Было раннее утро, а я уже сидела перед монитором. На экране мигал курсор, рядом остывал кофе, к которому я даже не притронулась.
В голове крутилась одна и та же фраза, сказанная мне вчера вечером: «Кристина, ну ты же понимаешь, сейчас сложный финансовый период. Твое повышение уже согласовано, честное слово. Просто проведем его первым кварталом следующего года. А премия... ну, я же руководитель направления, это бонус за мое руководство.
Сергей Викторович умел говорить: убедительно, с отеческой ноткой в голосе, глядя прямо в глаза. Если бы я была на пять лет моложе, я бы, наверное, кивнула, проглотила обиду и пошла работать дальше, верить в светлое будущее и «следующий год».
Но мне тридцать четыре. Я ведущий аналитик с десятилетним стажем. И я точно знаю, что «следующий год» в корпоративной культуре нашего холдинга - это синоним слова «никогда».
Я посмотрела на папку «Проект Аврора» на общем диске. Шесть месяцев жизни, бессонные ночи, работа по выходным, споры с разработчиками, выбивание бюджетов. Это была моя идея, архитектура и реализация. Сергей Викторович появлялся только на отчетных планерках, чтобы спросить: «Ну как, движется?» и важно кивнуть.
А вчера на совете директоров он презентовал «Аврору» как свое детище. Меня даже не пригласили в переговорную. Я узнала об этом случайно, когда секретарь генерального, проходя мимо, бросила: «Твой шеф просто зверь, такой проект выкатил, ему премию сразу выписали годовую.
В этот момент я поняла, надо действовать. Завтра в 14:00 должна состояться финальная демонстрация системы инвесторам. Без этого этапа финансирование на следующий год не откроют.
Сергей Викторович в технической части проекта не понимал ровным счетом ничего. Он умел красиво переключать слайды и говорить общими фразами про «синергию» и «оптимизацию бизнес-процессов». Но если инвестор попросит показать реальную работу алгоритма или, не дай бог, задаст вопрос по бэкенду - шеф поплывет. В такие моменты он обычно поворачивался ко мне и говорил: «Кристина сейчас пояснит детали».
Но сегодня Кристины там не будет.
Точка невозврата
Я взяла лист бумаги и написала заявление на увольнение. «Прошу уволить меня по собственному желанию с сегодняшнего дня». Знала, что по закону должна отработать две недели. Но я также знала, что у меня есть неиспользованный отпуск за три года - почти 50 дней, просто напишу заявление на отпуск с последующим увольнением.
Я открыла доступ к серверу и нашла свой проект.
«Аврора» была сложной аналитической системой. Вся "соль" проекта была не в финальной презентации (которая была у шефа), а в исходных данных, расчетах и черновиках архитектуры, которые связывали разрозненные базы данных воедино. Без этих настроек, хранящихся в локальном профиле на моей личной ветке сервера, красивая оболочка была просто пустышкой.
Удалить все? Это было бы слишком просто. И, возможно, подсудно. Уничтожение имущества компании - это статья.
Я перенесла все ключевые конфигурационные файлы, которые связывали систему, на свой внешний жесткий диск. А на сервере оставила старые версии файлов, трехмесячной давности, те самые, которые работали с ошибками и выдавали некорректные прогнозы. Визуально папка выглядела так же, но внутри это был хаос.
Затем я почистила свой локальный компьютер. Удалила историю переписок, свои заметки, вышла из всех учетных записей.
Вошел Сергей Викторович. - Кристиночка, привет! Молодец, готовишься? У нас в два часа важный бой. Ты мне, кстати, подготовь шпаргалку по тем цифрам, что мы обсуждали в пятницу.
Я медленно повернулась к нему. - Здравствуйте Сергей Викторович. Шпаргалки не будет. Он замер, не донеся кружку с кофе до рта. - В смысле не будет? Ты что, не выспалась? - Я увольняюсь, - и положила заявление ему на стол. - Прямо сейчас. У меня накопилось 48 дней отпуска. Прошу подписать. - Ты с ума сошла? - его лицо начало багроветь. - Какой отпуск? Какое увольнение? У нас презентация! Инвесторы из Москвы прилетают! Ты не имеешь права! - Имею. Трудовой кодекс, статья 127. Реализация права на отпуск при увольнении. А по поводу презентации... Это же ваш проект, Сергей Викторович. Вы вчера так красноречиво рассказывали совету директоров, что это ваша идея и ваша реализация. Вот и презентуйте.
Он попытался сменить тактику. Начал угрожать, потом уговаривать, вспоминал про «команду», про то, что «мы же друзья». Когда понял, что это не работает, перешел на крик. - Ты никуда не пойдешь! Я тебя по статье уволю! Ты в этом городе дворником не устроишься!
Я молча встала, взяла сумку и куртку. - Заявление зарегистрировано у секретаря, копия с входящим номером у меня. Ключ-карту оставляю на столе. До свидания.
Что произошло в 14:00
О том, что случилось на презентации, мне вечером рассказала коллега из соседнего отдела, Катя.
Когда Сергей Викторович запустил систему на большом экране, она загрузилась. Интерфейс был красивый, графики рисовались. Инвесторы кивали. Шеф расслабился.
- А теперь давайте посмотрим, как система реагирует на стресс-сценарий изменения курса валют, - попросил главный инвестор.
Сергей Викторович уверенно нажал кнопку «Рассчитать».
И тут система, базируясь на старых, битых алгоритмах, которые я оставила, выдала результат. Она показала, что прибыль компании вырастет на 4000% за два дня.
В зале повисла тишина. - Это... это тестовый баг, - пролепетал шеф. - Попробуйте загрузить реальные данные за прошлый месяц, - сухо предложил инвестор.
Шеф попробовал. Система зависла намертво, а потом выплюнула критическую ошибку базы данных.
- Кристина! - крикнул он в зал, забыв, что меня нет. - Посмотри, что там!
Но отвечать было некому.
Катя сказала, что это было похоже на публичную казнь. Инвесторы встали и ушли через десять минут, бросив на прощание фразу о «вопиющей некомпетентности» и «попытке мошенничества с сырым продуктом». Генеральный директор орал так, что тряслись стекла в переговорной.
Почему я не жалею
Я не уничтожила данные компании. Я просто забрала свой интеллектуальный вклад, который еще не был оплачен и оформлен. Я вернула проект в то состояние, в котором он находился бы без моего участия - на уровень некомпетентности моего начальника.
Удаление черновиков было не местью. Это была демонстрация реальности. Сергей Викторович продал руководству иллюзию, что он контролирует процесс.
Что в итоге? Сергея Викторовича уволили через неделю. Выяснилось, что он не только присвоил мои заслуги, но и скрывал реальные проблемы в других отделах. Меня звали обратно, звонил лично генеральный, предлагал должность начальника отдела и ту самую премию.
Я отказалась.
Сейчас я работаю в другой компании. На собеседовании я честно рассказала эту историю. Директор по IT внимательно выслушал и сказал: «Значит, с вами лучше договариваться на берегу и выполнять обещания. Нам такие нужны».
А как бы вы поступили на моем месте?