Писать о культовых боевых машинах сложно. Избыточное количество известной поп-информации и фактов на фоне «тумана войны», зачастую генерируемого воспоминаниями неясной достоверности, предвзятостью и ангажированностью авторов: Авиа-История наука точная лишь отчасти. Скорее наоборот. Всё это касается самого массового истребителя ВВС японской Армии (IJAAF), Nakajima Ki-43 «Тип 1» «Hayabusa» (Сапсан), получившего у американцев кодовое обозначение «Oscar» и воевавшего от первого до практически последнего дня Тихоокеанской Войны.
Заглавной картинкой статьи была назначен арт японского художника Масао Сатаке, одновременно являющийся обложкой одной профильной книги по предмету (Ki-43 «Oscar»). Итак, на переднем плане Ki-43-II командира 3-ой эскадрильи (3rd Chutai) 64-го Полка (64th Sentai), на тот момент лейтенанта Йохеи Хиноки (Yohei Hinoki), закончившего войну с деревянным протезом вместо правой ноги и двенадцатью заявками на победы, из которых противной стороной подтверждаются четыре личных и две групповых, что для японской (и не только) авиации очень даже неплохой результат по подтверждаемости. Правда вот «Харрикейнов» среди «жертв» не было.
Итак, наша история началась в декабре 1937 года, когда после осмысления полученного опыта эксплуатации истребителя «Тип 97», фирме «Nakajima» было наказана разработка армейской машины аналогичного назначения следующего поколения, что для японцев было уже распространённой практикой: по крайней мере извечный конкурент, Флот, поступил со своим «Тип 96» (Mitsubishi A5M) ровно так же. Традиционного конкурса не проводилось, что с одной стороны, позволяло экономить скудные конструкторские и производственно-материальные ресурсы, с другой, в случае неудачи единственного и неповторимого образца, вся программа перевооружения летела в тартарары.
Предшественник героя статьи, армейский истребитель «Тип 97», Nakajima Ki-27 (в коде американцев «Nate»), созданный под руководством Хидео Итокавы (Hideo Itokawa) был достойным представителем эпохи взлёта молодых конструкторских школ 30-х годов прошлого века, когда авиа-неофитам удавалось создавать и доводить до серии конструкции, минимум мало чем уступавших конструкторским деяниям традиционных старожилов авиа-отрасли. Легкий самолётик (взлётный вес примерно 1800 кг) с двигателем Nakajima Ha-1 (780 л.с.) разгонялся до 470 км/ч, забирался на 5000 метров менее чем за 5.5 минут и, обладая маневренностью биплана, на голову превосходил всё, что имелось у китайцев. Вооружение из двух пулемётов винтовочного калибра и отсутствие даже намёков на бронезащиту тогда было стандартом де-факто. На фото из Манчжурии, датируемом 1939 годом, ровный ряд «Тип 97» из 64-го Полка.
В общем, от добра добра не искали и работы поручили всё той же бригаде Итокавы. Да, опыт войны в Китае требовал повышения радиуса действия с использованием ПТБ и это условие было жёстко прописано: закладывались на почти вдвое больше, чем у Ki-27, максимальная дальность до 2000 км. Закрытая кабина, убираемое шасси, вооружение из двух синхронных пулемётов «Тип 89» калибром 7.7 мм и затребованная максимальная скорость (500 км/ч) вряд ли могла потрясти зарубежные разведки, но главная «фишка» новинки, по сути определившая всю её дальнейшую судьбу, была в другом. Ключевым требованием Заказчика было сохранение маневренных качеств «Типа 97», а это, между прочим, 11 секунд на вираж.
Истребитель строился вокруг нового радиального двигателя Nakajima Ha-25 (до 980 л.с., в зависимости от серии) и, для получения заданных характеристик имел максимально облегчённую конструкцию. В декабре 1938 года был готов первый прототип, взлетевший в январе 1939 года, за которым к марту 39-го последовали ещё два. На фото – деревянный макет будущей «Хаябусы».
Однако всё было не просто и для принятия на вооружение, в январе 41-го, потребовалась масса изменений, без малого два года мучений и ещё десять прототипов. И это при том, что изначально машина не обладала особым букетом «детских болячек». Неустраивающую военных маневренность улучшили установкой боевых закрылков типа «Бабочка» (Butterfly), мало того, на истребителе проработали установку пары синхронных 12.7-мм пулемётов «Тип 1», в японской классификации «авиапушек», ещё не принятых на вооружение будущих Ho-103.
В конце концов Заказчик получил всё, что хотел и самолёт, получивший обозначение «Тип 1» или Ki-43-I «Hayabusa», был немедленно запущен в серийное производство. Машина, достигавшая взлётного веса двух с половиной тонн, разгонялась до 495 км/ч , на высоту в 4 км залезала чуть более чем за 4 минуты и могла развернуться «на пятачке» (время виража - 12-13 секунд). Запас топлива (563 литра во внутренних баках плюс пара ПТБ по 200 литров) обеспечивал солидный радиус действия. Что не менее важно, все серийные машины были радиофицированы. На фото, датируемом весной 42-го красуется Ki-43-I Лётной Школы Акено (Akeno Hiko-Gakko) – одновременно испытательном центре ВВС Армии и «кузнице кадров». Все «Хаябусы», выпущенные фирмой «Nakajima», покидали цеха неокрашенными.
Производство «единичек» продолжалось на «Накадзиме» до февраля 1943 года и составило 716 серийных машин. С субмодификациями Ki-43-I, отличавшимися по сути только вооружением, история вышла интересная. В литературе действительно часто встречается разделение на три подтипа: Ki-43-Ia (Koh, вооружение из двух синхронных 7.7-мм пулемётов), Ki-43-Ib (Otsu, один 7.7-мм и один 12.7-мм пулемёт Ho-103) и Ki-43-Ic (Hei, два 12.7-мм пулемёта). Однако по информации разбирающихся в вопросе серьёзных людей (Шигеру Нохары, любезно подсказал ГлавРед), в официальных документах Армии (IJA) такие обозначения никогда не использовались, был просто Ki-43-I. Конструкция рамы и капота двигателя позволяла при необходимости устанавливать любой (из двух) типов пулемётов, но, насколько известно, комбинация из пары «пукалок» винтовочного калибра в боях никогда не использовалась, а стандартным вооружением приличной, если не большей части «Единичек» был «микс»: один 7.7-мм и один 12.7-мм пулемёты. Лучшие умы (ГлавРед, например) ломали голову, зачем всё так усложнять, но ларчик открывался сравнительно просто.
12.7-мм пулемёт «Тип 1» (Ho-103), принятый на вооружение только в 1941 году, будучи «пиратской копией» американского «Browning» M1921 под сравнительно маломощный итальянский патрон Breda 12.7x81 SR, поначалу совсем не отличался надёжностью и частое заклинивание оружия не было худшим из зол: отмечались взрывы патронов c «начинкой» в канале ствола. Мало того, бывшие «Браунинги» настолько плохо дружили с синхронизаторами, что паспортная скорострельность, 900 выстрелов в минуту, падала более чем вдвое. Вот и прописался «вторым номером» старый, дохлый, но надёжный «Тип 89» (по рождению, «Vickers E»).
С ЛТХ вроде разобрались, с вооружением тоже, осталось из спортивного интереса сравнить Героя статьи с ровесником, работы над которым начались практически одновременно с «Хаябусой», только по заказу Флота. Речь конечно о «Зеро» (Mitsubishi A6M2 «Reisen Модель 21» «Тип 0»), который является весьма показательным примером, ибо «Ноль» создавался на основе ровно тех же приоритетов (маневренность + дальность), на основе ровно того же китайского опыта и вокруг точно такого же двигателя (Nakajima NK1 «Sakae» 11 – это ничто иное, как вариация Ha-25 для флота).
Будучи даже легче, если брать вес «пустышки», «Модель 21» была быстрее соперника почти на 40 км/ч (533 км/ч на 4500 метров), обладала заметно большим радиусом действия, полученным в реальных боевых условиях (правда тут зависело от задач и квалификации пилотов, с чем у IJN было всё очень хорошо). Это при том, что максимальный запас топлива у «Зеро» был меньше (с ПТБ 850 литров на круг против 963 л.). Примерно зная, какое именно пулеметное вооружение было в начале жизненного пути на Ki-43-I, две 20-мм пушки и два 7.7-мм пулемёта «Зеро» тоже выглядели более чем солидно. «Хаябуса» немного выигрывала в маневренности (на вираже экономилось 1-2 секунды) и в скороподъёмности (на 4000 метров забиралась на 30 секунд быстрее). Однако «Зеро» стал поступать в строевые части в Китае на год раньше конкурента (октябрь 40-го) и изначально был вполне боеспособной машиной в отличие от… Оба «японца» были начисто лишены пассивной защиты и оба скверно пикировали – неизбежная плата за максимально возможное облегчение конструкции, вызванное, в свою очередь, наличием «дохлого» двигателя. На верхней картинке – Ki-43-I из 64-го Полка весны 42-го, на нижней – A6M2 341-го Корпуса времён боёв за Филиппины поздней осени 44-го.
Итак, осенью 1941 года свершилось и первое строевое подразделение, одна эскадрилья 59-го Полка (59th Sentai), получив девять новеньких Ki-43-I отправилось в Ханкоу, на гостеприимную китайскую землю, проводить войсковые испытания. Группа занималась сопровождение бомбардировщиков во время налётов на многострадальную, временную столицу китайцев Чунцин. Столкновений с противником не было, но беда пришла откуда не ждали (или ждали). Деформация обшивки на крыльях во время эволюций отмечались и в 59-ом Полку, но проблема достигла апогея в 64-ом Полку (64th Sentai), тоже начавшем получать новинку.
19 октября 41-го, во время учебного боя разрушилось крыло «Хаябусы» сержанта Сабуро Секи. Пилот погиб. Как результат, все Ki-43 были отозваны на доработку, что никак не способствовало скорости перевооружения строевых частей в преддверии Большой Войны. На фото просто довоенный Ki-43-I, на картинке – машина из 1-ой Эскадрильи 64-го Полка осени 41-го.
В общем, затянувшаяся разработка и «работа над ошибками» привела к тому, что все наличные силы «Хаябус» к началу войны на Тихом океане составляли всего два неполных полка (35 машин в 64-ом Сентае и 21 – в 59-ом), сосредоточенных на аэродроме Дуонг Донг во Вьетнаме. В дальнейшем перевооружение с Ki-27 на Ki-43 шло так же, ни шатко ни валко и было закончено только к осени 1942 года. У Флота такой процесс с «Зеро» проходил куда как веселее.
Например 24-ый Полк в центральном Китае (борт на фото) получил Ki-43 только летом 1942 года, когда Большая Война грохотала уже полгода. Самолёт не несёт никакого защитного камуфляжа.
Японская конструкторская мысль не стояла на месте и уже в феврале 1942 года появилась новая модификация, Ki-43-II, построенная вокруг двурядной «звезды» Nakajima «Тип 1» Ha-115 взлётной мощностью 1150 «лошадей», примерного аналога флотского Nakajima NK1F «Sakae» 21, поселившегося на A6M3, а затем и на A6M5. Дела видимо шли настолько хорошо, что до конца 1942 года удалось построить только семьдесят пять Ki-43-II. Явлением массовым «Двойки» стали в 1943 году, когда к серийному выпуску подключили фирму «Tachikawa» (с мая 43-го и до конца войны – 2631 выпущенных истребителей модификации «II» и «III»). На этом фоне производственные потуги Первого Армейского Арсенала в Taтикаве (Tachikawa Dai-Ichi Rikugun Kokusho) смотрелись более чем бледно – с октября 42-го по ноябрь 43-го всего 49 выпущенных «Двоек». Тут ГлавРед, наконец-то заинтересовавший процессом и за долю малую (шесть пачек сосисок пятью траншами) сподобился на схемки по субмодификациям Ki-43-II:
По поводу наличия часто упоминаемых в поп-литературе субмодификаций (Ki-43-II Koh, Otsu и KAI), редактор-кот строго следовал рекомендациям зарубежных авторитетных специалистов: официально таких обозначений никогда не было. Были производственные серии: «Ранняя», «Средняя» (обе зачастую ошибочно именуют IIa или II Koh), «Поздняя» (IIb или II Otsu) и «Финальная» (II KAI), что и отражено на картинке. «Ранней», произведённой в гомеопатическом количестве 153 штуки, от Ki-43-I досталось крыло и кольцевой маслорадиатор перед двигателем. «Средняя» получила крыло уменьшенного размаха (на 30 см с каждой стороны) и новый заборник маслорадиатора под капотом. У «Поздней» изменили выхлопную систему, добавили посадочную фару в левом крыле и «пипку» охладителя топлива под брюшком (видно на схемке «Финальной Двойки»). Наконец, на «Финальную» установили индивидуальные, т.н. «реактивные» выхлопные патрубки.
Все без исключения «Двойки» имели вооружение из двух 12.7-мм пулемётов Ho-103 с боезапасом 270 патронов на ствол, трехлопастный винт изменяемого шага и рефлекторный прицел «Тип 100», вместо архаичного телескопического на «Единичках». С июня 1943 года на истребителях наконец-то стали устанавливать 12-мм бронеплиту за сиденьем пилота, а с сентября- ещё и вторую, включающую бронезаголовник, правда лобового бронестекла на «Хаябусах» так никогда и не появилось. В июле 1943-го на топливных баках появился протектор. Тут «армейцам» надо отдать должное, флотские на «Зеро» запоздали с такими полезными улучшениями примерно на год.
На фото «средний» Ki-43-II из 2-ой эскадрильи 25-го полка, Китай. Послевоенный снимок. Хорошо виден характерный, узкий заголовник за местом пилота, без бронепластины. Статичный, «второстепенный» китайский ТВД был одним из двух, где «Хаябусы» сохраняли относительную актуальность до конца войны. За счёт массового наличия своеобразных оппонентов. Пилотов CAF (китайцев). Хотя, как считает ГлавРед, истинное положение вещей заслуживает полноценного исследования.
Потяжелевшая на более чем 200 кг пустая «Двойка» некритично потеряла в маневренности и скороподъёмности, но двигатель Ha-115 с двухскоростным механическим нагнетателем позволял пилоту чувствовать себя на высотах более 5000 м куда как более комфортно, чем многочисленным визави 43-го года на Curtiss P-40 c «Аллисонами». Правда гипотетическое преимущество в высоте ещё надо было умудриться реализовать: янки, в случае опасности, уходили из под атаки пикированием, с чем (пикированием, вернее, со скоростью пикирования) у «Хаябусы» как были проблемы, так и остались. Ну а максимальная скорость… от 515 км/ч у «Ранних», до 533 км/ч у «Финальных», «с реактивными» патрубками, которые попали в серию только в 1944 году.
Последней серийной модификацией стала Ki-43-III Koh (да, теперь вполне официально с «суффиксом»). На новинку установили двигатель Nakajima Ha-115-II, оснащённый системой впрыска водно-метаноловой смеси, позволявшей кратковременно (не более 10 минут) увеличивать мощность до 1300 «лошадей». Максимальный взлётный вес машины переваливал три тонны, а скорость достигала 560 км/ч, практически догнав по этому показателю A6M5. В плюс «Хаябусе-III» шёл сохранившийся с «Двойки» пакет пассивной защиты, который у «Зеро» присутствовал только на сравнительно малочисленных модификациях A6M5b, c и A6M7. В минус, всё то же двухпулемётное вооружение (проект с двумя синхронными 20-мм пушками Ho-5, Ki-43-III Otsu, остался на уровне двух прототипов).
На «Накадзиме» в мае 1944 выпустили только десять «Троек», переключившись на производство куда более перспективного Ki-84, зато «Татикава» до конца Войны выдала на гора 1727 Ki-43-III. Итого, на круг, 5918 «Хаябус» всех модификаций включая прототипы, из которых 3238 на совести «Накадзимы». На фото Ki-43-III из «китайского» 48-го полка. Опять послевоенный снимок.
На этом техническая часть сплошных банальностей подошла к концу и тут бы перейти к боевому применению, но вот незадача. Труд этот неподъёмный. «Хаябусы», будучи вторым по численности после «Зеро» японским ЛА периода Второй Мировой, участвовали в боях с первого и до последнего дня Войны абсолютно на всех ТВД и полученные реальные (что важно) результаты рознились в зависимости от точки приложения усилий. С началом Тихоокеанской войны всё сравнительно понятно: мотивированные, закалённые в боях японские ВВС обеих ведомств столкнулись с плохо подготовленным, а главное самоуверенным противником, никак не ожидавшим от японцев такой прыти. Но был и CBI (Китай и Бирма), и провальная компания на Новой Гвинее, и Курилы, где и достигнутые успехи, и понесённые потери, и оценка Ki-43, как самолёта-истребителя визави кардинально разнились.
Обычное состояние (разбитое) «Хаябус» (и не только) на Новой Гвинее образца 1943-44 годов. Армейская авиация, отправленная в 1943 году на защиту Богом забытых островов в Южных морях, доселе не сталкивалась с ТАКИМ противником (речь не столько о матчасти, сколько об интенсивности и способе ведения боевых действий) и по сути устроила сама себе роскошные поминки, угробив массу хорошо подготовленных лётно-технических кадров. На фото брошенная в неисправном состоянии «средняя Двойка» 77-го полка на одном из аэродромов Холландии (это на севере Новой Гвинеи, если что).
Поэтому на Редколлегии было принято волевое решение сосредоточиться в следующей части на одном, конкретном ТВД конкретного периода ведения боевых действий. Выбор должен будет сделан старым, как мир способом.
* За всю историю Тихоокеанской Войны не было у противника истребителей, которых бы «Хаябуса» однозначно превосходила бы по комплексу ЛТХ, даже в самом начале Войны. Ошибки заказчика на этапе выдачи ТЗ –зло.
** В зарубежной литературе, от источника к источнику, ЛТХ самолётов, так или иначе упоминаемых в статье, разнятся, поэтому редакцией волюнтаристски приведено нечто «среднее по больнице». Это касается и количества произведённых машин: число выпущенных «пепелацев» определённых модификаций и число принятых IJAAF – это несколько разные вещи.
***Все упоминаемые в статье японские авиадвигатели (Ha-1, Ha-25, Ha-115), как и образцы пулемётно-пушечного вооружения («Типы 89, 97 и 99», Ho-103), имели в основе своей западные конструкции. Это ни хорошо, ни плохо. Это данность.
**** В статье, исключительно от лени, не были рассмотрены «пограничные» субмодификации, когда конкретный самолёт имел «родовые признаки» сразу нескольких модификаций. Например, на части «финальных» Ki-43-II был установлен водно-метаноловый двигатель Ha-115-II с положенными по случаю «улучшалками».
Использована информация из открытых источников.
Всем добра.