Зарплата была прекрасной прибавкой к скромной стипендии. Я могла покупать себе одежду, не дожидаясь разрешения от мамы. Но батюшка о. N., с каким мы пели чаще всего, решил внести свою лепту. Он решил заплатить нам ещё одну зарплату. Но зная, что мы с сестрой странно относимся к этому, придумал хитроумный план. Батюшка передал конверт через матушку-монахиню и попросил нам вручить деньги. Она же придумала ещё более коварный план.
Прямо во время службы матушка дала нам конверт и строго приказала вскрыть его дома. Как же нам стало любопытно! Служба прошла как в тумане. Мы даже попытались втихаря открыть и посмотреть, что же нам всё-таки дали, но матушка это заметила и повторила, что всё узнаем дома.
Как только окончилась служба, мы рванули домой. И, не дойдя один двор, мы всё-таки открыли конвертик и обнаружили в нём деньги и номер телефона матушки на бумажном кружочке. Пришлось ей звонить и спрашивать, что же это такое.
Матушка объяснила, что о. N. решил нас поддержать материально, а она выполняла его просьбу. Конечно, мы были рады и поддержке, и вниманию. Нужно потом было видеть лицо этого батюшки на следующий день! Кажется, он был рад больше, чем мы.
Уже позже я всё-таки осознала важную вещь. Клирос – это место служения Богу. И как только я начинаю относиться к клиросу как к работе, у меня отнимается возможность петь. Дали зарплату – слава Богу, но к сердцу прилагать эти обстоятельства оказывается неполезно.
Вы читаете продолжение. Начало здесь
Образ батюшки – о. Николая
Как бы громко не звучала эта фраза, но о. Николай подарил мне путёвку в жизнь тем, что позволил и даже сам пригласил петь на клирос меня, двенадцатилетнюю девчонку. Поэтому я немного подробнее хочу рассказа об этом человеке, который за свою жизнь сделал так много доброго. К сожалению, его уже нет в живых, но добрая память о нём навсегда осталась во многих сердцах.
О. Николай с виду был грозный. Тучное телосложение, плюс немного жёсткая манера выражаться поначалу немного пугала, но при близком общении сразу было понятно, что перед тобой добрейший человек. Он относился ко всем прихожанам как отец. Он знал каждого, и если человек ненадолго пропадал из храма, то первая фраза, с которой его встречал батюшка, была следующая: «Ты где был, почему в храм не приходил»? И человек ахал от удивления, что его здесь, оказываются, ждут и знают… При о. Николае Евдокиевский храм был настоящим приходом. Он очень мудро, по-отцовски, мог найти каждому занятие в храме. Он привлёк много подростков на церковное служение, когда ещё молодёжных организаций при храмах и в помине не было. Он делал это просто от сердца, от любви.
Помню, как о. Николай как-то после службы увидел нас с сестрой и сказал: «Ходите в храм, пока молодые и не замужем, потом появятся дети и не будет столько времени». И только сейчас я стала понимать его фразу. Действительно, сейчас я редко когда могу выбраться в храм попеть.
А ещё всплывает в памяти, как во время наших хоровых репетиций в воскресной школе батюшка приходил к нам, садился и что-нибудь рассказывал. Мы всегда радовались его появлению.
Теперь, когда я всё это вспоминаю, то мне хочется сказать: «Слава Богу, что мне посчастливилось общаться с удивительными людьми»!
Свою юность я считаю наисчастливейшим временем. Помню ощущение полёта и свободы. Можно было постоянно петь, репетировать. И если не удавалось ночью уснуть, например, летом в жару, то всё равно бежала бодро на Литургию, пела, а уже потом отсыпалась.
Помню, когда мы учились в колледже, то с сестрой жили у бабушки и нам приходилось каждое воскресенье ехать в храм на автобусе. Интересно, что в маршрутке встречались стабильно одни и те же лица. Люди со временем стали как бы «своими». Почему-то эти поездки были для меня дороже, чем просто дойти пешком до церкви.
Тогда мне казалось, что всё сложно – учёба, клирос, а теперь я только удивляюсь: «Как же было здорово»! Господь дал мне возможность с двенадцати лет служить в храме, выучить службу.
Как же здорово было посещать много служб, потом что-интересно читать, делать уроки и потом снова петь. Как всё-таки важно давать шанс человеку. Я всё время вспоминаю с благодарностью о. Николая. Какое же он сделал хорошее дело! Вечная ему память.
Яркие воспоминания о неофитском периоде
Почему-то в память врезались некоторые службы, хотя ничего необычного на них не происходило. Например, вспоминается день, когда я пела на клиросе, а потом Причастилась.
На улице была зима, месяц я не помню. Но зато сохранилось в памяти, как мы с сестрой шли по заснеженным улицам к храму, а нам навстречу валил густой снег. Мы очень боялись проглотить снежинки, потому что собирались Причаститься. Сейчас мне смешно, а тогда я со всей серьёзностью боялась съесть снежинки.
До сих пор помню проповедь священника перед исповедью, он говорил о важности Пятой Заповеди. Затем, как на крыльях, я прилетела домой. Почему я так запомнила эти мгновения? Может, когда нас касается Господь, мы и запоминаем эти дни?
А ещё я помню неофитский Новый год. Мы решили, что телевизор смотрят только слабаки, а мы, такие правильные, пойдём на службу на Причастие.
Помню, как стояла на клиросе и всю службу крутилась мысль, что я такая правильная, а все остальные – неправильные. Как же всё-таки важно отрываться духовнику! Такие мысли до добра не доведут. Теперь я всегда стараюсь отмечать праздники, чтобы не было соблазна возомнить, что не такая как все.
Много чего было в тот период. Ещё вспоминается, как мы с сестрой в первую неделю Великого поста отпели службу и решили подкрепиться постными пирожками в магазине по дороге домой. А продавщица перепутала и дала нам пирожки, начинённые мясом. Мы откусили, пришли в неописуемый ужас и выбросили их мусорку, не подумав, что еда – Божий дар и к нему нужно относиться бережно.
Но был и другой случай про пирожки. Как-то мы с сестрой после Литургии, молебна и воскресной школы шли уставшие и очень голодные. И тут к нам подходит матушка-монахиня и с доброй улыбкой предлагает пирожки с капустой, да ещё и горячие!
Прошло уже много лет, а я до сих пор помню ту улыбку и доброту.
Троица в Евдокиевском храме
Могу с уверенностью сказать, что где бы я не была, нигде так не украшали храм, как Евдокиевский.
На Троицу можно было увидеть совершенно удивительные гирлянды из пионов и листьев, трава на полу лежала густым ковром. А стройные, молодые берёзки дополняли образ праздника.
Больше я нигде не видела такой красоты, жалею только о том, что не сделала фотографий, и, к сожалению, теперь никому не могу показать то убранство. Но Троица для меня является особенным днём. Именно в этот Праздник о. Николай поставил меня официально на клирос, и именно с этого Праздника я веду отсчёт своей клиросной деятельности. В этом году исполнился 21 год, как я начала петь в храме.
Каждый год я вспоминаю тот удивительно-прекрасный день, когда начала быть постоянной клирошанкой. Господь исполнил мою детскую мечту, да ещё и так рано, всего лишь в двенадцать лет.
Пение на клиросе дуэтом
Особое удовольствие мне доставляла возможность петь с сестрой на службе дуэтом. Мы могли взять любые напевы, никто нас не подгонял, в общем можно, было проявить свой творческий полёт.
Батюшки в Евдокиевском храме на нас обычно ни за что не ругались, так как после пения бабушек без слуха им нравилось абсолютно всё. Конечно, мы пели неидеально, много где ошибались, но это ощущение, что ты поёшь от души, незабываемо
Чего мы только не пробовали! И партесное пение, и пение византийских, знаменных напевов и даже пели на греческом языке. Хорошо, что поблизости не было греков и они не слышали нашего пения. Потому что греческий не был наши коньком.
Было очень удобно устраивать дома спевки. Мы ведь жили с сестрой в одной квартире, поэтому могли в любое время дня и ночи учить любые напевы, чем, собственно говоря, и занимались.
История о том, как хор бабушек пел архиерейскую службу
В какие истории мы только не попадали, но эта была беспрецедентной. Как-то раз настоятель объявил, что у нас в храме будет архиерейская служба. Мы очень обрадовались и решили обязательно её посетить, хотя она была в будний день. Да, школу я в этот день прогуляла.
Пришли мы с сестрой радостные, наконец-то вблизи увидим всю красоту. Мы рассчитывали просто смотреть, молиться и радоваться. Но когда пришли в храм, то поняли, что творится что-то неладное. Регент с левого клироса – хора бабушек – обеспокоенно поглядывала на пустой правый клирос и спрашивала, кто же придёт петь.
По обычаю на такие торжественные службы приглашают праздничный хор. Но его почему-то не было…
Немного времени спустя выяснилось, что произошла накладка. Настоятель подумал, что архиерей привезёт свой хор, а архиерей, в свою очередь, подумал, что в храме есть певцы. Делать нечего, петь нам и бабушкам, никто уже не успеет приехать, архиерей уже подъезжал.
Регент со страху спряталась куда-то в угол, сказав, чтобы мы пели с сестрой и ещё одной девушкой из нашей воскресной школы погромче, но бабушки тоже хотели отличиться, хотя напевов не знали. Всё-таки мы договорились и спели достаточно слаженно. Милостью Божией служба прошла хорошо. Потом иподьякона даже пытались мной познакомиться, просфоры присылали. Вот такой совершенно неожиданный случай произошёл с нашим хором.
Смешные истории
Кто поёт на клиросе тот, точно знает, что смешные истории там происходят регулярно. Хотя порой не знаешь, плакать тебе или смеяться.
Когда мы пели с сестрой в Евдокиевском храме, то на клиросе в основном были бабушки и они плохо знали устав, кроме одной монахини. Но петь у неё получалось плохо, у неё был очень тихий голос и плохой слух. Поэтому, когда мы приходили в храм и она была одна, она радостно молчала, а мы пели дуэтом с сестрой.
Но на тот момент мы плохо помнили мелодию гласов, а их восемь, да ещё и виды разные: тропарные, стихирные и ирмосные. И когда дело дошло до пения стихир, мы немного замешкались, вспоминая мелодию. А батюшка-настоятель не любил пауз и если он её слышал, то ему казалось, что клирос не справляется и нужно служить дальше. Он никогда не ругался за ошибки.
И вот мы только открыли рот, как раздалась ектения. И матушка, увидев наше замешательство с улыбкой сказала: «Всё, поезд ушёл». Мы потом долго смеялись. Умела она точно и ёмко выразить происходящее.
Или ещё одна история. Одна бабушка приходила каждый раз на службу в шляпе и становилась всегда чётко позади клироса. До сих пор помню, что звали её Галина.
Иногда она начинала петь… Честно, её голос напоминал каких-то мультяшных героев. Поэтому иногда мы не могли петь, так как смех невозможно было сдержать. Батюшка тогда поглядывал на нас, и нам приходилось брать себя в руки и прекращать смеяться.
Смена храма
Начинала я петь в храме, где была воскресная школа, но позже мы начали ходить на службу в Успенский монастырь и постепенно познакомились с местными певчими.
Надо сказать, что тот монастырь не имел насельников, поэтому храм был как обычный приход. Мне очень нравилось пение на византийские и знаменные распевы. Да и исповедь в монастыре была более внимательная. Священники слушали, задавали вопросы и уже знали все твои особенности.
А вообще окрестности монастыря напоминали райский уголок. Птицы там всегда были особенные. Никогда я не слышала таких переливов, причём в черте города. А розы какие цвели!.. Позже я подметила, что при монастырях всегда особая растительность. Вот что значит Божие благословение.
Так мы и начали ходить в другой храм и набегами приходить на клирос. Но как это бывает, люди нас увидели, что ходим на два храма, завертелся скандал и пришлось сделать выбор, где дальше петь.
Мы выбрали монастырь, хотя это было сложно сделать. На тот момент казалось, что просто отрезали кусочек сердца. Как можно сделать такой сложный выбор? Это всё равно, что предложить матери выбрать одного ребёнка, а другого подарить соседке.
Но время и правда лечит. Позже всё забылось. Мы стали петь в монастыре и вместе с радостью пришли и трудности. Вставать нужно было раньше, так как перед Литургией у нас была спевка, да и от дома храм был дальше. А ещё, чтобы подойти к тому храму, нужно было спуститься по крутой горе. Зимой там был просто каток, мы спускались с криками по забору. Но всё равно это было хорошее и благодатное время. Господь всё так устраивает, что потом понимаешь, что на пользу. В первом храме было, как детском саду, затем мы подросли и пошли дальше.
Именно в монастыре у меня появилось представление о том, как должна жить православная семья. Пели мы на клиросе с супружеской парой и было очень интересно посмотреть, как они живут, как общаются. До этого я так близко не встречала такие семьи. Мои родители давно были в разводе, видимо поэтому Бог и привёл меня в другой храм, чтобы я имела представление о том, какой должна быть настоящая семья.
Особенно мне нравилось бывать дома у этой супружеской пары. У них был особенный уют. Его можно сравнить только с домом моей бабушки, где было чувство радости и уюта.
Tags: Проза Project: Moloko Author: Пустовалова Елена