Он всю жизнь оставался в тени старшего брата Григория — фаворита Екатерины II, символа блеска и придворной удачи. Но если отбросить придворные мифы, именно Алексей Орлов был самым сильным, самым решительным и самым опасным из братьев. Именно он, а не знаменитый Григорий, сыграл ключевую роль в перевороте 1762 года и стал тем человеком, на чьих руках оказалась судьба империи. Его биография — это взлет, от которого захватывает дух, и тень, которая так и не исчезла до самой смерти.
Алексей Григорьевич Орлов родился в 1737 году и был третьим из пяти братьев. Их отец не заботился о классическом образовании сыновей, но вложил в них главное: воинскую выправку, жесткую дисциплину и абсолютную верность друг другу. Орловы выросли настоящей силой — физической и характерной. Высокие, крепкие, дерзкие, они вызывали страх и уважение одновременно. Алексей особенно выделялся: исполинский рост, колоссальная сила, резкие движения и почти хищная энергия. Его описывали как человека, способного одним ударом сразить быка, а двумя пальцами раздавить яблоко. При этом он был красив, обаятелен и окружен репутацией неисправимого сердцееда.
Военная служба началась рано: сначала Преображенский полк, затем обучение в шляхетском корпусе. К двадцати пяти годам он уже был сержантом, но куда важнее было другое — его природный ум и интуиция. Когда благодаря роману Григория с Екатериной Алексеевной Орловы вошли в ближайший круг будущей императрицы, именно Алексей первым понял, что история стоит на пороге перелома. Он стал не просто участником, а фактическим организатором переворота 1762 года. В критический момент именно он сопровождал свергнутого Петра III в Ропшу и добился от него письменного отказа от престола.
Дальше наступает самая мрачная страница его жизни. Смерть Петра III почти сразу легла тенью на имя Алексея Орлова. Современники и потомки называли его убийцей императора. Однако многие историки считали, что смертельный удар нанес вовсе не Орлов, а князь Фёдор Барятинский. Тем не менее именно Алексей стал главным носителем этого клейма: слишком много у него было врагов, слишком выгодно было представить его палачом. Письмо с якобы признанием вины многие исследователи считают подделкой, но общественное мнение вынесло приговор еще при его жизни.
После воцарения Екатерины II на Орловых посыпались награды. Алексей получил чин генерал-майора, орден Святого Александра Невского, тысячи крепостных душ и графский титул. Но, в отличие от многих придворных счастливчиков, он не растворился в праздной роскоши. Он оставался деятельным, энергичным, постоянно вовлеченным в государственные дела, выполняя сложнейшие поручения императрицы. Формально высоких постов он не занимал, но его влияние ощущалось во многих решениях.
Настоящая слава пришла к нему на море. В конце 1760-х годов Орлов предложил дерзкий план удара по Османской империи в Средиземном море. В 1770 году он возглавил русскую эскадру и решился на бой у берегов Чесменской бухты, несмотря на численное превосходство турецкого флота. Русские силы были значительно меньше, и само вступление в сражение выглядело безумной авантюрой. Но именно это безумие принесло одну из самых громких морских побед XVIII века. Турецкие корабли, стоявшие тесными линиями у берега, превратились в ловушку для самих себя: взрывы, пожары и цепная реакция уничтожили почти весь флот. На рассвете уцелевших турецких моряков высадили на берег и отпустили.
Чесма сделала Орлова легендой. Он получил орден Святого Георгия I степени, огромную денежную награду, драгоценную шпагу и право навсегда прибавить к фамилии победное имя: Орлов-Чесменский. Екатерина писала ему теплые письма, присылала подарки и подчеркивала свое расположение. В Петербурге построили Чесменский дворец и установили обелиск, а по всей России чеканили памятные медали. Сам победитель жил тогда на широкую ногу в Ливорно и даже заказал грандиозную картину о сражении, велев стрелять из пушек и маневрировать кораблям, чтобы художник писал сцену почти «с натуры».
Но не каждое поручение императрицы украшало его имя. В 1775 году Орлову было приказано тайно захватить в Европе авантюристку, выдававшую себя за дочь императрицы Елизаветы Петровны — так называемую княжну Тараканову. Он сыграл роль страстного влюбленного, завоевал ее доверие, заманил на корабль и доставил в Петербург. Там женщина оказалась в заключении и вскоре умерла, незадолго до того родив от Орлова ребенка. Задание было выполнено безупречно — и именно поэтому оно навсегда осталось моральным пятном в его биографии. После этой истории Алексей Орлов подал в отставку.
Оставив большую политику, он занялся тем, что по-настоящему любил: хозяйством, селекцией и экспериментами. В своих имениях он создал один из лучших конных заводов страны и лично руководил выведением новых пород. Именно благодаря ему появился знаменитый орловский рысак — гордость русского коневодства. Он работал с лошадьми как ученый и художник одновременно: запрещал бить животных, каждому жеребенку сам давал имя. Помимо лошадей, Орлов выводил новые породы гусей, голубей и даже канареек. Он же ввел в России моду на бега и скачки, а еще — на цыганское пение, привезя в Москву первый профессиональный цыганский хор.
Личная жизнь Орлова долго оставалась бурной и беспокойной. Лишь в сорок пять лет он женился на молодой Евдокии Лопухиной. Екатерина II лично благословила этот союз. Однако семейное счастье оказалось коротким: после рождения второго ребенка супруга и младенец умерли при родах. От прежних связей у Орлова остался незаконнорожденный сын Александр Чесменский, которого он признал, дал ему блестящее образование и вывел в большую военную карьеру. Дочь Анна выросла при дворе, а после смерти отца стала глубоко религиозной.
Самое тяжелое унижение ждало его после смерти Екатерины. Новый император Павел I решил публично напомнить всем о судьбе своего отца Петра III. Он устроил перезахоронение и приказал всем участникам переворота присутствовать на церемонии. Алексею Орлову было велено нести перед гробом императорскую корону. Для человека, на чьем имени и так лежала тень подозрений, это стало почти казнью без крови. Орлов рыдал, но приказ исполнил. После этого он уехал за границу вместе с дочерью и лишился назначенной ему пенсии.
Вернуться в Россию ему позволили лишь при Александре I. Старый граф был назначен командующим Курского ополчения, вложил в его организацию собственные средства и силы, за что получил орден Святого Владимира I степени. Он мечтал еще раз послужить родине в войне против Наполеона, но не успел.
5 января 1808 года Алексей Григорьевич Орлов-Чесменский умер в возрасте семидесяти лет. Перед смертью он терпел страшные боли, но приказал домашнему оркестру играть без перерыва, чтобы никто не слышал его стонов. Когда весть о его кончине разнеслась по округе, крестьяне собрались у дома и плакали — его уважали за редкое для того времени отношение к людям.
Он остался в истории фигурой двойственной: герой, победитель, создатель новых пород, человек, сделавший Екатерину императрицей, — и одновременно участник переворота, чье имя навсегда связано с гибелью Петра III и трагедией княжны Таракановой. Алексей Орлов прожил жизнь на грани славы и проклятия, так и не выйдя из тени собственного поступка, изменившего ход российской истории.
Если понравилась статья, поддержите канал лайком и подпиской, а также делитесь своим мнением в комментариях.