Первое, чему учат в академии:
«Вестибулярный аппарат — твой самый главный враг, не верь ему!».
Курсанты осваивают эту науку через бесконечные тренировки и боль. Далеко не каждый справляется… Но зато потом спейсер ни за что не станет обманывать себя такой глупостью, как «правильное» направление. Его и нет вовсе, этого правильного направления. Верх, низ, право, лево — простые условности. А есть только точка наибольшего гравитационного притяжения, к которой стремится всё вокруг. И она относительна.
Вот и теперь, когда прямой коридор внезапно превратился в бездонную шахту, Электроник не сомневался ни мгновения. Прежде, чем падающее тело успело набрать критическую массу, он выстрелил гарпуном в потолок, который до этого был стеной.
Ещё один важный урок от жестоких инструкторов:
«Материальные объекты — иллюзия. На самом деле существуют только положительно и отрицательно заряженные энергии полей. Гранит легко может обратиться пылевым облачком, а воздух загустеет до желеобразного состояния».
Вместо того чтобы вцепиться титановыми зубьями в каменную кладку, крюк-кошка пролетел сквозь потолок, как через облако газа. Импульс от выстрела разогнал белёсый туман, а Электроник камнем полетел в самый низ. Где бы он ни был.
В голове раздался рёв инструктора:
«Не думай о следующем шаге — просто сделай его!».
И при этом спейсер должен обладать интуицией десяти хитрецов, иначе никак. Там, в академии, они делают всё возможное, чтобы среди маленьких курсантов остались только такие.
Каждое новое действие спейсера должно быть продиктовано суровой выучкой и условными рефлексами: «Как в том древнем эксперименте с собакой» — мелькнуло у Электроника. Всё это время он продолжал падать. Не время думать о такой чепухе!
Твёрдая поверхность. Искать. Найти! Подобно цирковому акробату, выполняющему смертельный номер, Электроник извернулся всем телом и с силой оттолкнулся ногами от единственной оставшейся стены.
Экзоскелет скафандра многократно усилил толчок и одновременно уберёг ноги от перелома. Электроник тяжело рухнул в соседний коридор.
Кажется, герметичность скафандра не нарушена. Но как же хочется спать. Всего одну минуточку… Система скафандра тут же зафиксировала замедление жизненных показателей. Несколько автоинъекций разогнали химический коктейль по венам. Электроник вскочил с места. Бежать! Бежать! Бежать! Только вперёд!
Он почти покинул лабиринт, когда коридор начал рассыпаться на части. Осколки камня разлетались в разные стороны. Только на этот раз тянула их не гравитация, а нечто противоположное. Физики старины называли эту силу тёмной энергией, а спейсеры обходились простым…
— Антик! Регистрирую сильный выброс! — коротко передал Электроник остальной команде.
— Забирай кристалл и уходим. Проход становится нестабильным, — глухо отозвалось в динамике.
Осколки рассыпавшегося лабиринта сформировали нечто вроде астероидного поля. По поверхности визора тонкой строкой текли данные о ближайших гравитационных колодцах, зонах компрессионного сжатия и любых других потенциальных угрозах, которыми полнится Интерспейс.Электроник не вчитывался. Периферического зрения хватало, чтобы просто впитывать данные на полубессознательном уровне. Одновременно с анализом информации он выстраивал в голове карту астероидного поля, траектории движения осколков и неверные маршруты.
«Если спейсер не может параллельно думать о нескольких вещах — он вовсе никакой не спейсер».
Из сотни путей, ведущих к смертельным ловушкам и тупикам, Электроник выбрал единственный верный — только так можно добраться до кристалла.
— Фантомы! Фиксирую 4… нет, 5 сигнатур! — динамики хорошо передали прозвучавшие в голосе панические нотки.
Все новички боятся фантомов. Сколько разных страшилок им успели понарассказывать в учебке? Впрочем, и у самого Электроника пульс ощутимо подскочил.
Не теряя времени, он проворно вскочил на ближайший камень и направился к кристаллу. Куда ни глянь — во всех направлениях простиралась подёрнутая голубоватой дымкой бездна. Одно неверное движение, неправильно рассчитанная траектория осколков, и его ждёт мучительно долгое путешествие в один конец. Интересно, что иссякнет первым — сжиженный газ в кислородных баллонах или выдержка Электроника? Так! Усилием воли он отбросил дурацкие мысли и полностью сконцентрировался на движениях собственного тела.
— Электроник. Фантомы оттесняют нас к вратам.Что за глупость? Обычно эти призраки ничего подобного не выделывают…
— Аномальное поведение, — ответил Электроник, — Лучше выходите, я сам закончу. Всё равно от них сейчас никакой пользы. Пожалуй, только горстка лучших способна выжить в настолько хаотичном Интере.— Электроник, так нельзя…
— Никаких размышлений, просто действуй, — Электроник мысленно отругал себя за использование учебных доктрин — Второго такого шанса у нас не будет. В один и тот же Интер два раза не попасть.
Вздох. — Принято. Действуй, волк-одиночка, — обречённо прозвучало из динамика.
Через несколько секунд связь полностью оборвалась. Теперь Электроник сам по себе. Что же, это не впервые.
Сканер издал тревожный сигнал. На радаре замаячила сигнатура — это фантом быстро приближался к Электронику. И правда аномалия. Придётся рискнуть. Электроник резко сменил курс, удлинив дальность и интенсивность прыжков. Так, конечно, рискованней выходит, но уж лучше вечное падение в пустоту, чем свидание с фантомом.
Призрак двигался невероятно быстро. Несколько раз Электроник фиксировал энергетические вспышки то на правом, то на левом краю визора. Сложно было сказать, что конкретно он видел. Судя по движениям — гуманоид. А вот про внешность ничего сказать не получалось.
Фантом будто всё время находился вне фокуса и весь походил на большое смазанное пятно. Время от времени он и вовсе пропадал. Или становился полупрозрачным. Или исходил тусклым холодноватым свечением как люминесцентная лампа. Одним словом, фантом. Даже спустя десятки лет взаимодействия с интерспейсом люди так и не приблизились к пониманию их природы. И Электроник был бы не против, если бы так всё и оставалось. Задействовав грубую силу и реактивные движки, он сместил несколько крупных «астероидов» с намеченной траектории. Вдруг задержат преследователя?
Наконец, вдали забрезжили разнообразные переливы синего, зелёного и красного. Вместе они образовывали волны поразительных световых оттенков. Говорят, это лишь малая часть излучаемого 11-мерным кристаллом спектра. Если бы только человеческий глаз мог увидеть больше…
Кристалл находился на одном особенно огромном «астероиде», напоминавшем десертную тарелку. Словно подброшенная в небо монетка, она медленно раскручивалась вокруг своей оси. В момент, когда Электроник аккуратно ступил на её поверхность, смещённые «астероиды» начали сталкиваться друг с другом. Тысячи осколков разлетались в разные стороны как конфетти. Эти новые провоцировали ещё больше столкновений и так по возрастающей. Синдром Кесслера в действии. Фантомная сигнатура исчезла. — Одной проблемой меньше, — облегчённо прошептал Электроник. Наконец он добрался до кристалла. Вблизи чёртовой штуки все приборы просто с ума посходили. Глаза слепило, будто Электроник смотрел прямо на солнце. Из-за мощнейшего электро-магнитного поля выводившиеся на визор данные потонули в артефактах и помехах.
— Убрать интерфейс!
Управление не солгало насчёт прогнозируемой мощности. Да что говорить — большую часть 11-мерных кристаллов трудно увидеть невооружённым взглядом. А этот даже в ладони не поместится!
Электроник снял со спины изолирующий куб и осторожно пустил его по направлению к источнику энергии. Пускай лучше самой опасной работой занимается ИИ. Куб распался на множество плоскостей, плавно окруживших кристалл с шести направлений. Со звонким щелчком те вновь сомкнулись вместе.
Сияние исчезло, но воздух буквально потрескивал от переполнявшей кристалл энергии. И всё же изолятор держался. Электроник опасливо взял устройство в руки. Пора возвращаться в реальный мир. — Верни интерфейс.
В этот момент Электроника захлестнула буря из разрозненных данных и предупреждающих оповещений, но даже без всякого анализа он понял — сейчас произойдёт что-то очень плохое.
Следующим, что видел Электроник была яркая вспышка всепоглощающей черноты. Земля исчезла из-под ног. Невероятный выброс антика тащил его во все стороны сразу. Как-то так себя чувствуют во время четвертования? Оглушённый и дезориентированный, Электроник дрейфовал в пустоте. Нужно что-то придумать. Мысли лениво наслаивались одна на другую. Электроник пытался отыскать твёрдую поверхность, чтобы пустить кошку, но кругом не было абсолютно ничего. Реактивные движки не отзывались. Он даже не мог понять, с какой скоростью движется.
Постепенно пришло понимание: «Кажется, на этом всё».
Инструктора обожают повторять, что исполнение правил даёт гарантию возвращения — 100%. Следуй им, и всё с тобой будет хорошо. Но правда в том, что никаких гарантий не существует. В Интере не действуют правила. Только хаос.
Электроник чувствовал, как сознание медленно погружается во мрак. Сейчас он…
ТЖЖХХХ…
Нечто мягко подхватило Электроника и вытащило из пустоты. Он с удивлением почувствовал под собой твёрдую поверхность. Перед глазами возникла чья-то протянутая ладонь. Он сжал её с отчаяньем утопающего, в последний момент увидевшего спасательный круг.
Перед ним стоял спейсер. В закрывавшем лицо визоре Электроник видел лишь своё собственное зеркальное отражение.
— Я… я думал… — всё было, будто в тумане, — Я думал, вы уже вышли из Интера?
Спейсер ничего не ответил, а только показал на собственный передатчик. Сломался коммуникатор, что ли? После этого он указал на врата — те были совсем рядом. Электроник коротко кивнул и поспешил к выходу. Другой спейсер двигался следом.
До последнего момента предчувствие подсказывало — сейчас что-то произойдёт! Электроник бежал к выходу, а сам представлял, как тот прямо сейчас резко закроется. Или весь пол обратиться в лаву. Или тысячи фантомов нагрянут со всех углов. Но нет — ничего не случилось. Электроник спокойно прошёл сквозь мерцающие врата и оказался в реальном мире. Его тут же окружила толпа суетливых техников в нелепых оранжевых пневмокостюмах.
— Гамма излучение в порядке нормы, — пробубнил первый из-под защитной маски.
— Ионизирующее повышено. В пределах нормы, — флегматично отрапортовал второй.
Электроник увидел, как сквозь толпу к нему прорываются другие спейсеры из отряда. Скафандры с ребят уже сняли, оставив только цельнокроеные комбинезоны.
— Да отойдите вы от него! Дайте ему пространство! — раздался по-мальчишески звонкий голос Абди.
— Саша, ты как, нормально? — участливо спросила высокая девочка с правильными строгими чертами, Астрид.
Электроник, он же Саша Спицын, был максимально далёк от привычного обывателям понимания нормальности. Впрочем, бывает ли оно вообще у спейсера — это нормальное состояние? Он едва-едва избежал смерти. Хуже, он уже успел смириться. Поразительно, как это оказывается просто…
Электроник снял шлем. Густые кудряшки насквозь пропитались потом, облепили голову тонкими полосками водорослей. Тут Электроник заметил, что техники вовсю возятся с вратами, подготавливая процедуру съёживания. — Стоять! Вы что, с ума посходили? — закричал он во всё горло, — Ждём последнего спейсера!
Тут он заметил тревогу на лицах сокомандников. Не совсем понимая их реакцию, Электроник спросил:
— Кто остался на той стороне? Эсьен, Баабар? Ребята из первой команды?
— Саша…
— Ну что?
— Ты последний, кого мы ждали.
Глупость какая-то.
— Нет. Там, на той стороне, со мной был ещё один спейсер. Он… он спас меня.
— Кто это был?
— Я не знаю.
Ребята озабоченно переглянулись. Как по команде из рубки управления появилось начальство во главе с Администратором комплекса — в серо-стальных глазах таилась странная настороженность. За его спиной на изготовке стояли спецы из службы безопасности. Вдруг Электроник понял, что все взгляды направлены именно на него. Каждый человек в ангаре подумал об одном и том же. Электроник это знал, поскольку и сам не мог сейчас думать ни о чём другом. Синдром Спейсера. С громким хлопком позади закрылись врата.
***
После трёх часов нескончаемых проверок Электроник чувствовал себя совершенно опустошённым. Интеллект, психическое состояние, ощущение себя в пространстве, когнитивные нарушения, адекватность — под каждую из категорий свои тесты.
Его всё время пытались успокаивать, что правильных и неправильных ответов не бывает. Но такой глупостью пускай кормят желторотиков из учебки. Электроник прекрасно понимал, что случается с «завалившими». Сколько он видел таких ребят?И вот, теперь настал его черёд. Или же нет? На вопросы-то он отвечал хорошо. Впрочем, разве человек с Синдромом Спейсера может поставить диагноз сам себе? Да нет у него никакого синдрома! Он просто приложился головой и навоображал себе невесть что. На этом всё.С этими мыслями Электроник дошёл до своего жилого блока. Странно. Не та дверь. Годами он ходил одним и тем же маршрутом, а теперь свернул не туда? Электроник сверился с номером отсека. Всё верно — его родной B-403. Почти семь лет в этом отсеке прожил. Но ключ-карта не подходит. Он недоверчиво взглянул на номер карты. «А-403». Всегда ведь было «B»!
Говорят, Синдром и начинает проявляться с мелочей, которые трудно заметить. А уже ближе к концу спейсер начинает быстро терять связь с реальностью. Неужели Электроник и правда сходит с ума?! — Заблудился, старичок? Давай я тебя провожу до дома, — эту дурацкую издевку Саша слышал не в первый раз.
И надо было именно в такой момент ему пересечься с Ноа? Решив в кои-то веки дать ответ, он отрицательно мотнул головой и сказал:
— Просто наслаждаюсь видами, — Электроник коснулся макушки, — С этой высоты открывается отличный обзор, жаль, ты не видишь, Ноа, — 14-ти летний капитан американской команды едва доставал Электронику до плеча.
— Они тебя вышибут, понял? Я слышал, как отец говорил. Ты спёкся, дедуля!
Старик. Электронику не было и 20, но по меркам спейсеров — да, он прямо-таки почтенный старец. Однако у подобного звания имелись положительные стороны.
— Молодой человек! — запричитал Электроник и продолжил нравоучительным тоном, — Вы бы лучше всю эту агрессию попридержали для погружений в Интер. А пока чтоб почистил зубки и в кровать!
Ноа аж задохнулся от ярости. Вот и шанс на отступление! Через несколько секунд он крикнул ещё какую-то гадость в ответ, но Электроник уже был далеко. Обычно, подтрунивание над Ноа слегка поднимало настроение. Но сейчас все мысли Саши Спицына были заняты Синдромом Спейсера.
Чаще всего эта болезнь проявляется у «старых» спейсеров — тех, кто активно погружается в Интерспейс больше 3 лет. Как именно это происходит, никто не знает. Просто в какой-то момент начинаются странности. Спейсер путает имена, забывает элементарные знания об окружающем мире и истории.
В итоге он становится неспособен отличить реальность от выдумки. На критических стадиях некоторые забывают друзей, родных и даже собственные имена. Поражённые синдромом ребята заменяют утраченные воспоминания фантазиями. Электронику не раз и не два приходилось наблюдать это вживую.Каждый спейсер панически боится синдрома. Пожалуй, даже больше, чем фантомов. По этой причине подавляющее большинство ребят завершают карьеру в течение года-двух. Остальные уходят после 3, максимум 5 лет. Конечно, если повезёт не заболеть или не остаться в Интерспейсе навсегда — таких тоже много. В то же время Электроник погружается почти 10 лет. Из его поколения, и даже из нескольких последующих уже никого не осталось. В связи с этим его проверяли чаще других. И все эти годы ни намёка на Синдром.А-403. Электроник оказался у нужной двери. Он представил, как войдёт внутрь и не узнает собственную комнату. От таких мыслей внутри всё переворачивалось. Саша приложил ключ-карту к датчику.
Почти сразу он почувствовал облегчение. Гражданская одежда раскидана по стульям, неряшливо заправленная кровать, Цой и Меркьюри привычно глядят с раритетных плакатов. Комната встретила его беспорядком, но как же Электроник был этому рад. Всё осталось точно таким, как он запомнил. Стоило успокоиться, как усталость тут же навалилась с новой силой. Утро вечера мудренее. Завтра он во всём разберётся.
После горячего душа Электроник бухнулся в постель. Вопреки ожиданиям, сон не шёл. Он открыл инфопланшет. Новостная лента побежала вниз. Электроник нахмурился. Почти все подписки в планшете так или иначе были завязаны на спейсинге.
«Daily EnergeticsДобыча 11-мерных кристаллов за прошлый квартал составила на 11,62% процента больше по сравнению с аналогичным отрезком за предыдущий год…»
Так, это он уже читал.
«Spacer DepatchТравма ведущего итальянского спейсера — Ривы, существенно повлияла на…»
И это он читал. Неужели нет новеньких новостей?
«Срочно! В сеть слили запись Интерспейса с нагрудной камеры неизвестного спейсера…»
Обновление страницы делу не помогло, новых новостей не появилось — одно старьё. И что самое странное, время публикаций указано на сегодня. Но Электроник прекрасно помнил, как читал эти же самые новости несколько дней назад. Он запомнил, поскольку в тот день совершалось погружение.
Электроник сверился с датой.
— Нет, это точно ошибка.
Но ошибки быть не могло. На главном экране ясно высвечивалась сегодняшняя дата:
«15.05»
— Но ведь должно быть двадцатое…
Хотелось кричать. Электроник с силой бросил планшет в стену. Тот отскочил с нехорошим гремящим звуком. На глазах у Саши выступили слёзы.
— Этого не происходит. Этого не происходит. Этого не происходит.
Сломанный планшет погас, и всё погрузилось в темноту.***
Электроник закончил последнюю карточку, отошёл от стены и только в этот момент понял, что натворил.
— Они точно решат, что я спятил.
Впрочем, разве не спятил? Почти во всю стену красовалась импровизированная детективная доска. Линии соединяли различные исторические события в цепочки последовательностей. Идея здесь была простая. Раз он сходит с ума и уже начал выдумывать разную нелепицу, нужно её сравнить с объективными данными. Поскольку планшет он успешно разбил, пришлось использовать подручные материалы.
В одной из цепочек были важнейшие исторические события. ВОВ, распад СССР, энергетический кризис 40-х, ресурсное голодание 50-х, Всемирный блэкаут и «Годы темноты». Электроник все эти события не застал, конечно. Дальше было открытие Интерспейса и потрясающих свойств 11-мерных кристаллов. Сразу за этим технологическая гонка порталов, а потом и первые попытки добычи — весьма неумелые, впрочем. Ну, и наконец, прорыв в технологии врат, совершённый молодым гениальным учёным — Аркадием Лебединским. Начавшаяся добыча кристаллов завершила энергетический кризис, а спейсеры превратились в современных мировых звёзд. После недолгих рассуждений Электроник пришёл к выводу, что все эти события точно происходили. Если бы ВОВ закончилась как-то по-другому, вряд ли Электроник бы сейчас разговаривал по-русски. Если бы не было ресурсного голода, вызванного дефицитом нефти и газа, то не случилось бы корпуса спейсеров вместе с портальными технологиями. Всё это точно существовало в реальности.
Со второй цепочкой гораздо сложнее. Здесь были собраны факты личной жизни Электроника. Самый старый спейсер — кажется, да. Сирота. Тут вопрос. Вырос в подземном комплексе пространственных врат, как и многие другие спейсеры. С детства увлекался древней музыкой. Электроник взглянул на портреты Фредди и Виктора — да, это точно правда. Капитан международной команды спейсеров. После недолгих раздумий Электроник добавил приписку: «Но быть капитаном не хочет».
И последняя цепочка: «Синдром Спейсера». Сюда входил несуществующий спейсер, ошибка с номером жилблока и… Электроник даже не знал, как это сформулировать — мнимые воспоминания о будущем? Он прекрасно помнил, как прожил следующие несколько дней. И как они отправились в погружение за самым большим кристаллом в истории наблюдений. За исключением того, что всего этого не было…
— Саша, ты у себя? — от неожиданности Электроник выронил маркер.
Он зажал кнопку динамика у дверной панели. Наружная камера передала изображение.— Астрид? Я… а ты чего хотела? Я немного занят сейчас, — параллельно Электроник думал, как бы замаскировать стену, но ничего в голову не шло. Как вообще можно замаскировать целую стену?
— Проведать тебя, дурака, — Астрид ещё что-то добавила на шведском, — Ты вчера очень всех напугал. Да и что значит занят? Только не говори, что ты опять пропустишь командную тренировку! Ты хоть представляешь, какой это позор — выходить против других команд без капитана?
Проклятье, а ведь точно, командные тренировки как раз по расписанию. В мнимых воспоминаниях он эти тренировки с успехом пропустил. Но после вчерашней истерики такое поведение может вызвать ещё больше слухов.
— Ну да, я тебе о том и толкую! — повысил он голос, — Мне необходимо подготовиться к тренировке, ребят поднатаскать. Я же капитан!
— Ого, это точно тот самый Саша Спицын? Ты же общие тренировки на дух не переносишь, волк-одиночка.
Электроник постарался придать голосу серьёзный тон, как это делают взрослые. — Может, так и было раньше, но я изменился.
— И что же вызвало такие невероятные изменения?
И чего она пристала?
— Называется «взросление», Астрид, очень рекомендую попробовать.— Ха! Ну давай, взрослый ты наш, открывай и пойдём вместе на поле.
Электроник оглянулся на детективную доску.
— Слушай, я попозже подойду.
— Капитаны должны приходить заранее. Считаю до трёх и ты открываешь дверь.
И с чего вдруг Электронику открывать?
— Раз! — Я не одет! — Два! — Так, я вообще-то и твой командир тоже!
— Три!
— Думаешь, раз тебе 15, то уже всё можно? — последнее прозвучало как-то двусмысленно.
Глупая девка! Электроник с силой ударил по кнопке динамика, чтобы разорвать соединение, но вместе с этим случайно задел блокиратор. С лёгким щелчком дверь отъехала в сторону.
Астрид ехидно глядела на Электроника. — Всё-таки передумал?
Но потом выражение её лица изменилась. — Саша, это что там за каракули с карточками?
Быстро что-нибудь придумай!
— Это? Ах, это! Просто небольшой проект. Исторический. Хочу подготовить выступление к своему 10 летию в рядах спейсеров.
— Но почему на стене?
— Визуализация. Так думать легче.
Мгновение Астрид сомневалась. Но затем её лицо просияло.
— Вот здорово! — святая простота, — А покажешь мне?
— Нет, конечно. Дождись окончательного варианта!
— Пожалуйста, Саша.
— Ты вроде на тренировку спешила? Так пошли быстрее! — раздражённо бросил Электроник.
Астрид состроила недовольную мину, но всё же отступила в коридор. Электроник тяжело вздохнул. Никогда в жизни ему не приходилось так много врать. Он ещё раз глянул на доску и скривился. Все вокруг шушукались о том, что после декады точно стоит завязать — активный спейсер, вышедший на третий десяток? Да это нелепо! Принимая во внимание последние события, Электроник вынужден был согласиться. По пути к полю, он аккуратно сводил разговор к разным деталям истории, чтобы проверить их подлинность. К счастью, всё совпадало с собственными воспоминаниями. По крайней мере, пока. — Слушай, а тебя не раздражает, что все названия на английском? Это ведь ваши всё начали. И даже подготовительную программу для спейсеров разработали. До сих пор ведь так и учат.
На мгновение Электроник испугался, что его ответ может не совпасть с подлинной историей, но всё же решил ответить. — В таком исходе виноват сам Аркадий Палыч.
— Лебединский?
Электроник кивнул. — Интер находится как бы между пространствами. Ну, теория мультивселенных третьего уровня или многомировая интерпретация квантовой механики. — Да это всё понятно.— Терпение. В общем, Аркадий Палыч предложил термин «межпространство» или «межкосм». Соответственно, покорители межкосма — это космонавты. Но это слово в русском уже занято, и он предложил «межпространсеры».
Астрид попыталась выговорить, но споткнулась уже на втором слоге. — Вот-вот, — подтвердил Электроник, — Термин не прижился. А вот «спейсеры» очень быстро всем запомнились. Лебединский гениальный учёный, но вот с названиями у него беда.
Тренировочное поле спейсеров представляло собой обширное сферическое пространство. Пока что оно пустовало, но когда команды соберутся, ИИ начнёт начинять сферу тысячами разнообразных ловушек — сложно представить более скрупулёзную имитацию Интерспейса. И всё же многие вещи здесь не учитывались.Молодые ребята привыкают к местным паттернам и приобретают дурные привычки. А вся эта идея с соревнованиями команд и вовсе дурно попахивала. С кем вообще им соревноваться в Интерспейсе? По этой причине, Электроник и не любил командные тренировки.
— Cпёкшийся! Ты что здесь забыл? Опять заблудился?
Электроник вздохнул.
— И тебе привет, Ноа— с довольным видом капитан соперничающей команды отправился осматривать сферу.
Астрид прямо взвилась. Ещё мгновение и эта белокурая валькирия бросится в бой.
— Спокойно, — Электроник улыбнулся, — Хочешь меня опозорить, зам?
К счастью, она отвлеклась. — С каких это пор я твой заместитель?
— А кому ещё им быть? — в ответ на эту реплику Астрид недоверчиво мотнула головой.
И всё-таки в этих сферах не было никакого проку. Даже напротив, они, скорее, вредны. Удивительно, что никто этого не понимал. Неважно, насколько сложную и запутанную систему ловушек ты в них запрограммируешь — она всё равно останется системой. Интер — это что угодно, но не система.
Электроник терпеть не мог свой командирский статус. Но, пожалуй, сегодня он воспользуется положением, чтобы вбить немного полезных знаний в пару несмышлёных голов. Надо сделать что-нибудь полезное напоследок…
***
Скафандр Электроника уже успели подлатать, поэтому обошлось без сменки. Свой старенький, но надёжный «Тип.7» он бы жизни не променял на новые образцы. Интересно, а ведь тот несуществующий тоже был в семёрке…
— Выбрось эту чепуху из головы!
Электроник почувствовал дискомфорт в груди, будто что-то оттягивало нагрудный карман. И правда, внутри лежал повидавший виды футляр с кодовым замком. Такие штучки от чего-то вошли в моду последнее время — у Саши есть точно такой же, только новенький.
Очень странно. Футляр Электроника ведь не серийный, делался под заказ из кашемира алтайских верблюдов. И здесь точно такой же материал. Ещё у его футляра снизу таилась специальная выемка с подсказкой. А что тут? По спине пробежал неприятный холодок.
Электроник обнаружил точно такую же выемку. Он взялся за специальный шнурок и вытянул из футляра тонкую матерчатую полоску. Выцветшая надпись на пожелтевшей бумаге гласила: «Их даты». Футляр запрыгал в руках. Электроник никак не мог убрать подсказку на место, пальцы отказывались слушаться.
Это был его почерк. Но Электроник никогда не писал ничего подобного. И этот футляр… он не мог так износиться. Это точно не его футляр!
— Электроник, — раздался голос Астрид за спиной, — Ребята ждут инструктаж, ты… что случилось?
— Что?
— Ты весь бледный.
— Я…
— Всё-таки, что-то не так, да? — в её голосе чувствовалось неподдельная участливость, а ещё… соболезнования?
Лучше бы Электронику взять себя в руки. Спейсеры рождены, чтобы привыкать к самым непредсказуемым условиям. А более опытного спейсера во всём мире не сыщешь!
— Да, кое-что очень неправильно, я ещё не разобрался, что к чему. Но лучше бы тебе не хоронить меня раньше времени.
— Я бы никогда…
— К этому разговору мы ещё вернёмся. А сейчас, пошли.
«Пускай лучше будет обескуражена, чем встревожена» — решил Электроник.
Они вышли к остальным членам отряда. Те занимались привычной подготовительной рутиной. Электроник внимательно оглядел каждого из них, фиксируя необходимую информацию для брифа.
Абди, как обычно, трещал без умолку. На благородном лице смуглого аравийского мальчишки играла расслабленная улыбка. Он родился в необычайно богатой семье — большая редкость для спейсера — за что ещё с самой учебки получил кличку «Принц».
«Не обделён воображением, но при этом не отличается и дисциплинированностью. Из-за излишнего своеволия часто действует опрометчиво».
Застенчиво сидящего в углу не по годам развитого темнокожего юношу звали Баабар, но для ребят он был просто «Боб». Почти всю стипендию спейсера он отправлял в родное племя — к далёким койсанским кочевникам из пустыни Калахари. По сравнению с Принцем это, напротив, типичная история для спейсера.
«Очень способный и умный спейсер, но делу сильно мешает страх инициативы. Без конкретной команды почти бесполезен».
Эсьен держался поодаль от остальных и ястребиным взглядом сверлил затылок Электроника. Его звали «Французиком», хотя вообще-то он был из Канады. За исключением франко-канадского происхождения Электроник почти ничего о нём не знал.
«По-настоящему талантливый спейсер. К сожалению, в этом и проблема, ведь Эсьен отлично об этом осведомлён. На выходе получается гремучая смесь из гордости и высокомерия, которые перечёркивали любые положительные стороны».
Ну, и последний член команды — Астрид, клички нет. Верная, храбрая и очень умная. После Электроника — самый опытный спейсер в команде. У неё почти не было никаких слабостей.
«За исключением одной, но весьма критичной…»
Да уж, как ни посмотри, а команда из них та ещё. Международные составы давно стали отстойником для бесперспективных спейсеров. Ну ничего, это дело поправимое.
— Давайте, ребятки, стройся. Проведём небольшой бриф.
Ребятки, однако, не двинулись с места, вместо этого рассматривая Сашу.
— Ого-го! — улыбка быстро вернулась на лицо Принца, — Смотрите ребята, возвращение блудного командира!
Французик одобрительно цыкнул, а Боб спрятал глаза в пол.
— Лучше встань в строй, Абди.
— А иначе?
— Ничего. Просто в команде станет болтуном меньше, — не давая Абди ничего ответить, Электроник перешёл на другого, — Боб, вставай.
Баабар послушно встал и вытянулся по струнке. Глядя на него, Абди нехотя присоединился. После того как к строю присоединилась Астрид, Электроник кивнул Французику, как бы говоря: «Я их построил, можешь присоединяться». Тот заглотил наживку и, польщённый оказанной честью, занял своё место в строю.
Пора бы их немного встряхнуть. Электроник набрал воздуха в лёгкие и звонко скомандовал:
— А теперь, сосунки, руки по швам!
За исключением Астрид Электроник принялся раскладывать каждого члена отряда по винтикам, в подробностях объясняя, какие ошибки те совершают, какие имеют вредные привычки и как следует от них избавляться. Никакие возражения здесь не принимались — ребята уже встали в строй и привычка подчиняться крику инструктора переборола спесивость звёздных детишек из академии спейсеров.
— Я очень надеюсь, что вас не по ошибке отобрали в программу спейсинга, и вы усвоите новую информацию с первого раза. Так ведь, Французик?
— Ты меня почти не критиковал.
— Нет, как раз к тебе у меня самые большие претензии. Чаще всего в Интерспейсе пропадают именно такие заносчивые засранцы, как ты. Если на этой тренировке я не увижу изменений в лучшую сторону, в следующее погружение ты не пойдёшь, — Электроник повысил голос, — Последнее касается каждого из вас. Исправьтесь, или в следующее погружение отправимся только мы с Астрид.
Ребята сникли. На мгновение Электроник даже увидел в них обычную малышню, по какой-то причине наряженную в причудливые скафандры. Только спустя годы погружений он сам начал понимать, насколько это странно и противоестественно — возлагать такую огромную ответственность на детские плечи. Но по-другому быть не может.
— Итак, команда, урок истории. Почему, вы думаете, спейсерами становятся только сопливые детишки вроде вас?
— Так всегда было, — сухо заметил Эсьен.
— Неправда. Об этом не любят вспоминать, но сначала в Интер отправляли космонавтов, лётчиков и прошедших специальную подготовку оперативников. Вопрос, почему они перестали так делать?
Ответ дала Астрид.
— Взрослые не могли адаптироваться к изменчивым условиям Интерспейса. Мозг сформировавшегося человека малопластичен и не способен принять хаотичную логику межпространства.
— Правильно. Дети — гении адаптации. При необходимой подготовке из них можно вырастить кого угодно. Даже если ты такая же избалованная принцесса как Абди.
Раздалась пара смешков. Электроник продолжил.
— И я хочу, чтобы вы это вспомнили. Приспосабливайтесь к условиям на ходу. Ваша главная задача сегодня — перестать действовать согласно паттернам тренировочной сферы и полностью положиться на свои инстинкты.
Ребята неуверенно переглянулись.
— Вы все прекрасно знаете, о чём я говорю.
Взрослые верят, что сфера идеально копирует условия Интера, но опытному спейсеру очевидно, что это не так. Они должны дойти до этого своим умом.
— Теперь, когда ты это сказал… — неуверенно начал Боб и замолчал.
— Ну же, говори, Боб — Французик ещё никогда не разговаривал с ним так учтиво.
— Сфера чудовищно сложна. Здесь миллионы разных комбинаций. Их невозможно запомнить. Но вот на уровне ощущений, ты как будто начинаешь к ним привыкать. А в Интерспейсе всё не так.
— Точно! — воскликнул Абди, — Теперь и я это чувствую. В сфере мы двигаемся совсем не так, как в Интере.
— Это как игра в шахматы, — заметила Астрид.
Когда она увидела, что её аналогию никто не понял, то принялась пояснять.
— К концу XX века шахматы исчерпали свой лимит по стратагемам. Вместо того чтобы искать интересный ход, шахматисты принялись заучивать последовательности из книжек. Игра на сообразительность превратилась в сплошную заучку ходов. Со сферой что-то такое же, да?
Электроник кивнул. Раньше он сутками напролёт зависал в тренировочной сфере. Но когда осознал её пагубное воздействие, постарался свести подобную практику к минимуму.
— Погоди, но разве это возможно? — с сомнением начал Боб, — Проектировщики, Администратор, инструкторский состав — Они ведь куда умней нас. Ты думаешь, они бы не заметили?
Электроник улыбнулся. «Взрослые всё знают лучше» — этим ребятам ещё только предстояло узнать, что никаких взрослых на самом деле не существует. А есть только старые задумчивые дети с ворохом неразрешимых проблем и огромной ответственностью на плечах. Впрочем, об ответственности спейсеры знают не понаслышке.
— Ладно, теперь, когда вы немного взбодрились, обсудим план на игру.
— Всерьёз хочешь пободаться с командой Ноа? — удивился Принц, — Эти ребята абсурдно хороши на поле.
— Да, тренировочную сферу они знают, как свои пять пальцев. Но что если она ненадолго превратится в самый настоящий Интерспейс? Место, где никаких правил не существует?
— Электроник, ты меня пугаешь, — нахмурившись сказал Принц.
— А я, кажется, поняла! — ликующе сказала Астрид.
— И что же ты поняла? — задумчиво спросил Эсьен.
— Как победить шахматиста, который выучил все правильные ходы?
Ребята притихли. Выждав, Астрид торжественно провозгласила:
— Нужно просто начать делать неправильные ходы.
— Ну ты шахмати-и-истка, — протянул Принц. Глупая реплика, но ребята засмеялись. И, кажется, у Астрид всё же появилась своя кличка. Электроник тоже смеялся — впервые он почувствовал, что кто-то в стенах комплекса находится с ним на одной волне.
***
— …таким образом, моя позиция ясна. Каждый член команды «С» должен понести дисциплинарное наказание, Спицына от погружений отстранить и вновь назначить когнитивный тест, — закончил глава учебной программы, полковник Рэй Аткинсон. Он говорил сухо и отстранённо, но ему всё же не удалось скрыть неприязни в голосе.
Аркадий Павлович Лебединский, глава научного отдела, развёл руками.
— Совершенно чрезмерная мера. Электроник… то есть, я хотел сказать, Александр вместе с членами своего отряда просто экспериментировали, понимаете? Они искали новый способ победы. Это научный подход, полковник.
— Они сломали сферу и нарушили практически все протоколы реагирования! — Аткинсон хлопнул по столу, — Что если бы они устроили нечто подобное в Интерспейсе?
— Но ведь всё это происходило в рамках тренировочной сферы. Ребята просто не знали, к чему приведут их действия! Они увлеклись игрой, вот и всё!
— Игрой? По вашему это игра? — возмутился полковник, — От решений этих детей, от их результатов зависит мировой энергетический баланс! Если кто тут и увлёкся, то это вы.
Лебединский насупил седые брови.
— Это на что вы намекаете?
— Я не намекаю, а говорю как есть. Ваши исследования природы Интерспейса не приносят вообще никакой практической пользы.
От негодования старый учёный даже привстал. Он ответил:
— Как только мы выведем паттерны, я уверен, в вашей сфере вообще отпадёт надобность!
И так по кругу. Лебединский и Аткинсон стояли у самого фундамента погружений в Интерспейс — все эти десятилетия взаимная неприязнь только росла.
Вытянувшись по струнке, Электроник стоял в кабинете администратора и упорно рассматривал лампу со старомодным абажуром. Хорошее получилось шоу напоследок. Поскорее бы его уже отстранили. А там можно и объявить об окончании карьеры…
— Я услышал ваши доводы, коллеги, — Администратор впервые подал голос с тех пор, как Электроника ввели в кабинет.
Это был коротко стриженный подтянутый мужчина. Пристальный взгляд серо-стальных глаз выводил Электроника из равновесия. Ему приходилось слышать, что на подобную должность назначают людей невероятно редкой породы. Администратор продолжил.
Вы правы, полковник, — Аткинсон улыбнулся, — Действия команды «С» полностью разрушили привычные паттерны сферы. Но меня заинтересовало другое.
Администратор вывел на большой монитор запись игры. Судя по всему, он множество раз её пересматривал, так как видео представляло собой компиляцию из множества ракурсов, на которых были запечатлены ключевые моменты.
Створки ворот раскрылись с противоположных сторон, и четыре команды попали в имитацию Интера. Тренировочные игры каждый раз заканчивались по-разному. Проектировщики сферы не зря гордились своей работой. На исход здесь влияли тысячи настраиваемых параметров. Однако такого странного финала история сферы ещё не видела.
Наблюдатели сразу отметили, что вместо сбора информации и выстраивания безопасных маршрутов, подопечные Электроника из команды «С» начали беспорядочно прыгать от одной путевой платформы к другой.
Никаких известных построений или протоколов движения они не задействовали. Даже хуже, команда «С» нарушила их все. Гравитационные ловушки направлялись друг на друга, провоцируя эффект центробежной силы, а расставленные для перемещения платформы смещались в хаотичных направлениях.
Вместо того чтобы следовать простой и понятной логике по уменьшению хаоса на поле, спейсеры из команды «С» как будто специально повышали долю случайности и неопределённости. Другие команды уже успели набрать какие-то очки, но все их усилия пошли прахом, когда разведённый командой Электроника бардак распространился на всё поле.
В результате цель игры — контроль условного кристалла — в рамках действия протоколов стала недостижима. Но команда «С» в любом случае не следовала никаким правилам. Нахально пройдя прямо через водоворот обломков, ребята добрались до кристалла и произвели процедуру «захвата».
Администратор остановил запись.
— Почему только команда «С» добралась до кристалла?
Аткинсон начал было по новой объяснять, что Электроник с командой нарушили целостность сферы, но администратор жестом заставил того замолчать.
— Объясните сами, — кивнул он Электронику.
Саша сильно удивился. Он-то считал, что попал на казнь.
— Простите, я не знаю вашего имени.
— Его здесь никому не положено знать. Так что?
Электроник хмыкнул. Хорошо, раз уж они хотят честного мнения…
— Мы победили.
— Вы что сделали? — начал полковник, но администратор снова заставил его замолчать.
Лебединский не смог удержаться от улыбки. Электроник продолжал.
— Тренировочная сфера хороша для отработки базовых понятий, но не больше. Мы никогда не сможем понять природу Интера, в этом я убеждён, — и улыбка исчезла с лица Лебединского, — Поэтому считаю, мы должны быть готовы к любым ситуациям, просто хотелось это продемонстрировать, вот и всё.
Администратор уточнил.
— Так вы считаете, что теория паттернов ошибочна? Десятки лет исследований не имели смысла?
Мозг человека настроен на поиск взаимосвязей. Люди попросту так эволюционировали. У всего должны быть связи. Ограниченный рамками подобного восприятия Лебеденский пытался выстроить из Интерспейса систему. Но правда заключается в том, что чистый хаос включает в себя любые возможные варианты реальности — в том числе структурированные. Доктор ухватился за эту иллюзию и попытался развить её в целую теорию. Однако любой, кому довелось побывать в Интере, понимает ошибочность таких суждений. Электроник не стал говорить ничего из этого. Просто не хватило сил. Он знал Аркадия Палыча всю жизнь — можно сказать, рос на его глазах. — Ваш ответ?
— Да. За 9 лет погружений я пришёл именно к такому выводу.
Администратор удовлетворённо кивнул, а затем сказал:
— Через несколько дней будет совершено особое погружение. Огромный 11-мерный кристалл и запредельный уровень опасности Интера. Попытка всего лишь одна, после этого данного конкретное пространство нам станет недоступно.
Электроник обомлел. Всё как в ложных воспоминаниях. Или не ложных?
— Почему вы всё это говорите?
— Тебе следует подготовить своих ребят, потому что пойдёте именно вы.
Взгляд полковника остекленел, Лебединский никак не отреагировал.
— Но почему? — спросил потрясённый Электроник. И ведь в прошлый раз тоже никто поверить не мог, что отправили их команду.
Администратор неприятно ухмыльнулся.
— А сам как думаешь? — он указал на застывшую запись, где Электроник в торжественно-шуточном жесте поднял над головой куб.
И надо было ему так выпендриваться?!
— И ещё кое-что. Господа, не могли бы вы оставить нас? — обратился администратор к Доктору и полковнику.
Ничего более не говоря, Аткинсон вышел прочь. Аркадий Палыч положил ладонь на плечо Электроника, едва заметно кивнул и тоже вышел. Длинная пауза. Вдруг стало как-то не по себе.
Наконец, тем же серьёзным тоном Администратор спросил:
— Какой момент в жизни творца имеет наибольшее значение?
Электроник удивлённо моргнул.
— В жизни творца? — это какая-то шутка, что ли?Что же, смеяться не особо хотелось.
— Ну, скажем у музыканта, — Администратор не сводил пристального взгляда с Электроника.
Бессмысленный вопрос. И абсолютно ни к месту. Момент в жизни творца?
— Наверное, когда он создаёт своё лучшее творение? — серьёзно задумавшись ответил Электроник.
Вдруг Администратор улыбнулся.
— Молодец. Теперь можешь идти.
Сбитый с толку Электроник вышел из кабинета. Что это вообще сейчас было? Какой-то тест или администратор просто сумасшедший? В последнее время вокруг происходило слишком много странных вещей. Однако теперь он знал — его память о будущем на самом деле не плод воображения, не Синдром Спейсера.Но что всё это значит? Путешествия во времени? Возможно, но они не объясняли всего. А может он видел будущее? Ну, это звучит так же безумно, но как ещё объяснить эти воспоминания?Хотя, может и не было никаких воспоминаний. Электроник просто придумал, что знает будущее, и в момент, когда услышал про кристалл, просто вообразил, что и так всё это знал. От всех этих вариантов голова шла кругом…
Вдруг Электроник услышал приглушённые крики. Захваченный раздумьями, он опять пришёл не к тому жилому блоку. Голос был знакомый. Это полковник.
— Ты хоть представляешь себе, какой это позор? — в этот раз Аткинсон никак не сдерживал гнев.
Электроник аккуратно заглянул за угол. Потупив взгляд, Ноа выслушивал жестокие упреки отца. В глазах мальчика застыли слёзы.
— Не суметь обставить команду, в которую понабрали не пойми кого, да ещё и с этим капитаном-выскочкой?!
— Я исправлюсь, — тихонько сказал Ноа.
— Поздно тебе исправляться. Эта игра определяла команду на следующее погружение. Ты свой шанс профукал, — полковник развернулся, чтобы уйти, но остановился и бросил напоследок, — Бестолочь.
Аткинсон старший скрылся за поворотом, а Ноа так и стоял на месте. По-детски осунувшиеся плечи и маленькие ладошки, закрывавшие лицо, делали его похожим на ребёнка. Чёртова спейсерская программа, да ведь он и есть ребёнок!
Электроник хотел подойти, помочь, успокоить, поддержать, но быстро осёкся. Что может быть унизительнее, чем проявивший жалость соперник? Сжав кулаки, Электроник тихонько ушёл тем же путём.
Уже у себя в комнате он вспомнил про недавнюю находку. Электроник внимательно сравнил странный футляр со своим собственным. За исключением потрёпанности первого — никаких отличий.
Подсказка всё так же гласила: «Их даты». О чём идёт речь? На глаза попались плакаты. Меркьюри и Цой — любимые исполнители Саши. Любовью к року XX века он заразился от Доктора Лебединского. Даже эти плакаты ему подарил именно Аркадий Палыч.
В голове возник странный разговор с Администратором. «Главный момент в жизни музыканта — создание своего лучшего произведения» — как-то так, да?
Электроник улыбнулся собственной глупой идее. Ничего не ожидая, он вбил в четырёхзначный кодовый замок следующие цифры: «7588». С едва слышным щелчком футляр открылся.
Внутри лежало пожелтевшее от времени письмо…
***
Создание стабильного разрыва в ткани пространства — это десятки часов напряжённой подготовительной работы. Сотни сотрудников комплекса работают как единый слаженный механизм, чтобы отправить дюжину подростков в прореху между параллельными реальностями.
Во избежание любых рисков комплекс построили глубоко под землёй, вдали от населённых регионов. Но даже так многие учёные считают риск неоправданно большим. Существуют десятки различных сценариев, согласно которым очередной разрыв пространства можно привести к катастрофическим последствиям.
Но человечество слишком сильно привыкло к дешёвой энергии Интерспейса — 11-мерными кристаллами кормится до 80% земной энергетики. Задержка поставок хотя бы на один месяц вызовет дефицит в десятках развивающихся стран. Задержка на полгода станет катастрофой мирового масштаба.
По этой причине спейсеры и привлекают внимание общественности, попутно становясь персонажами фильмов и новостных афиш. Детишки-герои, спасающие мир, да уж. Наверное, каждый ребёнок на планете мечтает стать спейсером. А Электроник бы на их месте просто радовался нормальному детству.
— Чего замечтался, Электроник? — раздался голос Чесс из динамика в скафандре.
За несколько дней ребята по-разному игрались с новым прозвищем Астрид. Остановились на Chess (шахматы).
— Просто наблюдаю за подготовкой врат.
Конечно, на деле никаких врат там не было. Только специальная площадка, сверхпроводящие магниты, квантовые конденсаторы и кристаллический резонатор, который настраивается специфическую частоту, совпадающую с частотой колебаний пространства между параллельными реальностями. Пусковая установка не выглядела футуристично, никаких эксцентричных форм вроде башни Вондерклиф — только успокаивающая правильность скомпонованных в соответствии с техникой безопасности серийных устройств.
— Ты проделал огромную работу за последние дни. Ребята очень выросли.
Электроник недоверчиво покачал головой.
— Из меня никудышный командир. Да я вообще командовать не хочу, в одиночку, как-то, спокойнее.
— Если бы ты не собирал нас поле каждый день, всего этого прогресса бы не случилось. Многих твоих приёмов вообще нет в программе подготовки.
Снова Астрид за своё. Эта её слабая сторона…
— Помнишь, как я отчихвостил пацанов перед тренировочной игрой?
— Это было что-то.
— А знаешь, почему тебя не тронул?
Секундная заминка, после которой Астрид ответила подчёркнуто ироничным тоном.
— Потому я настолько хороша.
— Да, ты великолепный спейсер, — без тени иронии заметил Электроник, — Но похоже, ты единственная, кто в это не верит. Начни я тебя ругать, ты бы просто молча согласилась.
— Я… я думаю, ты перегибаешь.
— Чесс, тебе давно пора самой идти в командиры. Либо бросай уже это дело.
Электроник не мог разглядеть её лицо за защитным визором. Девочка сохраняла молчание, после чего как ни в чём не бывало спросила:
— Слушай, а почему Электроник?
Электроник чуть не засмеялся в голос.
— Мастерски с темы соскочила, хвалю.
— Ну так?
Саша вспомнил самые ранние свои воспоминания. Он бегает коридорам комплекса, ему 3 года, на обучение как раз привезли очередную партию ребятишек одного с ним возраста. По пятам ходит вовсю причитающий и охающий от боли в боку Аркадий Палыч Лебединский — гений своего поколения. Уже тогда он называл Сашу Электроником.
— Это из очень старого фильма. Приключения Электроника.
— Хороший фильм?
Электроник пожал плечами.
— Ты не смотрел?
— Не выпало шанса.
— Электроник не видел фильм про Электроника. Это недоразумение необходимо срочно исправить. После погружения смотрим всей командой!
Саша грустно улыбнулся. Да, хотелось бы…
— Инициирую запуск. Начать отсчёт.
Наконец, все приготовления были завершены. Резонатор начал свою работу. Первым делом необходимо создать момент расщепления. Эти моменты в мире происходят сплошь и рядом, конечно. Скажем, Абди долго не мог определиться, какой гарнир подобрать к мясу — и вуаля! Две параллельные Вселенные, в одной из которых Абди ест макарошки, а в другой пюрешку.
— 10… 9… 8…
Но такие «естественные» расщепления слишком хаотичны. Количество переменных невозможно учесть, и вместо двух Вселенных обычно получается сотни разных вариантов. Абди мог отказаться от обоих гарниров, мог пойти в другое кафе, а мог встать из-за стола и исполнить традиционный аравийский танец с саблями.
— 7… 6… 5…
По этой причине для создания стабильного разрыва в ткани пространства, необходимо воспроизвести идеально контролируемое расщепление. Конкретно в этом комплексе используется метод квантового подбрасывания монеты.
— 4… 3…
Всё предельно просто. Нужны только полупрозрачное зеркало, источник света и два детектора. Источник отправляет к зеркалу фотон, зеркало делит фотон на два возможных пути: к детектору А или детектору Б. Шанс обеих вероятностей — ровно 50%.
— 2…
После фиксации данных активируются магнитные катушки и резонатор, которые в тандеме начинают медленно растягивать пространство в стороны. Точно так же можно взять в руки плотную марлю и начать тянуть, пока она не станет прозрачной. Собственно, вот такие образовавшиеся между нитками марли пустоты и называют Интерспейсом — междупространством.
— 1… Врата открыты.
Сначала ничего не происходит. Никаких ярких вспышек или громких космических звуков. Просто воздух на площадке как будто начинает подрагивать. Абди говорит, очень похоже на миражи, пляшущие над Аравийской пустыней. Затем искривление становится заметным. Более всего похоже на сферическое и объёмное кривое зеркало. Посередине его видна маленькая чёрная точка — это и есть врата.
— Отлично, команда, ждём отмашку и выдвигаемся. Держите в голове полученные знания. Этот Интер будет отличаться от всех предыдущих.
Команда Электроника уже собиралась пройти внутрь, как вдруг на площадке появились сотрудники службы безопасности. За ними стояли спейсеры из другой команды.
— Что всё это значит? — недоумённо спросил Принц. Точно такой же вопрос интересовал Электроника. В динамике раздался взрослый голос.
— Команда «С», сойдите со стартовой площадки. В связи с подозрительными показателями биометрии была произведена замена.
Полковник. Теперь-то всё ясно.
— Что за глупость? — возмутилась Астрид.
Электроник махнул ребятам, чтобы они больше ничего не говорили.
— Полковник, говорит капитан команды «С», Спицын. Администратор поставлен в известность относительно замены команд?
— Он исчез. Никто даже не видел, как он покидает территорию комплекса. Я был назначен временно исполняющим обязанности по администрированию.
Возмутительное самоуправство! Как поступить? Если Электроник не попадёт в этот Интер, всё будет потеряно. По крайней мере, если верить письму. Может, запрыгнуть внутрь?
— Электроник, — это был Лебединский.
— Аркадий Палыч, вы? Помогите, тут произвол!
— Просто стой на месте, — Саша удивился, он никогда не слышал, чтобы доктор говорил так серьёзно, — Доверься мне, хорошо?
Неужели он что-то знает? Что же, ничего другого не оставалось.
— Хорошо.
— Ты сделаешь всё, как надо, мой мальчик. Я знаю, — как странно прозвучал его голос.
В этот момент Ноа — кто же ещё это мог быть? — подвёл свою команду к вратам. Перед тем, как войти он обернулся и кивнул. Саша кивнул в ответ. Команда А исчезла в искривлённой сфере.
***
На огромной скорости Электроник летел через гигантские пустые пространства Интерспейса. Большую часть горизонта занимало похожее на космическую туманность облако. В хаотичном порядке кругом курсировали летающие скалистые острова. Вокруг них — точно мировой змей из мифов — струился бурный маслянистый поток без русла и без дна. Завораживающее зрелище. Электроник бы с радостью полюбовался, если бы каждая маленькая частичка этого места не пыталась его убить.
То и дело горные пики бомбардировались астероидами, а бешеные венерианские ветра, попади под них Электроник, вполне могли содрать скафандр прямо вместе с кожей. Это был самый опасный, самый непредсказуемый Интер из всех, что Электроник когда-либо встречал.
У команды Ноа сразу всё пошло наперекосяк. Агрессивная среда попросту смела их организованный и продуманный порядок. Намеченный план отправился прямиком в бездну. Очень быстро выучка уступила место панике. Спейсеры Ноа принялись пробиваться к вратам, напрочь забыв о мерах предосторожности. Кому-то всё же удалось выйти, но большинство спейсеров, включая самого Ноа перестали выходить на связь.
Полковник до последнего тянул с отправкой команды Электроника. Всё ждал добрых вестей от сына. Дурак. Напыщенный и пустоголовый дурак. Он отдал приказ только в тот момент, когда до него дошло насколько безвыходная складывалась ситуация на той стороне.
Последние дни Электроник потратил на беспощадные тренировки по собственной программе. Он уже бывал в этом Интере, а потому примерно понимал, чего стоит ожидать. Лишь благодаря этому ребята умудрялись держаться.
Внезапно Электроник вспомнил распределение по жилблокам. Ему достался «В-403», в котором он прожил почти десять лет. Но ведь сначала из-за ошибки выдали ключи от «А-403». Оператор в последний момент заметил ошибку. А ведь мог не заметить…
Какие странные мысли лезут в голову. В Интере нельзя отвлекаться на подобные мелочи. Инструкторы говорили… а впрочем, какое дело, что они там говорили?
Кто подбросил ему древний футляр? Кто написал текст подсказки? А письмо? Администратор явно что-то знал. Иначе к чему весь этот разговор? Но разве это имеет смысл? 1975 и 1988 — откуда он мог знать, что Саша выберет именно эти даты?
А ещё письмо, которое перевернуло всё с ног на голову. Разве он не поступает глупо, раз повторяет всё в точности, как там было сказано и…
Внезапно на радаре дальнего действия возникли сотни крошечных сигнатур. Электроник едва-едва успел сменить курс. На первой космической мимо просвистела дробь смертоносных осколков. Ему это только показалось или — фарфоровые чайники? Нет, это не Интер, а настоящее безумие!
— Принц, азимут 254, в тебя летят чайники, скорректируй курс.
— Я предпочитаю кофе, кэп.
Остряк. В этот момент Электроник заметил Боба. Тот двигался к сигнатуре пропавшего спейсера.
— Боб, в твою сторону сдвигается лавовое цунами. Быстро уходи. — Но ведь там один из команды Ноа!
— Слишком опасно.
— С вашего позволения или без, но я должен хотя бы попытаться…
Чёрт побери, и это тот самый послушный Баабар? На препирательства нет времени.
— Хорошо, слушай. В твоём районе есть несколько гравитационных аномалий. Используй для манёвра, как я показывал.
— Уже просчитываю курс.
В другой стороне Французик на безумной скорости петлял через скалистые коридоры одного из островов. С ужасающим треском горы смыкались прямо у него за спиной. Но не это вызвало тревогу Электроника.
— Французик, ты слишком близко подошёл к нестабильному гравитационному колодцу. Может затянуть.
— Иначе мне не достать этого потеряшку, кэп.
— Пытаешься меня впечатлить, что ли?
— Я двигаюсь на слабой тяге. Если что, поддам газку и смогу вырваться.
И это в его понимании слабая тяга? В Канаде все так лихачат?
— Астрид…
— У меня всё схвачено. Следи лучше за собой. Или думаешь я не видела, как тебя чуть не зашибло?
Электроник улыбнулся. Вот же негодяйка!
— Принял, Чесс.
Можно не беспокоиться за этих сорвиголов. Отличную он вырастил себе смену. Они смогут о себе позаботиться, когда Электроника больше не будет рядом. А ведь это произойдёт совсем скоро.
Больше нет времени на пустые размышления. Остальные ребята уже вернули пропавших спейсеров. Остался только Ноа. Электроник как раз нагонял его сигнатурный след. После очередного виража между смыкающимися горными вершинами Электроник получил визуальный образ. Ноа двигался по направлению к кристаллу. Невероятно проворный пацан. Но Саше сразу бросилось в глаза аномальная траектория движения. Один из движков явно был неисправен, второй грозился погаснуть в любой момент. Да и сами движения Ноа выглядели несколько скованно и заторможено. Приблизившись, Электроник увидел множество повреждений на защитной оболочке скафандра. Видимо, сильно его приложило.
— Ноа, говорит капитан международной команды «С». У тебя вот-вот откажет второй реактивный двигатель. Уходи к вратам.
— Кто здесь? — сонным голосом ответил Ноа.
— Поворачивай!
— Не могу… должен достать кристалл… — продолжал Ноа всё в той же манере, — Отец… он ведь будет рад?
— Послушай, тебе надо хотя бы приземлиться и проверить оборудование. Ты сильно рискуешь.
Ноа ничего не ответил. Вероятно, удар выбил его из сознания, но медикаменты и сила воли позволили телу двигаться вперёд. Просчитав траекторию, Электроник пошёл наперерез, но тот умудрился увернуться. Какой юркий!
В этот момент последний движок погиб и Ноа полетел по заданному направлению без возможности сменить курс. Из пустоты на него устремилась утыканная шипами ледяная комета. Электроник перегрузил свой ранец и на мощнейшем толчке вынес находящегося в бессознательном состоянии Ноа из-под удара. Вместе они влетели в сплошную горную породу.
— Что происходит? — наконец-то он очнулся!
— Слушай, Ноа… тебе не надо никому ничего доказывать.
— О чём ты говоришь?
— Тебя ждут назад. Возвращайся к отцу в целости и сохранности.
Через потрескавшийся визор Электроник видел удивлённое лицо Ноа.
— Да… конечно, Саша, — мальчик замялся, но затем всё же добавил, — И спасибо.
Электроник кивнул, а затем быстро сменил частоту.
— Астрид, ты мне нужна здесь. Забери Ноа.
— Уже двигаюсь к вам. Буду через минуту.
— Отлично. Я продолжаю путь.
В этот момент динамик буквально взорвался от нестройного хора голосов.
— Кэп, ты же не самоубийца, ведь так? — встревожено спросил Абди.
— Капитан, дальше Интер только опаснее, — как можно спокойнее сказал Баабар.
— Даже ты не сдюжишь, Электроник, — утверждал Эсьен.
— Саша, даже самый большой кристалл того не стоит, — добавила Астрид, когда остальные голоса стихли.
Электроник прикрыл глаза. Может, и правда, к чёрту всё? Вернуться вместе с ними, а те — другие, пускай сами как-то разбираются?
Нет. Он уже всё решил. Чёрт, он всё решил!
— Ребята… я… слушайте… — даже через динамик ощущалось, как они напряжённо вслушиваются, — Быть вашим капитаном — это такая лажа! — Электроник старался говорить как можно более развязно, — Поэтому я с вами не вернусь, хватит с меня этой головной боли! — к глазам подступили непрошенные слёзы.
— Саша… — начала Астрид.
— Послушайте, — начал он снова, — Кристалл нельзя забирать из Интера. Я должен помешать одному идиоту его сцапать. Иначе случится одна очень нехорошая вещь. Я понимаю, всё это странно, но просто доверьтесь мне.
— Всё понятно, — важным тоном сказал Принц, — Всё-таки, он спятил. Давайте, пакуем его, и обратно.
— Нет, думаю, Саша не страдает от Синдрома Спейсера, — заключила Астрид, а затем обратилась к нему, — Ты ведь не совсем наш Электроник, да?
Саша не нашёлся, что ответить.
— Чесс, я… мне надо…
— Тебе пора идти, верно?
Астрид находилась на соседнем острове. Руками она показала, что готова принять Ноа. Мягким толчком Электроник задал тому нужное направление. — Прощайте, ребята, — сказал он напоследок, после чего оборвал линию и устремился дальше.
***
***
Он долго летел вперёд, пока, наконец, не достиг условленного места. Это был незаметный удалённый островок. Именно здесь, согласно письму, пройдёт встреча.
Какое странное место для Интерспейса. Никаких резких изменений материи, никаких гравиколодцев или ещё какой смертельной ловушки. Только спокойная синева и зависший посреди пустоты серый булыжник.
Наконец, радар засёк несколько сигнатур, приближавшихся с разных сторон. Фантомы. Синий, зелёный, красный, фиолетовый — у каждого из них было собственное световое излучение. Подсознательно Электроник понимал, все они чужаки друг для друга.
Фантомы стояли полукругом, глядя то на Электроника, то на других фантомов. Вблизи они походили на странные сгустки энергии, принявшей гуманоидную форму. Но вот неоновое электрическое свечение начало ослабевать, за вспышками и размазанными пятнами образов проступали элементы знакомого Саше скафандра «Тип.7».Вместо загадочных и пугающих фантомов перед ним возникли такие же спейсеры, как и сам Электроник. Не в силах терпеть, он начал:
— Послушайте, я до сих не…
— Абп… упв… стопв… — прервал его один из фантомов-спейсеров, — ещё… не сихрон… частот… разн… коллебров… Вселенной…
Молчание. Затем Саша услышал знакомый мужской голос:
— Всё, теперь мы можем говорить. Задавай свои вопросы, пацан, — Электроник даже представить не мог, что когда-нибудь встретит спейсера, который будет старше него. Спейсер торопил, — Быстрее, мы не можем находиться здесь вечность. Электроник подготовил столько вопросов, но все они вылетели из головы. Что же там было? Письмо!
— Что значило это письмо?
— Там всё понятно написано. Нельзя допустить, чтобы завершённый 11-мерный кристалл покинул пределы Интера. Иначе произойдёт необратимая лавинообразная взаимоуничтожающая интерференция колебаний мембран пространства-времени. Погибнет вся бесконечность Вселенных, вступающих в контакт с межпространством.
— Но как вы это поняли?
— На горьком опыте. Этот камень не всегда был таким большим. Попадая в реальное пространство, он начинает поглощать материю, в конечном счёте запуская процесс обратный Большому Взрыву.
— То есть, материя…
— Превращается обратно в энергию, а Вселенная не расширяется, а сжимается в маленькую точку, точнее, в кристалл. После нескольких инцидентов он набрал критическую массу. По расчётам совета Лебединских поглощение больше не остановится только на одной Вселенной.
— Аркадий Палыч тоже в это впутан? — поразился Электроник, — Стоп, совета?
— Он всё это начал, пацан, — ответил ему один из взрослых.
В разговор вмешался молодой спейсер.
— Сколько можно? Одно и то же каждый раз. Я будто смотрю тот древний фильм… день Бобра?
— День Сурка, — поправили его.
— Но почему бы просто не написать всё это в письме? — не унимался Электроник.
— Потому что тогда мы нарушим чётко выстроенную последовательность. Даже одна лишняя запятая может повлиять на твои решения. Мы повторяем одни и те же действия, чтобы не нарушать цепочку бесконечности.
— Цепочка?
— Ты охотишься за камнем. После — тебе мешают. После — ты попадаешь в другую реальность, которая отстаёт от твоей на 5 дней. После — ну, ты понял. Это очень длинная цепочка.
Другая реальность с другим временем?
— То есть, я путешествую во времени?
— Не совсем. Просто другая реальность — это немного другие физические законы, немного другие фундаментальные константы. Время течёт по-другому.
Что-то здесь не сходится, нет?
— Погоди, но куда девается тот, ну… другой? Который из отстающей реальности.
В отличие от всех предыдущих ответов тут спейсеры-фантомы не стали спешить. Наконец, кто-то ответил.
— Ты же знаешь. Интер опасен и непредсказуем. Что бы там ни говорили инструктора, 100% гарантии не бывает.
— Значит, он… я… их Электроник, он?
Ответом было молчание.
— Саша, позволь нам ответить на последний твой вопрос.
С этими словами все они поочерёдно сняли шлемы. Первый был точь-в-точь Электроник, следующий слегка постарше, за ним ещё и ещё. Старше, старше и старше… И вот очередной спейсер оказался вовсе не Электроником, а пропавшим прошлой ночью Администратором комплекса. Тот продолжил:
— В какой бы Вселенной ты ни жил, Цой и Меркьюри всегда занимают особое место в твоём сердце, ведь так? Это удобная константа.
Ошарашенный Электроник ответил.
— А лучшие моменты их жизни — сказал ещё более старый администратор — Это написание «Богемской рапсодии» в 1975 и «Группы крови» в 1988…
Старый администратор улыбнулся, у глаз пролегли едва заметные морщинки. Задохнувшись от потрясения, Электроник с ужасом узнал зачатки той самой доброй, искренней улыбки гениального учёного, которого знал столько, сколько себя помнил.
— Это очень длинная цепочка последовательных действий, не так ли…
— Чертовски верно, пацан.
***
Электроник бежал по длинному лабиринту. В голове всё перемешалось. Он вспоминал, как Лебединский — то есть, он сам? — возился с ним — то есть, с собой? — часами и рассказывал о древней музыке. Как подарил эти самые плакаты. Всё это было нарочно?
В голове у него начал играть странный микс из двух ничем не похожих песен.
— Но высокая в небе звезда! — напевал он, уворачиваясь от очередного чайника смерти, — Зовёт меня в путь!
Внезапно лабиринт рассыпался на осколки. Всё как в прошлый раз. Только теперь он исполняет другую роль.
— So you think you can stone me and spit in my eye! — кричал Электроник вдогонку уходящему фантому.
Выходит, вся эта история с Синдромом — чушь собачья? На деле спейсеры просто случайно попадают в параллельные Вселенные? Вот тебе и бритва Оккама!
В этот момент он увидел фантома впереди. Тот невероятно ловко перепрыгивал с одного осколка на другой. Мартышка!
— Стоять! — закричал Электроник.
Но тот будто специально только быстрее припустил. Начал делать более широкие и опасные прыжки. Электроник не отставал.
Внезапно со всех сторон на него посыпались осколки. Точно, ведь он сам же сделал нечто подобное, чтобы сбросить хвост. Один из мелких осколков с силой влетел в шлем. Что-то неприятно хрустнуло, Электроника закрутило и отбросило назад. Ну уж нет, так просто ему не уйти!
— Стоя-я-я-я-ять, — завопил Электроник, после чего приник к огромному валуну и на полной тяге запустил его прямо в тарелкообразный осколок, где находился кристалл. Другой Электроник как раз успел захватить кристалл.
Удар был чудовищный. Миллионами пуль осколки разлетелись во все стороны. Среди поднявшихся облаков пыли и камня Электроник отыскал фантома и вытащил того в безопасное пространство. Пока тот очнулся, они успели синхронизироваться, и фантом превратился в спейсера. Когда тот поднимался, Электроник начал ловить сигнал, но ничего не услышал. Видимо, от того осколка полетел коммуникатор. Жестом он указал на свою антенну. Спейсер кивнул. Согласно полученным от других Электроников координатам, поблизости находились нужные врата. Они без проблем добежали, после чего спейсер не оглядываясь шмыгнул внутрь. Очень скоро врата захлопнулись. Электроник облегчённо вздохнул. Он позволил себе короткую передышку, а после продолжил свой путь. Он вспомнил про футляр, лежавший в нагрудном кармане. Когда-нибудь ему в облике администратора предстоит педкинуть чёртову штуку молодому и спесивому спейсеру.
— Пожелай мне не остаться в этой траве, — про себя напел Электроник и добавил, — Caught in a landslide, no escape from reality, — вдруг строчки неожиданно обрели новый странный смысл.
Всё-таки, есть у этих песен кое-что общее. Они обе очень неопределённы по своему значению. Каждый в них видит и чувствует что-то своё. Электроник вздохнул.
— Вот тебе и вышел на пенсию.
Впереди ждала длинная цепочка бесконечно повторяющихся последовательных событий.
Автор: Aslan
Источник: https://litclubbs.ru/articles/71784-sindrom-speisera.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: