Второй бой у Старого моста
Месяц Дугуар Сар, третий цикл (22.09.100)
Тавлар смотрел на своих юртчи (орк., командир), налитыми кровью глазами.
- Какого чёрта, парни? Вы что, не можем раздавить этих недоумков? – он небрежно махнул огромной лапищей в сторону Сухого ручья.
Оба вождя кланов какое-то время молчали, опустив головы. Наконец слово взял Ларрион «Безобразный». Не сказать, что он был умнее своего собрата из Клана Мутной Воды, но то, что решительней, однозначно.
- В этот раз люди построили свои полки по-новому, - он рискнул поднять голову и посмотреть большому вождю в глаза, - с какой бы стороны мои парни не атаковали имперцев, всюду их встречал лес пик и алебард. Банда Миши уже потеряла треть своего состава.
- Ребята Шими тоже лишились четверти ранеными и убитыми, - вставил своё слово Чоко «Болото».
- И что вы предлагаете? – Тавлар никогда не был самодуром и может быть, поэтому смог объединить разрозненные и порой ненавидящие друг друга кланы в одну орду.
Вожди молчали.
- Ну? – рявкнул «Чужак».
- Нам нужны лучники, - вновь первым заговорил Ларрион. Его изуродованные губы растянулись в оскале, демонстрируя жёлтые изогнутые клыки.
- У нас их нет. Почти нет, - отрезал Тавлар, снимая этот вопрос.
Вожди вновь опустили головы.
Где-то за рядами орочьих отрядов били барабаны. Это шаманы, продолжали творить дикую магию, старались изо всех сил помочь своим побратимам разбить людей.
- Быть может я не те кланы взял в набег? Не в тех вождей поверил? – голос Тавлара звенел от едва сдерживаемой ярости.
Юртчи продолжали молчать, понуро опустив свои большие изуродованные головы.
- Может быть, я не распознал в них трусов? Может быть, они боятся потерять свои никчемные жизни больше всего на свете? И мечтают только вернуться в орду, чтобы спрятать свои испуганные морды под юбками любимым баб?
Ларрион резко вскинул зелёную голову. Солнечный свет блеснул на его отполированном до зеркального блеска шлеме.
- Мы не трусы, - медленно проговорил он с вызовом, буравя твёрдым взглядом большого вождя.
- И нет у нас юбок, к которым мы спешим больше, чем на битву, - немного невпопад добавил Чоко.
Тавлар какое-то время изучал решительные и суровые лица своих конунгов, а затем усмехнулся, тоже продемонстрировав свои огромные клыки.
- Тогда скачите к своим бандам и добудьте мне победу, - он выпростал вперёд лапу и указал пальцем с длинным жёлтым ногтем в сторону фронта имперцев.
* * * * *
Шаман Умурар из Клана Мутной Воды был сегодня «в ударе». Это был его первый в жизни бой против людей, и он готовился к нему, как к последнему. Его собрат и одновременно конкурент, Ял из проклятых, уже бывал в деле и даже заслужил лестную оценку самого Тавлара. И потому Умурар старался изо всех сил.
Он смог сотворить два сильных заклинания подряд, наложив их на конные банды своего клана.
Это приободрило всадников в рогатых шлемах и вселило надежду в вождя клана, Чоки «Болото».
Конные банды снова ринулись через ручей. Головорезы Шими из Опосара атаковали пикинёров Ур-Тагарского полка, а отряд Миртли попытался «сбить» конных лучников из Хиризана с позиции.
Четвёртая атака на Ур-Тагарский полк была проведена в половине восьмого. Истерзанное и помятое каре и в этот раз выстояло, заставив улюлюкающую пёструю банду, откатиться за ручей и вот теперь-то барон Сим радовался по-настоящему.
Когда орки вновь отхлынули к своим, командующий имперскими силами не смог сдержать вздох облегчения и искренняя, мальчишечья улыбка осветила его лицо.
Про Кристофа и говорить было нечего. Он ёрзал в седле адъютанта и хлопал в ладоши.
Все на командирском холме были в очень приподнятом настроении. Многие из свиты барона поздравляли друг друга, пожимая друг другу руки и хлопая по плечам и спинам. Некоторые на радостях даже обнимались.
Потрёпанная банда Шими из Опосара, атаковавшая каре Ур-Тагарского полка, отошла за ручей и вновь развернулась лицом к людям с явным намерением собраться и опять атаковать врага.
Но здесь решительное слово сказали арбалетчики из полка кронпринца Хала. Пока люди бурно выражали свою радость от очередной маленькой, но всё же победы, командир подразделения, внучатый дядя старшего сына барона, Мирим Отокар, тридцати семилетний уроженец столицы, приказал своим парням прицельно бить по конной банде.
Не прошло и пяти минут, а орки уже показали «ноги». Банда была окончательно разгромлена и отброшена вглубь орочьих позиций.
Барон Сим, расчувствовавшийся и раскрасневшийся, обнял дальнего родственника и прямо на поле боя наградил его великолепным мечом, который минуту назад снял со своего пояса.
* * * * *
Орки выдохлись. Это было очевидно. Тавлар стоял на холме и гневно осматривал свою линию войск. Он понимал, как никто другой, что этот бой почти проигран. Нужно будет приложить массу неимоверных усилий, чтобы изменить расклад в свою сторону. А он, являясь не только истинным воином, но и дальновидным политиком, понимал, что это не приемлемо сейчас ни в коем случае.
Его позиции в Орде довольно сильны, и он смог объединить орков из большинства кланов под своим началом. Если он вернётся в орду побитый, но не сломленный с крепкими и боеспособными бандами, он сможет отстоять своё право на главенствующую роль. Ежели он вернётся с кучкой выживших орков, то уже никогда не сможет быть главой великой орды.
А в победу сегодня он не верил. Точнее чувствовал, что сегодня и здесь, воинское счастье и воинское солнце было и будет на стороне людишек.
«Лучше вовремя отступить и признав поражение, спасти основную часть армии, чем упорно бросать вперёд банды и обескровить себя в бесполезных атаках» - заключил он про себя и отправил ординарцев к двум вождям кланов, что вели сейчас бой.
У него ещё будет возможность поквитаться с Империей. Если не сегодня, то завтра, если не в этот раз, то в другой.
* * * * *
Но упрямые вожди кланов сделали по-своему. Они были сильными воинами и неплохими лидерами, но совсем ничего не понимали в стратегии. И потому, и Ларрион, и Чоки «Болото» снова и снова гнали свои конные банды вперёд, пытаясь горохом пробить каменную стену.
Проигнорировав прямой приказ главнокомандующего, вожди получили на свои головы несмываемый позор – ослабленные предыдущими атаками банды Шими из Опосара и Миши «Скакуна» были атакованы лёгкими лучниками из Хиризана и Даар-Мора. Банды были разбиты и отброшены назад с большими потерями.
Оба вождя явились к Тавлару и выглядели хуже побитых собак. Цвет их кланов, сильные конные банды были почти уничтожены конными лучниками людей – неслыханный позор!
Большой вождь дал волю накопившейся злости и ярости – его могучий кулак въехал в правую скулу Ларриона, круша тому зубы и разрывая дёсны. Чоко досталось ещё больше – его нос и так уже сломанный не менее полдюжины раз, вновь хрустнул, и густая тёмно-зелёная кровь залила блестящий нагрудник конунга.
- Вы идиоты! Самые настоящие имбицилы! Не зря матери отказались от вас при рождении! – бушевал Тавлар, - Что было не ясно в моём последнем приказе?
Большой вождь вновь замахнулся и оба вождя поменьше вжали головы в плечи. Кровь из разбитого носа Чоко продолжала течь, заливая подбородок и куртку.
— Вот вернёмся в орду, я вам устрою! Будете турье дерьмо собирать до скончания веков. Дубаки, будь вы не ладны, - гнев Тавлара пошёл на спад, - Прочь с глаз моих. Пошли прочь.
Вожди стали шевелиться, пытаясь развернуться и не показать вождю спины.
- Готовьте свои банды, мы … - «Чужак» поперхнулся, так ему было ненавистно это слово, которое он не мог заставить себя произнести «отступаем», - мы возвращаемся обратно в степь. Попируем на разорённых землях империи в другой раз.
Тавлар жутко улыбнулся, и ужас сковал чресла провинившихся юртчи.
- Да, и ещё, - оскал большого вождя стал более зловещим, - командиры конных банд, разбитых этими жалкими лучниками на полудохлых лошадках, по возвращении в орду будут казнены. Прилюдно. Устроим представление в духе старой орочьей школы пыток.
Вожди нехотя закивали.
- Пошли вон отсюда, - Тавлар махнул огромной лапищей и тех, как ветром сдуло.
Как только вожди убрались к своим кланам, лицо «Чужака» вновь стало суровым.
«Чёрт побери, не ожидал я, что ты сможешь мне противостоять барон Сим, не ожидал» - подумал Тавлар, стараясь рассмотреть, что происходит на командирском холме людей. Но расстояние было слишком большим и даже острое зрение главного вождя орды позволяло различать лишь какие-то размытые пятна.
- Я знаю, ты там и тоже смотришь на меня, ублюдок, - прошипел Тавлар, - ты теперь мой личный враг, считай, что «кровник».
- Большой Босс что-то сказал? – рядом, словно из-под земли, вырос личный ординарец вождя со смешным именем «Пенёк».
- Проследи, чтобы эти бестолочи, вожди кланов, в этот раз всё сделали как надо. Мы возвращаемся в степь, в Орду.
Ординарец козырнул зеленокожей лапой и умчался вниз, нещадно пыля и разбрасывая мелкие камни.
Тавлар поморщился и сплюнул густой комок на землю.
- Я ещё вернусь, упрямый старик. Вернусь и сделаю из твоего черепа большую кружку для питья браги, - он улыбнулся, щерясь большими жёлтыми клыками и представляя вместо человеческой головы блестящий, отполированный кубок. Тавлар знал, что его воображение богаче, чем у любого орка в орде, даже шаманов.
- Да, вернусь, - повторил Тавлар еле слышно, - и очень скоро…
Странно, но старания шаманов обоих кланов сегодня были напрасны. Армия орков отступала. Ял выдохся как никогда до этого. Впрочем, и бой-то это был лишь вторым в его жизни, где он мог применить знания, накопленные за десятилетия упорного труда по изучению таинств варварской магии великого народа зеленокожих.
Небо над ним, как и над другим шаманом, Умураром из Тотема Алой крови, перестало пульсировать. Гул прекратился, уступая место звенящей тишине. Пространство вокруг и над шаманом больше «не дышало». Мир вновь стал обыкновенным.
Жаль, в этот раз не удалось сразиться с людским магом, имперцы доверились крепости своих рук и остроте своих мечей. Магии на их стороне сегодня не было. А вот победа… Победа была.
Ял видел, как отступают, словно побитые собаки, банды его родного клана. Да и второй клан, принявший участия в этой битве, пострадал не меньше, если не больше. Вот они чуть вдали бредут на восток, низко понурив головы.
Дружбы между шаманами в орде не было и не могло быть, лишь постоянная конкуренция, обусловленная «духом смертельного соперничества». Но Ялу было … жаль Умурара. Тот тоже сделал свою работу хорошо. Может быть благодаря его усилиям не весь Клан Мутной Воды побежал с поля боя, а только конные банды.
Ял из проклятых не весело усмехнулся и, спрятав свой бубен в чехол из человечьей кожи, закинул его за спину. Ему тоже пора было выступать в дорогу.
* * * * *
Кристоф никак не мог остановиться. Он довольно резво спрыгнул с лошади, на которой просидел целый час. Ноги его затекли и плохо слушались, но всё же мальчуган пустился в пляс без всякого приказа.
Ему, как мальчишке, было пока чужда «взрослая» стыдливость и умение скрывать свои чувства за маской лёгкой отрешённости. Кристоф вовсю радовался победе. Некоторые из взрослых тоже не стеснялись выражать свои чувства, но их было не много. Барон же и его адъютанты были молчаливы и всё ещё напряжены. Но всё равно суровые их лица так же не миновали улыбки. Даже барон Сим слегка изогнул губы, но вот глаза его, как заметил сирота, сияли.
Армия людей простояла на поле битвы у Старого моста до самого вечера. Так было и после первого боя, что произошёл почти тут же более двух саров (ороч., месяц) назад.
Кристоф видел, как снимаются и уходят обратно в степь орочьи банды. Имперцы из пикинёрских полков и из «гостевых» стрелковых, провожали их радостным улюлюканьем.
Мальчик бы с удовольствием прибавил свой заливной свист к общему сонму, но понимал, что он не в рядах солдат, а на командирском холме и здесь такие вещи не приветствуются. Хватит того, что он выплясывал как сумасшедший и едва смог остановиться.
Солнце стало клониться к закату, окрашивая пурпурным багрянцем небосвод на западе. Кристоф вдруг осознал, что целый день ничего не ел. Голод тугой петлёй тут же стянул ему живот и мальчик поморщился.
Это не укрылось от внимательного взора барона.
- Ээ… Кристоф, беги в город, разузнай как там дела у Хала. И заодно пообедаешь.
Мальчик с благодарностью кивнув, припустил вниз с холма со всей возможной в его состоянии скоростью.
До города он добрался где-то за полчаса, всего пару раз останавливаясь на короткие привалы. Солнце, огромное и красное, уже спрятало свой подол в дрожавшем мареве на невидимой границе с малой Лирой. Кристоф очень хотел есть, но ещё больше он хотел пить.
К Халу сироту не пустили, как он не старался, настойчиво добиваясь, чтобы дали ему пройти и сетуя на то, что его направил сюда сам барон. Ногромкий и возмущённый голос друга, расслышал младший сын барона, Кон. Он вышел на крыльцо дома, в котором лежал кронпринц и посмотрел на сироту. Лицо его было осунувшееся и хмурое.
Завидев приятеля, Кристоф ринулся к нему, ловко проскочив у одного стражника между ног.
- Кон, Кон, мы победили! Представляешь, победили!
- Хорошо, - чуть виноватая улыбка исказила чувственные губы второго сына барона.
- Ээ… Как Хал? – спросил вдруг опешивший мальчишка.
- Он бредит. Рана на бедре глубокая и уже воспалилась.
Кристоф молчал, не зная, что сказать. Он не умел утешать и поддерживать даже близких и друзей, и от этого чувствовал неловкость.
- Он выкарабкается. Он сильный, — мальчик произнёс две короткие фразы, приложив для этого не мало усилий.
Кон коротко кивнул в ответ.
Они стояли какое-то время друг напротив друга, и каждый молчал о своём. Кристоф после эйфории победы вдруг вспомнил про свою далёкую любовь и загрустил. Ему вдруг захотелось оказаться рядом с ней, перенесясь в её покои в тоже мгновение.
- Когда мы поедем на север? – робко спросил он, обращаясь к своему старшему товарищу.
- Не знаю, - Кон пожал узкими плечами, - но хотелось бы побыстрее, я соскучился по О Гиль.
- Ага, - обрадовался сирота, радуясь от того, что не только его тянет в горное баронство, - я тоже…
Вдруг он смутился и забормотал.
- Но в смысле нет… не по … Я имел ввиду, что тоже соскучился, но по…
Кон не дал ему договорить.
- Я знаю. По Аямэ.
И оба друга искренне рассмеялись.
Смех их был звонкий и чистый, как всегда, бывает у мальчишек, ещё не вступивших во взрослую жизнь.
- Ты не знаешь, сколько мы потеряли солдат? – вдруг спросил Кон, вновь став серьёзным.
- Не знаю, - пожал плечами Кристоф, - но уверен, что зеленомордые в десятки раз больше.
Тут мальчик вспомнил, что умирает с голоду и напрямую спросил про еду у друга.
Кон кивнул головой, приглашая товарища войти в дом.
Быстро насытившись, Кристоф задремал прямо на лавке, привалившись спиной к небелёной стене.
Ему снилась Аямэ. Она стояла в нескольких шагах от Кристофа и улыбалась. На голове у неё лежал сплетённый из свежесобранных эдельвейсов венок, и она улыбалась Кристофу самой восхитительной в мире улыбкой.
* * * * *
Потери людей и правда были не велики: семьдесят три убитых солдата, в основном из пикинёрских полков Ур-Тагара и Шиигара. Более двух сотен раненых и пропавших без вести.
Как предполагал барон Сим, несколько человек попали в плен и участи их он не завидовал.
Его старший сын был тяжело ранен, а кронпринца из соседнего баронства ранили не критично, в плечо по касательной. Победа, как ни странно, досталась людям относительно легко. Возможно, дело было в применённой им тактике, а может так сегодня сошлись звёзды, барон не знал. Его сейчас занимал куда более важный вопрос – когда зеленокожие вернуться снова.
Как предполагал правитель Ус, Шиира, сегодня орками командовал сам Тавлар «Чужак», или кто-то из его приближённых. Но насколько барон изучил древние манускрипты, у зеленомордых не принято было доверять свои жизни назначенному командиру. А значит это был либо какой-то старший вождь клана, либо сам Тавлар, легендарная личность среди орков, сумевший объединить кланы Орды в один сплочённый и мощный кулак.
Размышления барона Сима прервал вернувшийся с поля боя адъютант.
- Милорд, на нашей стороне мы обнаружили двести тридцать три тела и ещё девяносто восемь за Сухим ручьём.
Барон кивнул.
- Пленные?
- Ни одного милорд, как вы и велели.
Правитель Ус, Шиира вновь кивнул.
«Мы здорово потрепали их брата сегодня. И Тавлар этого не забудет. Считай, я нанёс ему личное оскорбление» - размышления имперского вассала оказались пророческими. Большой вождь и правда, не забыл обиды, нанесённой ему в начале осени, году в сотом от создания Империи, у Старого моста.
Целую неделю в княжестве длились празднества. Вино и медовуха лились рекой. Незнакомые люди обнимались и братались прямо на улицах. Молоденькие девушки, завидев мужчину или юношу в доспехах или кольчуге, тут же кидались его обнимать и целовать. И так было по всему баронству.
Победные реляции были отправлены с нарочными в столицу империи, Миргард. Аромат жизни и радости витал в воздухе, забираясь даже в самые тёмные и узкие переулки, не взирая на наступающую осеннюю распутицу.
Кристоф тоже радовался как мог. Большую часть времени он проводил в компании нового друга, младшего сына барона Сима, Кона и сироте тоже досталась часть похвалы и искренних слов благодарности, которые изливались на Кона и всё его семейство постоянно.
Когда же Кон был занят, находясь у кровати раненного брата, которого с величайшей осторожностью перевезли в Ус, Шиир, мальчик шлялся по столице, сметливым своим взглядом изучая и запоминая всё что его глаз могло заинтересовать. Он так же попивал квас – ха, кто же мог отказать другу младшего сына барона, несмотря на то, что мальцу было совсем мало лет. Но хмельной напиток не кружил голову Кристофу, да и другие привязанности и пороки, как-то чревоугодие или табакокурение, не вызывали у мальчишки особого интереса.
Его сердце сейчас было далеко – в высоких горах, где орлы и беркуты парят на уровне с тобой, а острые пики скал протыкают облака, словно табачный дым искусный курильщик.
Он считал дни, когда вместе с Коном и кронпринцем Хо Жанем отправиться в баронство Ми Су Сэй.
Но барон Сим решил по-своему. Он отправил канцлера, Кона и с ним в качестве помощника и личного адъютанта, Кристофа, в графство Искан, что лежало от княжества Ус, Шиир на юго-запад на границе с Белыми песками пустыни Малой Лиры.
Изначально барон хотел отправить туда старшего своего сына, Хала. Ведь именно ему отказал в помощи граф Тахир. Но кронпринц был тяжело ранен и потому не мог выполнить эту миссию.
Отобрав и бережно уложив десять самых крупных и самых свирепых голов орков, отделённых от тел по приказу барона, на девятый день после победы у Старого моста, караван отправился в путь.
Задача у советника Архасата была не простая – нужно было преподнести своеобразный подарок графу, тем самым показать, что баронство Ус, Шиир справилось и без помощи южан, и что с бароном лучше дружить, и в тоже время ни в коем случае не обидеть мстительного вельможу.
Грустный Кристоф, с ног до головы закутанный в просторный бурнус, ехал на крепком пони кауровой масти рядом с каретой младшего сына барона. Ему совсем не хотелось ехать на юг, он так жаждал встречи со своей возлюбленной Аямэ, но ослушаться приказа милорда он не мог.
Накануне вечером он с грустью провожал кронпринца Хо Женя и его отважные полки лучников и мечников на север к Длинному перевалу. В отличие от Кона, он ничего не передал на словах своей любимой, и всего лишь как мог крепче пожал руку кронпринцу.
Сейчас же мальчик с тоской взирал на юго-запад, туда, где среди вечных песков и редких оазисов их ждал сказочный и коварный Искан.
Но это уже совсем другая история…