Биография и преступления Николая Джумагалиева, получившего прозвище «Железный Клык» (за металлические коронки), до сих пор рассматриваются специалистами как пример смертельно опасного сбоя между медициной, следствием и системой общественной безопасности.
Его детство и юность не выделялись какими-либо заметными эпизодами. Получив неполное среднее образование, он окончил железнодорожное училище, прошёл срочную армейскую службу, после чего устроился пожарным. Вроде бы (по крайней мере, по формальным признакам) никаких намёков на асоциальное поведение и, тем более - на склонность к агрессии...
Но 1977 год стал для него переломным в формировании личности: будучи неравнодушным к прекрасному полу, он получил «букет» венерических заболеваний от весьма сомнительных подруг, и с тех пор отношение к женщинам приобрело у него устойчиво враждебный и подозрительный характер - те в его восприятии стали источником угрозы, унижения и вины. Именно в этот период у Джумагалиева начали формироваться элементы мировоззрения, в котором агрессия, сексуальность и контроль над жертвой слились в единый импульс.
Первая подтверждённая серия убийств началась в 1979 году. Первой жертвой стала участница религиозной общины. Но более всего следователей тогда шокировал не сам факт убийства, а последующие действия преступника: он выпил кровь жертвы, а часть плоти забрал с собой, хранил дома в засоленном виде и впоследствии употреблял в пищу (готовил пельмени и котлеты). Неудивительно, что сразу же встал вопрос о глубине его психического расстройства, однако в тот момент он не был осмыслен как начало серии.
В течение года в Алма-Атинской области были убиты ещё несколько женщин. Способы различались: нож, удушение, сексуальное насилие. В отдельных случаях тела расчленялись, а части использовались для последующего употребления в пищу. Преступления не имели чёткой локализации, что мешало оперативникам увидеть в них единый почерк. Каждый эпизод рассматривался как отдельное преступление, без попытки системного анализа. Наглядный пример - убийство коллеги-пожарного: тот погиб от выстрела из ружья после совместного распития с Джумагалиевым и последовавшей ссоры. Тогда этот случай был оформлен как неосторожное обращение с оружием, несмотря на ряд настораживающих обстоятельств. Такой подход позже будет признан одной из ключевых ошибок расследования.
В августе 1979 года Джумагалиев был задержан и направлен на психиатрическую экспертизу в институт имени Сербского. Диагноз (шизофрения) был поставлен достаточно быстро. Но несмотря на сочетание крайне тревожных факторов (множественные убийства, каннибализм, тяжёлое психическое расстройство) было принято решение не о его пожизненной изоляции, а о принудительном лечении. Увы, в логике того времени приоритет отдавался медицинской модели, а не оценке долгосрочной опасности для общества.
Уже через год Джумагалиев был освобождён из психиатрического учреждения. Как оказалось, решение было преждевременным: в течение полутора месяцев он убил ещё нескольких женщин, среди которых была молодая мать с маленьким ребёнком.
Преступления продолжались и отличались нарастающей жестокостью, а расчленение и каннибализм стали коронной фишкой преступника. Его финальное (девятое по счёту) преступление шокировало даже видавших виды оперативников. На вечеринке с новыми знакомыми он уединился с девушкой. Когда решившие подшутить над парочкой приятели ворвались в комнату, увиденное зрелище повергло их в настоящий шок: на полу лежало окровавленное тело девушки, над которым склонился голый Джумагалиев. Он отрубил жертве голову и сливал с неё кровь в тазик. Этот эпизод стал прямым, неопровержимым доказательством того, что временное улучшение состояния не означало утраты опасности.
В 1981 году суд признал Джумагалиева невменяемым и направил на принудительное лечение в закрытую специализированную психиатрическую больницу. Формально уголовная ответственность с него была снята, фактически же он оказался в системе, где степень контроля напрямую зависела от субъективной оценки текущего состояния, а не от реальной истории насилия. При любых признаках стабилизации режим смягчался, что впоследствии сыграло роковую роль.
29 августа 1989 года при переводе в другое медицинское учреждение из-за допущенных нарушений режима охраны и недооценки степени опасности пациента Джумагалиев сбежал. В результате человек с прошлым убийцы-каннибала и патологической жестокостью оказался на свободе.
В течение полутора лет он скрывался: жил в горных в пещерах, охотился, собирал травы. При этом умело адаптировался, менял легенды, избегал внимания, мог планировать, лгать, выстраивать маршруты и находить способы выживания. Что свидетельствовало о сохранности его интеллектуальных и поведенческих функций.
В 1990 году в Актюбинске была убита женщина. Долгое время этот эпизод не связывали с Джумагалиевым. И лишь спустя четверть века (после повторного анализа материалов, показаний и экспертных заключений) убийство было официально признано десятым подтверждённым эпизодом в его биографии. Фактически это означало, что даже после десятилетий лечения и изоляции он сохранил способность к повторному смертельному насилию.
В апреле 1991 года Джумагалиев (в образе китайца) был задержан в Фергане за кражу овец и этапирован обратно в Казахстан, где вновь был помещен в специализированную психиатрическую клинику и подал прошение... о смертной казни. В последующие годы периодически появлялись слухи о его побеге, однако они не подтвердились. Тем не менее сам факт подобных слухов отражал устойчивый общественный страх перед возможным повторением сценария 1989 года.
Официально Джумагалиев признан виновным не менее чем в десяти убийствах. Следственные органы неоднократно отмечали, что реальное число жертв может быть выше: часть эпизодов не удалось доказать из-за отсутствия тел, утраты вещественных доказательств и ошибок первоначального расследования.
Дело Джумагалиева до сих пор изучается специалистами как один из наиболее показательных примеров того, к чему приводит формальный подход к диагнозу и недооценка риска. Его история стала иллюстрацией системных ошибок сразу на нескольких уровнях: преждевременное освобождение после первой серии убийств; формальный подход к улучшению состояния; отсутствие пожизненного надзора; грубые нарушения при транспортировке - все эти проколы имели смертельные последствия. К тому же, следствие долго рассматривало убийства как разрозненные эпизоды, а признание невменяемости фактически привело к снижению приоритета защиты общества.
Сегодня, после десятилетий терапии, состояние Джумагалиева, по словам врачей, «стабилизировалось». Он начал внятно говорить и проявлять интерес к внешнему миру. И вот тут нужно отметить одну любопытную деталь: обычно состояние здоровья у больных шизофренией быстро ухудшается и они, образно говоря, превращаются в развалину. В отличие от них сегодняшний Джумагалиев - крепок и выглядит неплохо для своих лет. Что позволяет сделать вывод: психопатом он вряд ли является - те обладают высокой степенью физической и психической активности, быстро становятся лидерами среди других пациентов. «Железному Клыку» эти качества не свойственны: он ведёт себя тихо, занимается ремонтом часов и магнитофонов. И надеется (внимание!), что его всё-таки выпустят на свободу…
Но, скорее всего, этого не произойдёт, потому что ни психиатры, ни судьи не могут дать гарантий, что, оказавшись за стенами клиники, он не примется за старое…
Р.S. К чему этот мой пост? Да ни к чему! Просто информация к размышлению о ценности человеческой жизни... И чтобы мы внимательно пригляделись к людям, которые нас порой окружают...
Мои последние публикации на канале:
Подписывайтесь на мой канал! Проявляйте уважение к автору и друг к другу, воздерживаясь от откровенных оскорблений, хамства и мата в комментариях!