Мария всегда думала, что знает себя.
Её жизнь была простой, как линия горизонта: дом, работа, дорога к колодцу, редкие разговоры по вечерам. Она не жаловалась и не мечтала громко. В Хотунке это считалось почти счастьем — когда душа не рвётся, а дни не требуют объяснений.
Она любила тишину.
Не пустую — живую. Ту, в которой слышно, как ветер шевелит траву, как скрипит калитка у соседей, как собственные мысли идут рядом, не обгоняя.
С Ваней эта тишина была естественной.
Он никогда не смотрел на неё так, будто хотел взять. Его взгляд был ровным, тёплым, принимающим. Рядом с ним Мария не думала о том, как выглядит, как стоит, как говорит. Она просто была. И в этом «просто» было много покоя.
Но теперь в её мыслях поселилось другое чувство.
Притяжение.
Она не сразу поняла, что это оно. Сначала это было лишь лёгкое беспокойство — словно в привычный порядок кто-то аккуратно сдвинул предмет. Всё осталось на месте, но уже не так, как раньше.
Этьен.
Она не знала его имени в первый день, но запомнила взгляд. Он смотрел не так, как деревенские мужчины. Не оценивающе и не украдкой. Его взгляд был внимательным, словно он хотел понять, а не завладеть.
Это пугало.
Мария ловила себя на том, что думает о нём без причины. Не о словах — он почти не говорил с ней. Не о внешности — она видела красивых мужчин и раньше. Она думала о возможности. О том, что за его спиной есть мир, в который она никогда не заглядывала.
И от этого становилось стыдно.
«Мне ведь хорошо здесь», — убеждала она себя, стоя у окна.
Хорошо — да. Но спокойно ли?
Она вспоминала Ваню: его молчание, его руки, его честность. Он был как дом — надёжный, знакомый, тёплый. Но разве дом — это всё, чего можно хотеть?
Этот вопрос она раньше себе не задавала.
Мария боялась не выбора — она боялась себя новой. Той, которая может захотеть большего. Потому что большее всегда требует платы.
Она видела, как женщины уезжали из деревни и возвращались другими — с усталостью в глазах, с историями, которые не рассказывали до конца. И она всегда думала: это не для меня.
Но теперь кто-то будто тихо постучал изнутри.
Иногда ей казалось, что Этьен видит в ней не деревенскую девушку, а женщину, которой ещё предстоит стать. Это льстило. И злило. Потому что она не просила, чтобы её видели иначе.
С Ваней всё было ясно.
С Этьеном — ничего.
Илия Данте однажды посмотрел на неё так, будто знал её мысли. Мария поймала этот взгляд и отвернулась. Старик понял слишком много — а она ещё не была готова признаться даже себе.
Ночью она долго лежала без сна, слушая, как за стеной дышит дом. Она думала:
Если я останусь — буду ли я жалеть?
Если уйду — смогу ли вернуться прежней?
Ответов не было.
Было только чувство, что её жизнь стоит на пороге. И за этим порогом — не обязательно счастье, но точно перемена.
А перемены Мария боялась больше всего.
Под утро она наконец уснула с одной мыслью, простой и честной:
Я ещё ничего не решила.
И этого, на сегодня, было достаточно.
Подписывайся на канал 🍀 если рассказ понравился ставь лайк 👍