Поразительно, с каким упорством многие женщины игнорируют объективную реальность, предпочитая ей комфортную, но стерильную галлюцинацию. По улицам мегаполисов и провинциальных городов ходят тысячи вполне "приемлемых" мужчин, однако они остаются невидимыми для женского взгляда.
Причина этой избирательной слепоты, думается, кроется в странном ожидании Идеала, который, по замыслу, должен решить все экзистенциальные проблемы одним своим появлением. Между тем, для полноценного союза необходим вовсе не мифический герой без страха и упрека, а так называемый «ресурсный мужчина» — термин, требующий немедленного прояснения и, надо признать, жесткой демистификации.
Под ресурсным мужчиной, вопреки расхожим меркантильным заблуждениям, следует понимать не обязательно обладателя счетов в офшорах или владельца яхт.
Это индивид, рядом с которым женщина сохраняет собственную целостность и энергию, вместо того чтобы тратить их на бесконечное обслуживание его комплексов и бытовой беспомощности.
Ресурсность — это автономия. Это способность партнера функционировать самостоятельно, не превращая женщину в мать, терапевта и экономического тягача одновременно. С нересурсным спутником женщина неизбежно берет на себя двойную нагрузку, отвечая и за себя, и за того парня, что довольно быстро приводит к истощению и глухой ненависти. Идеальный же мужчина обитает исключительно в женском воображении, тогда как ресурсный — в суровой реальности, и это, пожалуй, его главное преимущество.
Посмотрим на механизм идеализации, который, по сути, является формой невротического самообмана. Зигмунд Фрейд назвал бы это проекцией собственного нарциссизма на объект желания. Когда женщина наделяет потенциального партнера полным набором добродетелей, игнорируя его реальные черты, она взаимодействует не с живым человеком, а с проекцией собственной психики.
Вспомним персонажа Гошу из культовой ленты «Москва слезам не верит». Для главной героини он был воплощением совершенства, однако объективный наблюдатель без труда заметит, что этот «идеал» имел обыкновение исчезать в запойных состояниях, запираясь в коммунальной комнате при малейшем конфликте.
Катерина, ослепленная потребностью в счастье, утверждала, что у него нет недостатков, хотя реальность вопила об обратном. Это классический пример того, как желание видеть идеал заставляет игнорировать факты и жить в параллельной вселенной.
Более того, требование идеальности от партнера — это скрытая форма грандиозности самой женщины. Признать такое непросто, но выставляя завышенные, несовместимые с жизнью требования к мужчине, женщина бессознательно утверждает собственную исключительность.
Она убеждена, что достойна только лучшего, безупречного, совершенного, чем подсознательно помещает себя на пьедестал, с которого взирает на «недостойных» кандидатов. Карен Хорни, блестящий психоаналитик, описала бы это как невротическую потребность в триумфе и славе.
Это тупиковый путь, ибо идеальных людей в природе не существует. Верить в их наличие — все равно что ожидать встречи с розовым пони в торговом центре.
Парадокс, однако, заключается в том, что идеализация мужчины часто маскирует страх реальной близости. Пока женщина ищет призрак, ей не нужно сталкиваться с живым, несовершенным человеком, способным разочаровать, ранить или просто оказаться скучным.
Идеал безопасен именно потому, что недостижим. Это защитный механизм психики, позволяющий избегать риска настоящих отношений под благовидным предлогом «высоких стандартов».
Эрих Фромм заметил бы, что такая женщина не готова любить, она готова лишь потреблять образ любви, не неся при этом ответственности за реальную связь.
Терапевтическая задача в данном случае состоит в том, чтобы разрушить этот монумент иллюзиям и вернуть женщину на землю. Придется отказаться от поиска химеры и сосредоточиться на конкретике. Разумным подходом будет выделение трех, и только трех, критически важных качеств, которыми должен обладать избранник. Это может быть, например, порядочность, доброта и надежность. Или же интеллект, состоятельность и физическая привлекательность.
Любая комбинация допустима, если она реалистична и честна. Если при этом мужчина окажется еще и остроумным, это станет приятным бонусом, но не обязательным условием для начала отношений.
Когда женщина сужает фокус внимания до трех базовых параметров, ее оптический прицел начинает работать корректно. Она перестает отбраковывать достойных претендентов только потому, что они не соответствуют вымышленному стандарту по всем ста пунктам.
В моей практике был весьма показательный случай, когда клиентка, применив этот метод, с удивлением обнаружила, что искомыми качествами обладает ее собственный бывший муж, с которым она, к счастью, не успела окончательно разорвать контакты. Отказ от погони за призраком позволил ей увидеть живого человека рядом и построить с ним крепкие отношения.
Таким образом, алгоритм выхода из тупика одиночества требует жесткой интеллектуальной дисциплины и мужества признать собственные заблуждения. Во-первых, следует добровольно и осознанно отказаться от идеализации, признав ее инфантильной защитой от реальности. Во-вторых, необходимо четко сформулировать три действительно важных качества, без которых союз невозможен. И, в-третьих, начать сканировать реальность на предмет наличия именно этих качеств, игнорируя мелкие несовершенства.
Только так можно встретить мужчину реального, земного и, как следствие, пригодного для жизни, а не для бесконечного томления в ожидании принца, который, вероятнее всего, заблудился в соседнем измерении.