физику! А теперь к знаменитой фразе. Это не просто набор смешных слов
Не ученик, а наследник: как Щерба подхватил эстафету де Куртене
13 февраля13 фев
2 мин