— Ты должна забрать своих детей и съехать, — сказал Игорь. — Я продаю квартиру.
Ольга занималась домашними делами, когда её мир рухнул.
— Что?
— Ты меня прекрасно слышала. — Игорь даже не поднял глаз. — Мне нужны деньги. А ты... с ним.
Ольга почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Игорь, о чём ты вообще?
Он наконец посмотрел на неё. В его глазах была такая холодная уверенность, что у Ольги перехватило дыхание.
— Не строй из себя святую. У меня есть доказательства твоей неверности.
И швырнул на стол фотографии.
Ольга подошла, взяла первую карточку дрожащими руками. На снимке она сидела в кафе напротив какого-то мужчины. Красивого. Незнакомого. Он держал её за руку и смотрел так... нежно. На следующем фото они смеялись. На третьем — он целовал ей руку.
— Но я... я его даже не знаю!
— Конечно не знаешь, — фыркнул Игорь. — Поэтому он тебе руку целует.
— Игорь, послушай! Я не понимаю, что происходит! Кто это вообще?
— Разберёшься со своим возлюбленным, когда съедешь. Детей забери. У тебя две недели.
Он ушёл, хлопнув дверью. Ольга опустилась на стул и снова посмотрела на фотографии. Мужчина на них действительно был красив — тёмные волосы, спортивная фигура, белоснежная улыбка. Проблема в том, что она его в жизни не видела.
Или всё-таки видела?
Ольга напряглась, вглядываясь в снимок. Что-то знакомое мелькнуло в памяти.
***
Две недели назад. Спортзал. Ольга делала растяжку, когда к ней подошёл тренер с новым клиентом.
— Ольга, познакомься. Это Максим. Он только записался, можешь показать, как тренажёры работают?
Максим улыбнулся — белоснежно, открыто.
— Буду очень признателен. Я тут полный чайник.
Он был вежлив. Обаятелен. Спрашивал про упражнения, шутил про свою неуклюжесть. Ольга смеялась — впервые за месяц. Дома вечно скандалы, свекровь постоянно лезет с советами, Игорь всё чаще задерживается на работе. А тут — простое человеческое общение.
На следующий день Максим снова оказался рядом.
— Кажется, я делаю это упражнение неправильно. Покажешь ещё раз?
Потом была случайная встреча у выхода.
— Ольга! Какое совпадение! Может, кофе выпьем? Я тут рядом знаю отличное место.
Она колебалась. Но кофе — это ведь просто кофе, правда? Не свидание. Просто два человека разговаривают.
В кафе Максим был очарователен. Рассказывал истории, делал комплименты — ненавязчиво, легко. Ольга расслабилась. Забыла про домашние проблемы, про вечное недовольство свекрови, про холодность мужа.
Когда Максим взял её за руку — просто так, дружески, — она не отдёрнула. Это было... приятно. Чувствовать себя женщиной. Интересной. Живой.
А теперь она смотрела на фотографии и понимала — её подставили. Мастерски. Профессионально.
***
Следующие дни Ольга провела в каком-то лихорадочном тумане. Игорь избегал разговоров. Свекровь появлялась каждый день — то суп принесёт, то «случайно» заглянет.
— Оленька, ты такая бледная, — причитала Лариса Петровна, разливая куриный бульон. — Стресс, наверное? Понимаю, понимаю. Развод — это всегда тяжело.
В её голосе была такая сладкая забота, что хотелось выбросить весь бульон в окно вместе с кастрюлей.
— Лариса Петровна, какой развод? Я ничего не сделала!
— Ну-ну, милая. Все мы женщины, все понимаем. Молодая, красивая... захотела внимания. Бывает.
Ольга злилась. Свекровь улыбалась — доброжелательно, по-матерински. Но в её глазах плясали маленькие искорки торжества.
— Знаешь, Оленька, я тут присмотрела для тебя хорошую однушку. Недорого. На окраине, конечно, но зато с балконом. Детям свежий воздух полезен.
— Я никуда не съезжаю.
— Ну что ты упрямишься? Игорь уже с риелтором договорился. Квартиру на продажу выставляет. Ему деньги нужны — на бизнес. Я его поддерживаю, конечно. Мать должна сыну помогать.
В этот момент Ольга поняла — всё это её рук дело. Каким-то чутьём. Женским, звериным инстинктом.
***
На следующий день Ольга пошла в тот самый спортзал. Максима там не было. Она подошла к администратору.
— Извините, а Максим сегодня придёт? И показала его фото.
Девушка посмотрела в компьютер.
— Максим? Кажется, он брал несколько пробных занятий. И всё. Он больше не продлевал.
— А адрес у него есть в базе? Телефон?
— Простите, мы не можем давать личные данные.
Ольга вышла на улицу, не зная, что делать дальше. Села на лавочку напротив спортзала и просто сидела, глядя в пустоту.
И тут его увидела.
Максим шёл по противоположной стороне улицы — в джинсах и кожаной куртке, с телефоном у уха. Ольга вскочила, готовая броситься через дорогу, но что-то заставило её замереть.
Максим свернул к подъезду. К знакомому подъезду.
К дому свекрови.
Ольга почувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Она перешла дорогу, спряталась за углом и стала ждать.
Максим вышел через двадцать минут. На лице его играла довольная улыбка. В руке — белый конверт.
Ольга вышла из-за угла и преградила ему путь.
— Привет, Максим.
Он вздрогнул. На секунду в его глазах мелькнул страх, но он быстро взял себя в руки.
— Ольга! Какая встреча!
— Да, правда какая. Особенно около дома моей свекрови. С конвертом денег в руках.
Лицо Максима стало серьёзным.
— Слушай, это не то, что ты думаешь...
— А что я думаю, Максим? Что мою свекровь зовут Лариса Петровна? Что она живёт в квартире 47? Что ты только что оттуда вышел? Или что весь наш «случайный роман» — это подстава?
Он попытался пройти мимо, но Ольга схватила его за рукав.
— Сколько она тебе заплатила? За кофе? За фотосессию?
Максим вырвал руку.
— Я ничего не знаю. Отстань.
— Максим, — Ольга говорила тихо, но в её голосе была сталь. — Я опишу эту историю в соцсетях, я привлеку много внимания, я всем расскажу на что ты готов за деньги. Тебе нужна дурная слава?
Он замер. Посмотрел на неё — долго, оценивающе.
— Пять тысяч, — наконец сказал он. — За неделю работы. Познакомиться, поболтать, посидеть в кафе. Она сказала, что хочет проверить, верна ли ты мужу. Типа, мать переживает за сына.
— И фотографии?
— Она сама организовала. Фотограф был в теме. Ракурсы специально такие подбирали, чтобы... ну, ты понимаешь.
— Понимаю. — Ольга достала телефон. — Повторишь всё это на камеру?
Максим помялся.
— Она меня того.
— Я тоже могу. Выбирай.
Он вздохнул и кивнул.
***
Вечером Ольга пригласила мужа и свекровь на прощальный ужин.
— Игорь, ты хочешь развода? — начала Ольга. — Пожалуйста. Но сначала посмотри вот это.
Она включила видео на телефоне. Максим на экране выглядел помятым и несчастным.
— Меня зовут Максим Соколов. Две недели назад Лариса Петровна Крылова наняла меня, чтобы я познакомился с Ольгой Крыловой и создал видимость романтических отношений...
Лицо свекрови из розового стало серым.
— Игорёк, это всё неправда! Он врёт! Она его подкупила!
Но Игорь молчал, глядя на экран. На лице его была такая растерянность, что Ольге стало почти жалко его.
— ...Фотографии были постановочными. Фотографа наняла также Лариса Петровна. Целью было создание доказательств неверности для бракоразводного процесса...
— Мама? — тихо спросил Игорь.
— Я... я хотела как лучше, — голос Ларисы Петровны дрожал. — Игорёк, ты заслуживаешь лучшей жены! Она недостойна тебя! Я просто хотела тебе открыть глаза!
— Открыть глаза? — Игорь встал. Лицо его было белым. — Ты наняла актёра. Организовала фальшивые доказательства. Разрушила мою семью. Ради чего, мама?
— Ради тебя! — Лариса Петровна схватила сына за руку. — Ты мой единственный сын!
— А она — моя жена. Мать моих детей.
— Она чужая!
— Нет, мама. — Игорь осторожно высвободил руку. — Чужая здесь ты.
Лариса Петровна попятилась.
— Игорёк...
— Уйди, пожалуйста. Мне нужно... мне нужно подумать.
Когда за свекровью закрылась дверь, Игорь опустился на стул и закрыл лицо руками.
— Оля, я... господи, что я наделал.
Ольга смотрела на него сверху вниз. Этот человек неделю назад выгонял её из дома. Обвинял в измене. Собирался продать квартиру — их общую квартиру.
Но он был отцом её детей. И когда-то она его любила.
— Тебе есть что мне сказать, Игорь?
Он поднял голову. Глаза были красными.
— Прости. Прости меня, пожалуйста. Я глупец. Я поверил... чёрт, я не знаю, во что я поверил. Мама всегда умела меня убедить.
— Ей было важнее получить тебя, — тихо сказала Ольга. — Ты это понимаешь?
— Понимаю. Теперь понимаю. Она говорила, что и дети не от меня.
— Что дальше?
— Не знаю. — Игорь беспомощно развёл руками. — Как ты вообще догадалась?
— Женская интуиция, — усмехнулась Ольга. — И то, что твоя мать слишком часто стала к нам заглядывать.
— Она хотела денег на мой бизнес. Говорила, что если продать квартиру, мы сможем открыть автосервис. А ты... ты якобы будешь против.
— Я вообще не знала про автосервис.
— Вот именно.
Они сидели в тишине.
— Игорь, я тоже не святая, — наконец сказала Ольга. — Мне было приятно внимание Максима. Я чувствовала себя женщиной, а не прислугой. Ты последний раз когда делал мне комплимент?
Он поморщился.
— Не помню.
— Вот именно. Мы стали как соседи по квартире. Ты работаешь, я с детьми. Встречаемся только когда ссоримся.
— А что делать?
Ольга задумалась. Развестись было бы легко — после такого предательства. Но лёгкое не всегда правильное.
— Для начала — убрать свою мать из нашей жизни. Насовсем. Никаких визитов, никаких советов, никаких бульонов. Она чуть не уничтожила нашу семью.
— Согласен.
— Дальше — психолог. Семейный. Будем разбираться, что у нас вообще осталось.
— А если ничего?
— Тогда разойдёмся. Но по-человечески. Без подстав и липовых любовников.
Игорь улыбнулся — слабо, но всё-таки улыбнулся.
— Липовый любовник — это звучит как название комедии.
— Комедия до слёз, — фыркнула Ольга.
— Я с ней поговорю.
— Не надо. Пусть сидит и думает о содеянном.
Они снова замолчали. Потом Игорь встал и подошёл к Ольге.
— Можно я тебя обниму?
Она посмотрела на него долгим взглядом.
— Можно. Но это ничего не значит. Пока что.
Его объятия были неуклюжими — как будто они впервые встречались. Ольга прижалась к нему и вдруг почувствовала, как внутри что-то отпускает. Напряжение последних дней, страх, злость — всё вытекало вместе со слезами.
— Всё будет хорошо, — шептал Игорь, гладя её по волосам. — Я всё исправлю. Обещаю.
— Лучше не обещай, — всхлипнула Ольга. — Просто попробуй. Хотя бы попробуй.
***
Прошло полгода. Ольга стояла у того самого спортзала и улыбалась. В руках у неё был букет цветов — для себя. Просто так. Потому что захотелось.
Игорь ждал в машине — они ехали на сеанс к психологу. Уже шестнадцатый. Не всегда было легко. Иногда хотелось всё бросить. Но они держались.
Свекровь объявилась месяц назад — с извинениями . Игорь встретил её на пороге.
— Мама, я тебя люблю. Но в дом ты больше не войдёшь. Пока не извинишься перед Ольгой. Публично.
Лариса Петровна ушла, хлопнув дверью. Извинений так и не последовало.
— Оля, пошли! — крикнул Игорь из машины. — Опоздаем!
Она махнула рукой и побежала к нему — через лужи.