Российские компании тратят до 15% ИТ-бюджета не на инновации, а на поддержку хаотичных интеграций между устаревшими и новыми системами. Почему именно совместимость ИТ-ландшафта становится ключевым барьером цифровизации и как интеграционные платформы помогают превратить «интеграционный долг» в управляемую архитектуру — разбирается IT-World.
По данным локальных и международных исследований, российские компании выделяют до 15% своего годового ИТ-бюджета на поддержку интеграций между устаревшими и новыми системами. Действительно, сегодня цифровые проекты сталкиваются с трудностями не из-за недостатка разработок, а в связи с отсутствием эффективного взаимодействия между системами: различные приложения и сервисы не могут полноценно обмениваться данными. По мнению Андрея Богданова, генерального директора компании Bercut (ПАО «Ростелеком»), вопрос совместимости становится стратегически важным для российских компаний.
Проблемы текущих цифровых проектов
Эксперты ИТ-рынка в России сходятся во мнении, что в текущих условиях ключевой задачей для крупных заказчиков является обеспечение устойчивой совместимости старых и новых систем.
Сегодня важно не просто соединить два сервиса, а создать архитектуру, которая позволит развивать бизнес независимо от технологий — будь то устаревшие, современные или те, которые появятся в будущем.
Когда зоопарк превращается в лабиринт
Этот подход отвечает на основной вызов для бизнеса — необходимость одновременно работать с разнообразными ИТ-системами. В корпоративной среде сосуществуют продукты SAP, 1С, отечественные ИТ-решения, open-source инструменты, облачные сервисы и множество систем, разработанных более 10 лет назад. Каждое новое приложение интегрируется в эту среду через набор инструментов, которые часто создаются под конкретные проекты. Со временем накапливается множество отдельных интеграций, каждая из которых требует поддержки. То, что изначально успешно обслуживалось внутренней командой разработчиков, начинает выходить из-под контроля, отнимая ресурсы и бюджет. В итоге значительная часть ресурсов уходит на поддержку инфраструктуры, которая формируется стихийно.
Интеграционный долг и платформенная модель
Сложившаяся ситуация приводит появлению интеграционного долга компании — накопленных технических связок, которые требуют ресурсов и усложняют запуск новых сервисов. Для внедрения нового сервиса нужно не только написать код, но и интегрировать его со всеми зависимыми системами. В некоторых отраслях это может привести к задержкам на месяцы: новые функции в банковских сервисах или телеком-платформах могут выходить позже запланированного срока, а в промышленности интеграционные ошибки могут негативно сказаться на операционных процессах.
Многие компании стремятся избавиться от разрозненных интеграций и переходят к платформенной модели: обмен данными осуществляется через единый хаб, который устанавливает общие правила, контролирует изменения и упрощает расширение системы. Такой подход позволяет централизовать обмен данными, отслеживать изменения, управлять нагрузкой и подключать новые сервисы без необходимости перестройки существующих связей. Для бизнеса это означает сокращение сроков запуска продуктов, предсказуемость архитектуры и меньшее количество ошибок при изменении инфраструктуры.
Примером служат российские гибридные интеграционные платформы, или HIP, которые используют событийную модель, управление API и инструменты для работы с данными. Они объединяют системы, созданные на различных технологиях, в единую структуру и постепенно заменяют хаотичные точечные интеграции более прозрачной архитектурой. В результате типовые интеграции внедряются быстрее — за недели вместо месяцев, а затраты на разработку значительно снижаются. Такие решения особенно востребованы в секторах, где сосуществуют старые и новые технологии: в банковской сфере, промышленности и телекоммуникациях. Эти решения становятся важным элементом цифровой трансформации.
Архитектура HIP. Модульность вместо монолита
Ключевое отличие современных гибридных интеграционных платформ — модульная архитектура. В этом случае компания не берет готовый монолитный «черный ящик», а выбирает компоненты в зависимости от задач.
Например, Event Mesh используется для асинхронных интеграций в реальном времени между сервисами и доменами, что критично для промышленности, где данные с датчиков должны поступать тысячами в секунду.
Продукт Datamapper, в свою очередь, выступает в качестве инструмента для преобразования данных между разными форматами. Он освобождает от необходимости писать код для каждого маппинга.
Выбираем между монолитом и микросервисами
Многим знакомая ESB, или корпоративная шина данных, предназначена для синхронной интеграции legacy-систем и оркестрации процессов. Без ESB не обойтись, если у компании есть старые монолиты.
В состав гибридных интеграционных платформ также могут входить такие компоненты, как ETL Kit — для пакетной обработки больших объемов данных и регламентных загрузок, API Manager — для управления API, или, например, Artificial Data Fabric — как слой подготовки данных для аналитики и ML/AI, объединяющий разные хранилища данных (DWH, data lakes, операционные БД) и предоставляющий согласованные датасеты.
В России рынок интеграционных платформ еще формируется и пока нет явного лидера, как было с IBM или Oracle в прошлом. Компании выбирают решение исходя из вертикальной экспертизы вендора и отраслевых потребностей: банки предпочитают решения с опытом в финансовых системах и комплаенс, телеком — платформы с опытом работы с OSS/BSS архитектурами, промышленность — решения, которые понимают специфику управления производством и могут работать на edge-устройствах.
«Дьявол» кроется в подходе
Таким образом большинство проблем российских компаний связано не с системами, а с неправильным подходом к их развитию. Многие крупные компании имеют собственные подразделения разработчиков, которые в спешке создают интеграции. Под давлением бизнес-заказчиков, требующих быстрого результата, разработчики вынуждены делать интеграции оперативно — за несколько недель, не имея времени и ресурсов для планирования поддержки и развития этих решений в будущем.
В типичной крупной корпорации существует 300–500 point-to-point интеграций, работающих в разных технологиях, поддерживаемых разными командами, документированных по-разному. Всё это скорее напоминает джунгли, чем систему. Мировые аналитические агентства выяснили, что такая архитектура становится главным препятствием для масштабирования инноваций и является одной из основных причин задержки цифровой трансформации в 70% корпораций.
Проблему нельзя решить увеличением штата. Нужна архитектурная перестройка — переход от интеграций «точка-к-точке» к централизованной платформе управления интеграциями.
Для российских компаний, в условиях импортозамещения и растущих требований к локализации ИТ-инфраструктуры, архитектура интеграций становится не просто технической, но стратегической необходимостью. Платформа, которая позволяет быстро менять инфраструктуру, сохранять контроль над данными и работать везде — облако, on-premise, edge.