Самая печальная пора года - конец ноября-начало декабря - уже давно прошла.
Почему самая печальная - ну потому, что вся листва давно с деревьев опала, деревья стоят какие-то голые, безжизненные, серые, а вот зима еще не наступила - снега нет, на улице или дождь, или туман, или пасмурно и сыро.
Солнышка не видно из-за постоянных туч. Вокруг все мокро, тоскливо и безрадостно… Ну по крайней мере для меня.
Единственный проблеск в этой мрачности - день рождения моей Мамы. 26 ноября.
В этот день мы всей семьей, а это я, сестра, брат, Папа и Мама встретились у моих родителей, отпраздновали и опять разлетелись по своим домам. Я задержался у родителей на целых три недели - надеялся, что пересижу у родных эту самую грустную пору года, и прилетел домой аж к середине декабря, надеясь, что зима уже наступит и выпадет снег....
Но я сильно ошибался: прошел уже давно Новый год, прошло Рождество, а на улице все тот же мрак - нулевая температура, ежедневный дождь, слякоть, солнце лишь иногда, на пару часов в неделю выглядывает из-за туч, кругом сыро, безрадостно и серо....Настроение тоже на нуле.
Ну почему у меня настроение зависит напрямую от погоды? Вот когда солнышко - тогда и работа в радость, и жить как-то хочется, на душе весело и беззаботно, хочется горы свернуть...А вот когда на улице похожая бяка - из квартиры и выходить не хочется, настроение сонное какое-то, ничего не хочется ни делать, ни куда-то идти....
Мой распорядок дня превратился в рутину - проснулся, просидел за ноутом целый день, читая новости, и опять уснул. Камин не выключаю даже ночью - во-первых - холодно без него, а во-вторых - живой огонь хоть как-то добавляет красок в ежедневную серость.
Чтобы как-то разнообразить дни, я стал спускаться в кафе, что находится в моем доме на первом этаже, на завтрак, обед и ужин.
Кафе было чудесное, самобытное - достаточно большое, но разделенное на удобные кабинки для 2-х, 4-х, шести и более человек.
Каждая компания могла найти для себя подходящую кабинку, и не мешать другим. Мебель была деревянная или плетенная, в стиле 19 века. Да и все кафе было в старом стиле, а не в модном постмодерне. Свет был слегка приглушен, а музыка играла всегда мелодичная, чаще в стиле рок-баллад.
Это очень импонировало мне. Мне тут нравилось. Кафе как-бы поддерживало весь стиль нашего дома, который был построен в начале 19 века. Тут было уютно как дома. А самое главное - тут варили великолепный кофе, а кухня могла приготовить практически все - от домашнего борща, до отбивной из крокодила. И все это было изумительно вкусно. Я даже специально познакомился с баристой и поваром, чтобы поблагодарить их за их труд.
А еще тут продавались 12 видов крафтового пива - что немаловажно для кафе, и бесподобный крафтовый коньяк.
Директор держал в тайне, где он его закупает. Да ,с директором и владельцем кафе, Никитой Александровичем, я был тоже знаком, но не по моей уже инициативе, а он сам как-то подошел к моему столику и познакомился. Оказалось, что он подписчик моего канала, и с удовольствием смотрит мои блоги..
После этого знакомства, у меня появилась 20% скидка на всё! А это вдвойне подталкивало меня выходить из дома и посещать кафе. И если сначала я только завтракал тут или ужинал, то есть посещал кафе лишь раз в день, то теперь я был постоянным гостем и на завтрак, и на обед, и даже ужин.
Мало того - у меня даже было "своё место" -в глубине кафе, у окна, которое было в торце дома, прям под моей квартирой, и я мог одновременно наблюдать как за набережной, так и за тротуаром и дорогой.
Никита Александрович даже откуда-то достал угловой дубовый столик, и теперь я одновременно мог работать за ноутбуком и пить кофе, или даже завтракать и обедать. Как-то я заметил, что в кафе стал проводить времени больше, чем дома...
Вот и сегодня, я сидел в кафе, пил кофе, читал и отвечал на комментарии моих зрителей под своими видео. Занятие необходимое - так я ближе узнаю своих подписчиков, а они, видя обратную связь, понимают, что я уважаю их и отвечаю на их вопросы.
Я сидел в своем уголке, медленно пил кофе и смотрел на реку, пока бариста не включила мягкий свет над стойкой — знак, что вечер вступил в свои права.
Я взглянул на часы — почти девять. Засиделся я, однако. Весь день тут, с 9 утра нахожусь.. Уже собрался уходить, когда телефон на столе коротко завибрировал.
Номер знакомый — Никита Александрович - владелец кафе.
— Алло, Данила? Добрый вечер. Ты, как я понимаю, снова у нас? — в трубке прозвучал спокойный, бархатистый голос.
— Да, как обычно.
— Хорошо. Я сейчас подъеду. Нужно поговорить.
— Поговорить? Сейчас?
— Да. Лучше сейчас. Это… касается кафе.
Связь оборвалась. Я несколько секунд сидел неподвижно, глядя на тёмный экран телефона, обдумывая разговор.
Внутри что-то неприятно шевельнулось. Вот нутром чувствовал, что он не просто так позвонил...
Я уже давно замечал странность — раз в месяц «Набережное» внезапно закрывалось. Табличка «На санитарной обработке», окна задёрнуты, свет не горит. Через четыре, максимум пять дней, кафе снова открывалось, будто ничего и не было.
Но персонал об этом молчал, сколько бы я не спрашивал, что случилось. После закрытия всегда менялись официанты - неизменными и незаменимыми были только бариста Олечка и повар от Бога, Евгений или Женя, как он просил себя называть, но называть семидесятилетнего человека Женей, у меня язык не поворачивался, а так как отчество свое он мне, так и не сказал, я называл его просто Евгений...
А директор и по совместительству владелец кафе - Никита Александрович — всегда приветливый, сдержанный мужчина лет сорока, — лишь отмахивался: «Мелкие технические проблемы».
Теперь же, похоже, он сам решил заговорить. Ну что ж …. Даже интересно....
Через пару минут дверь тихо скрипнула, и Никита Александрович вошёл в зал. В пальто, с шапкой в руках, лицо усталое, глаза напряжённые. Он обвёл взглядом помещение, увидел меня и подошёл к столику.
— Можно? — спросил он тихо.
— Конечно, садитесь. Что случилось?
Никита Александрович сел напротив, поставил перед собой чашку чая, потом посмотрел на меня так, будто выбирал слова.
— Я знаю, чем ты занимаешься, Данила. Я читаю твой блог. Ты ведь о странных делах, да? О необъяснимом?
Я кивнул, чуть удивлённо, не понимая, к чему он клонит...
— Да, бывает. Почему спрашиваете?
Хозяин кафе вздохнул, опустил взгляд.
Пальцы его дрогнули, будто он собирался что-то сказать, но не решался.
— Потому что у нас… — он помедлил, поднял глаза и закончил негромко:
— …происходит что-то, что я не могу объяснить.
Никита Александрович медленно провёл рукой по каёмке чашки, будто собирался с мыслями.
— Знаешь, — начал он наконец, — я не из тех, кто верит в привидения, сглазы и прочие… чудеса. Но то, что происходит у нас в «Набережном», я иначе объяснить не могу.
Он поднял на меня глаза — усталые, с красноватыми прожилками - взгляд прямой, честный.
— Всё началось примерно полгода назад. Обычная ночь. Кафе закрыто, на сигнализации. Утром — звонит мне взволнованная Оля- бариста : говорит, что в зале всё перевёрнуто. Столы, стулья, посуда — всё в хаосе, как будто там драка была. На полу — лужи чего-то тёмно-красного. Пахнет железом. Мы подумали, что кровь. Вызвали полицию.
— И что? — шепотом спросил я
— Ничего., - развел руками директор, - Следов взлома нет. Камеры — мёртвые. Все до одной. Система наблюдения зафиксировала только то, как в три часа ночи погас свет, сигнализация отключилась, и всё. Дальше — тишина.
Он отхлебнул чай, но руки у него заметно дрожали.
— Я тогда подумал, что, может, кто-то из сотрудников устроил розыгрыш. Уволил пару человек, поставил новые камеры, сделал резервное питание. Но через месяц — всё повторилось. День в день. Опять ночь, опять темнота, и утром — тот же кошмар.
— И кровь? — уточнил я.
— Да, — коротко ответил Никита. — На полу, на стенах, даже на барной стойке. Запах… — он поморщился. — Мы неделю отмывали.
Я молчал, слушая. В голове мелькали знакомые образы — сбои электросети, акустические эффекты, самовозгорание проводки, но ни одно из объяснений не подходило.
— Вы говорили, камеры стояли. И ни одной записи?
— Я поставил шесть. Три внутри, три снаружи. Все вырубились ровно в одну и ту же секунду. А самое странное — это звук. Перед тем как выключается свет, микрофоны фиксируют короткий, будто бы низкий гул. Не человеческий.
- Почему нечеловеческий ? - быстро спросил я.
Он пожал плечами и наклонился ближе.
— Я слушал. Он как будто идёт снизу. Из подвала.
Я поднял брови:
— У вас есть подвал?
— Конечно. Старый, ещё дореволюционный. Я там храню бочки с коньяком, кое-что из инвентаря. Но после второго случая я туда спускаться перестал. Знаешь почему? — Никита усмехнулся, но в его улыбке не было радости. — Там… кто-то дышит.
Наступила тишина. Из-за окна доносился гул машин, где-то хлопнула дверь. Я почувствовал, как мурашки прошли по спине.
— Никита Александрович, — произнёс я после паузы, — вы хотите, чтобы я… посмотрел?
— Не просто посмотрел, — ответил тот. — Хочу, чтобы ты разобрался. Я заплачу, если нужно. Но я должен понять, что это. Если это кто-то из людей — я найду его. Если нет… — он тяжело вздохнул. — Тогда, может, ты хотя бы объяснишь, с чем мы столкнулись.
Я автоматически кивнул:
— Ладно. Я возьму аппаратуру, посмотрю записи, спущусь в подвал. Когда у вас следующее закрытие по графику?
Никита долго смотрел в чашку, потом поднял глаза.
— По странной закономерности — каждое первое воскресенье месяца. Сегодня среда. Значит, через три дня.
Он помолчал и добавил, почти шёпотом:
— Данила, если ты всё же решишься… будь осторожен. В прошлый раз после этого — у нас пропал кот, который жил у кухни.
Я тихо усмехнулся - кот пропал. коты - они сами по себе, сегодня тут - а завтра там.
И все-таки, я просто нутром чувствовал, что тут что-то не так, есть какая-то тайна, а если есть тайна - ее нужно расследовать. А это значит - наконец-то появилось настоящее дело! Как же я его ждал!
В груди начал разгораться огонь предвкушения...
Я молчал, переваривая услышанное. В голове уже выстраивались планы, что и как проверить, куда поставить датчики, с чего начать. Но в голосе Никиты Александровича вдруг появилась новая, тяжёлая нотка.
— Данила, — сказал он негромко, — я ведь не просто так тебя позвал.
Он отставил чашку, сцепил пальцы, посмотрел прямо.
— Если это снова случится — если мы опять всё разгребаем, снова тратим деньги, силы, нервы… я закрою кафе. Навсегда.
Я нахмурился, вот это поворот...
— Серьёзно? Но ведь оно у вас уже лет десять.
— Девять, — поправил Никита. — И всё это время оно было моей гордостью. А теперь — как будто проклятие. Каждый месяц одно и то же. Страховки не покрывают, полиция только плечами пожимает, люди увольняются. Из старого состава остались двое — бариста Оля и повар Женя. Остальные просто не выдерживают.
Он вздохнул, обхватил голову руками.
— Я считал. Если ещё раз такое повторится, у меня не останется денег даже на аренду. И тогда… всё.
Повисла пауза. Потом Никита медленно поднял голову и посмотрел на меня с каким-то решением в глазах.
— Поэтому я хочу предложить тебе сделку.
Я аж вскинул брови:
— Сделку?
— Да. Если ты возьмёшься за это дело, если разберёшься, что там происходит, и это прекратится — кафе будет наполовину твоим.
— Что? — я даже поперхнулся....
Директор учтиво подождал, пока я прокашляюсь...
— Я серьёзен, — твёрдо сказал Никита. — Половина прибыли, половина прав, официально. Я готов оформить всё документально.
Он вытащил из внутреннего кармана сложенный лист — видно, что уже несколько раз перечитывал, обдумывал.
— Я всё продумал. Если ты справишься, мы перезапустим кафе вместе. Новый бренд, новая концепция. «Кафе блогера» — или как-нибудь ещё, ты же умеешь с этим работать. Люди тебя знают, тебе доверяют. Я уверен, что это будет на пользу кафе, и я ни то, что ничего не потеряю - я уверен, приобрету намного больше!
Таких кафе как мое - таких много, а вот такое кафе как будет наше - будет единственным, эксклюзивным в стране. И кафе - это только начало! У тебя два миллиона подписчиков - это два миллиона потенциальных покупателей! Давно пора уже монетизировать свои достижения..
- Да я монетизирую...Правда не с этой стороны...Но.., - попытался я оправдаться...
- Да я понимаю, ты в первую очередь журналист, а не бизнесмен. Но вдвоем, мы сможем многое! Поверь мне.
Главное - разобраться, что тут происходит и покончить с этим навсегда!
Я молчал, глядя на него. Он был как искуситель, обещающий золотые горы, если я пройду некие испытания...
— А если я не справлюсь? — спросил я.
Никита отвёл взгляд к окну, где отражались уличные фонари.
— Тогда я просто закрою это место. Продам всё, что смогу, и уеду. Мне уже всё равно куда.
Он снова посмотрел на меня, и в его глазах горела надежда вперемешку с азартом:
— Но я чувствую, что если кто-то и может разобраться — то ты.
Я взял чашку, отпил глоток остывшего кофе и долго молчал. В голове звенела мысль: половина кафе… Настоящая работа… И шанс доказать, что всё это — не зря.
Я медленно поставил чашку и кивнул.
— Ладно, Никита Александрович. Я согласен. Только одно условие: я действую по-своему.
- Хорошо, я согласен. Что нужно от меня? – вопросительно посмотрел на меня владелец кафе.
- А пойдемте, Никита, сходим с Вами в подвал. Посмотрим, что там, да как.
Мы спустились в подвал. Подвал – как подвал. Вниз ведет бетонная лестница, а там помещение на всю длину кафе. Стоят бочки, какое-то оборудование. Широкие, бетонные колонны, которые непонятно для чего предназначены. Пара помещений без дверей, и в конце подвала железная дверь.
- Что за дверью? – спросил я Никиту.
- Без понятия, - она всегда закрыта, ключи я не нашел и не подобрал, - ответил Никита Александрович.
Я осмотрел дверь – она уже ,наверное, лет сто тут стоит, вся ржавая. Посмотрел в замочную скважину – темнота. Подставил ухо – ничего не слышно, вернее , мне почудилось, что что-то слышу, но что это – не смог идентифицировать.
- Ладно, понятно. Для начала хватит. Я берусь за дело.
Глава 2.
К делу я подошел со всей серьезностью: всё должно быть проверено, заряжено, дублировано.
На письменном столе лежали три камеры ночного наблюдения — одна с широким углом, вторая с инфракрасным сенсором и третья — тепловизионная, на случай, если обычные датчики «оглохнут». Рядом — маленький диктофон, ноутбук, портативный генератор и его самые любимые очки ночного видения, аккуратно уложенные в мягкий чехол.
Он проверил каждую деталь. Камеры — работают. Микрофоны — пишут. Аккумуляторы — полные. Даже записал контрольное видео, чтобы убедиться, что передача сигнала стабильна.
На часах — 21:40. Снаружи гудела набережная, но внутри квартиры стояла тишина, и она только усиливала тревогу.
Оделся я практично: чёрная толстовка, тёмные джинсы, лёгкий утеплённый жилет. В кармане — фонарик, нож-мультитул, маленький блокнот с заметками о каждом из подобных случаев, что изучал раньше. Я прекрасно знал, что страх можно контролировать только дисциплиной.
Перед выходом задержался у зеркала. На секунду мне показалось, что отражение будто бы чуть отстаёт от движения — лёгкое смещение, как лаг камеры. Я моргнул, поводил рукой у зеркала вправо-влево, усмехнулся самому себе и чуть слышно пробормотал:
— Психосоматика... Всё нормально....Надеюсь...
---
В кафе «Набережное» я спустился за полчаса до закрытия. Оля-бариста молча подала кофе, бросив взгляд, в котором читалось беспокойство. Повар уже собирал кухню, и вскоре в помещении остались только я и мерцающий свет лампы под потолком.
Медленно расставил камеры. Одну закрепил на стойке — чтобы охватывала весь зал, вторую — у двери в подвал, третью — за витриной, направив в сторону входа, чтобы фиксировать внешние движения.
Проверил: запись идёт, изображение чёткое.
Потом установил датчики движения в подвале, а ноутбук разместил на углу барной стойки, подключив к резервному аккумулятору.
Пальцы двигались спокойно, но внутри всё сжималось — знакомое чувство, когда рациональное мышление упирается в стену непонятного.
Пока доставал блокнот заметил, что руки немного дрожат...Пришлось закрыть глаза и пару минут поделать дыхательные упражнения. После того, как дрожь в руках исчезла - записал в блокноте:
«Вероятные объяснения:
1 .Электромагнитные колебания — возможно, подвал проходит над старой линией кабелей?
2. Утечка газа или паров, вызывающая галлюцинации?
3. Нарушения давления воздуха, вызывающие акустические волны?
4. Или — то, о чём я думаю, но не хочу писать: сознательная сила, действующая по циклу....»
Я вздохнул и посмотрел на тёмный проём двери, ведущей вниз.
Что если всё это — не просто явление, а кто-то? Или что-то, что живёт в старом доме, как паразит, питающийся человеческим страхом?
В памяти всплыли рассказы старых жильцов, архивные заметки, которые читал утром: дом стоял на месте сгоревшего купеческого склада. В 1912 году пожар унес десятки жизней — тела так и не нашли всех пропавших. Поговаривали, что подвал тогда засыпали, но потом расчистили.
Теперь этот подвал — часть кафе.
Если остаточная энергия существует, — подумал я, — то где ей быть, как не здесь?
Я закрыл блокнот и надел очки ночного видения. В зелёной полутьме всё выглядело чужим: предметы — призрачными, тени — плотными, а пространство — будто глубже, чем на самом деле.
Посмотрел на часы — 23:58. Через две минуты начнётся новый день.
Первое воскресенье месяца.
Я выключил основной свет, оставив только экран ноутбука, и сел за столик у окна. Снаружи медленно текла река, отражая огни. Всё было спокойно, даже слишком.
Но внутри — на границе восприятия — уже дрожала тишина. Та самая, перед которой всегда что-то происходит.
Я чувствовал это телом — как перед грозой, когда воздух становится плотным и кожа реагирует на что-то, чего разум ещё не осознал.
Что бы это ни было — сегодня я это увижу, — зачем-то вслух сказал я.
- Я готов, - уже мысленно сказал я, и в это время часы стукнули 00.00
Глава 3
Подвал
Прошло три часа - и ничего! Вообще ничего! Даже мандраж прошел, и тело начала сковывать усталость: сначала я подавлял зевоту, но теперь зевал во весь рот - и частота зеваний усиливалась...
Ничего не происходило. Просто тишина или одиночный рев мотора очередного гонщика, который мчит по пустым улицам ночного города. А в кафе - ничего..
Тишина.
И тут — лёгкий звук из подвала!
Нечто вроде скребка, будто по бетонному полу кто-то тащил железо.
Один раз.
Потом второй.
Затем — глухой удар, как буд-то что-то тяжелое поставили на бетонный пол подвала.
Я замер, глядя на экран ноута , вернее в окошко на экране, где отображалось видео камеры, которая находилась в подвале. Она показывала пустой проход и старую лестницу. Я надел наушники и прибавил громкость и тут же услышал какой-то шорох, прислушался - это были шаги, едва отчетливые, но точно шаги — медленные, неровные, как будто босиком.
Я застыл, прислушиваясь. Сердце гулко било в груди, словно колокол.
— Может, крысы, — пробормотал я но сам себя тут же опроверг - нее..,, шаги слишком медленные для крыс…. Это явно что-то большое. В камеру ничего не было видно - нужно было самому спускаться в подвал, чтобы хоть что-то выяснить...
Я снял с пояса инфракрасный фонарик, надел очки ночного видения. Мир окрасился в зелёно-чёрные оттенки, линии мебели стали жёстче, пространство — плотнее.
Медленно поднялся и пошел в сторону подвала....
Каждый шаг к двери подвала давался с усилием, как будто воздух стал густым.
Рука дрожала, когда я взялся за металлическую ручку.
Щёлк.
Дверь тихо открылась. Из темноты повеяло влажным холодом и запахом земли.
— Проверим, — сказал я вслух, чтобы услышать свой голос, чтобы не остаться наедине с тишиной.
Я даже удивился, что голос не дрожал...
Спустился на первую ступень. Потом вторую.
Фонарик почти не помогал — всё сливалось в одно зелёное марево. Очки позволяли видеть очертания стен и металлических стоек вдоль коридора.
В подвале было сыро. Где-то капала вода. Откуда-то сзади будто тянуло воздухом — сквозняк, но... двери ведь были закрыты.
Я остановился, вслушался.
Тишина.
— Есть кто-нибудь? — на всякий случай, задал я глупый вопрос...
Ответа не было.
Я шагнул ещё дальше.
Свет очков выхватил старые ящики, ткань, что-то вроде детского велосипеда — ржавого, перекошенного.
Вдруг — слева.
Резкое движение.
Тень скользнула между колоннами.
Я повернулся, зацепился плечом за трубу, с трудом удержал равновесие.
— Твою мать! — само собой вырвалось. - Кто там? - опять, на всякий случай, спросил я.
Но никто не ответил. Только пустота, пыль и капли воды, падающие с потолка.
Я сделал ещё шаг — и тут позади послышалось дыхание.
Тяжёлое. Неритмичное. Как будто кто-то стоял у самого его уха.
Я обернулся с такой скоростью, с какой никогда в жизни прежде на оборачивался. Никого!
В следующее мгновение в зелёном поле зрения мелькнула фигура.
Очень близко.
Настолько, что я даже успел разглядеть — бледную руку, вытянутую ко мне, и пустое лицо, словно залитое тенью.
Я успел вдохнуть.
Но не успел крикнуть.
Удар.
Сильный, резкий, сбоку по голове.
Мир перевернулся, очки слетели, где-то вдали упал фонарик. Последнее, что я услышал — собственное дыхание, рвущиеся звуки и чей-то шаг, уходящий прочь в темноту.
Глава 4.
Белый потолок. Запах антисептика. Глухой гул в ушах.
Я открыл глаза. Сначала резкая резь - в комнате было слишком ярко, а потом, когда глаза более-менее свыклись с светом — контуры предметов расплывались, будто я смотрел через стекло, покрытое водой.
Голова болела, пульсировала в висках. Я попытался пошевелиться — отозвалось болью.
Рука — под капельницей.
На тумбочке лежит телефон и блокнот.
Дверь открылась.
Вошёл Никита Александрович.
На нём был тот же тёмный пиджак, только сильно помятый. Под глазами — синяки, лицо осунулось. Он молчал, поставил бумажный стакан с кофе на прикроватную тумбочку и сел рядом.
— Очнулся, — сказал он тихо. — Слава Богу.
Я попытался улыбнуться, но губы не слушались, получилась какая-то жалкая гримаса.
— Что… что случилось?
Никита выдохнул, посмотрел в сторону окна.
— Всё снова, Даня. Как и прежде.
Он замолчал, потом медленно заговорил, будто каждое слово давалось с трудом.
— Когда тебя нашли, внизу всё было перевёрнуто. Мебель разбита, стекло, посуда, всё в крови. Пол — как будто кто-то выливал её вёдрами. Камеры опять вырубились. Никаких следов, кроме твоих.
Он посмотрел на него пристально - плечи опущены, на лице - печать обреченности...
— Я не знаю, что это было. Но я больше не могу. У меня нет сил, ни денег, ни желания. Всё. Я закрываю кафе.
Я попытался возразить, но Никита поднял руку:
— Не надо, прошу. Я благодарен тебе. Ты чуть не погиб. Если бы удар был на полсантиметра левее - пробили бы тебе висок. Тебе просто повезло, что ты остался жив!
Он опустил голову.
— Прости, что втянул тебя в это. Я думал, ты справишься, но… я не имел права рисковать тобой.
Повисла тишина.
Где-то в коридоре звякнули колёса каталок, кто-то крикнул медсестру.
Я смотрел на него, и видел не успешного, жизнерадостного бизнесмена, а сломленного, уставшего, находящегося под огромным грузом вины человека...
Очень медленно и осторожно, чтобы не возбудить очаги боли в теле, я снял с шеи кулон в виде флешки, и протянул Никите.
— Что это?
— Это криптокошелек, там тридцать пять тысяч долларов, — тихо ответил я. — Почти всё, что у меня есть.
Никита поднял взгляд — в нём было непонимание и даже злость.
— Ты с ума сошёл? За что?
— За кафе, — твёрдо произнес я. — Вложи их в ремонт. Восстанови. Пусть пока месяц всё стоит. Никто туда не ходит, ничего не трогает. Через пару недель я выйду из больницы, приду и закончу то, что начал.
— Даня… — Никита покачал головой. — Нет. Это бессмысленно. Это место проклято. Я видел, что там было. Ты… ты сам чуть не умер!
— Зато теперь я знаю, что искать, — я медленно сел, игнорируя боль. — И знаю, что оно там. Оно ждёт.
Он посмотрел прямо в глаза Никите. — А я не привык оставлять недосказанное, тем более - недоделанное!
Долгая пауза.
Никита долго смотрел на кулон, потом убрал его в карман, как будто боялся, что передумает.
- Код - мой день , месяц и год рождения. 22031979 - запиши, - посоветовал я.
— Запомню, — сказал он наконец. — Спасибо тебе, Дань.
Он поднялся, устало провёл рукой по лицу.
— Я не знаю, зачем ты это делаешь, но, если вернёшься туда… будь осторожен, прошу тебя.
Я с трудом улыбаясь, кивнул.
— Это обязательно...
Когда дверь за Никитой закрылась, палата снова наполнилась тишиной. Только монитор мерно щёлкал, фиксируя ритм сердца.
Я посмотрел в потолок.
Нет, страха я не чувствовал - было странное, холодное любопытство.
Что-то было там, под кафешными стенами. Но что или кто там? Я был уверен, что сумею это разгадать во втором раунде. Пока что счет 1:0 не в мою пользу, но через месяц, посмотрим на окончательный счет.
Проигран раунд, но не игра!
Глава 5.
Прошел почти месяц, после нашей встречи с Никитой. Кафе опять функционировало, благодаря моему взносу, но проблема так и не была решена. И вот наступил долгожданный вечер, -первое воскресенье февраля - сегодня, по идеи, опять должно было что-то случиться в подвале кафе...
Бэмкнули настенные часы кафешки - ровно 12 часов ночи.
Я сидел за столом, всматриваясь в монитор. Пока ничего не происходило.
Сердце билось ровно, дыхание контролируемо. Медленно проверил приборы: все камеры работают, тепловизор активен, диктофон пишет.
На этот раз я подготовился чуть лучше - надел на голову специальный мягкий шлем - подарок подписчиков - великолепная вещь : внутри мягкий, как плющ, а снаружи - пластик, который тверже металла. Легкий, и абсолютно не заглушал звук. Наверняка, были встроены какие-то наушники -усилители.
На теле - специальный тактический комбинезон - это я уже сам купил за бешенные деньги - случайно увидел где-то на выставке, и приобрел. Очень удобная вещь. Пуленепробиваемый, невозможно разрезать или проколоть - при резком ударе молекулы материала как-то компанируются, расстояние между ними сокращается, и они превращаются в соединение крепче металла.
Т.е. человек , который попытается меня ударить - почувствует, что попал не мягкий комбинезон, а в железную стену. Это все нанотехнологии - как они работают, я не сильно разбираюсь, главное, что они работают, и теперь я достаточно защищен.
При демонстрации, человек в комбинезоне падал на спину с четвертого этажа, вставал, отряхивался, и шел дальше!
А еще , в перчатках комбинезона был встроен электрошокер, который включается определенной комбинацией пальцев, так что комбинезон не только защита, но и оружие. Поэтому и купил, хотя до сих пор, таки не удалось испытать его по-настоящему. Возможно сегодня, как раз этот день, вернее, ночь...
На ногах - тактические кроссовки моей любимой фирмы Меррели.
Ближе к трём, на лестнице в подвал мигнул свет. Раз. Два. И пропал.
Темнота накрыла подвал. Так....что-то начинается.
Я медленно встал из-за стола и направился к лестнице. Осторожно спустился наполовину лестницы и прислушался.
Первые звуки — тихие скрипы, капли воды, что-то вроде шороха, как если бы кто-то осторожно передвигался.
Я медленно продолжал спускаться вниз по ступеням, глаза напряжённо ловили малейшие движения через очки ночного видения. Я весь превратился в слух и зрение...
Я стоял на последней ступени уже минут десять. Ничего не происходило...Неужели это все, и мы никогда не узнаем правды?
И тут — что-то мелькнуло у стены.
Тень скользнула вдоль угла.
— Женька, врубай свет! — заорал я, и на миг показалось, что я сам оглохну от этого крика, после такой напряженной тишины.
Но брат не подкачал.
Женька в тот же миг включил переносную лампу дневного света. Яркие лучи прорезали темноту.
И я увидел,что, вернее, кто был в подвале.
Старичок!
Лет семидесяти, худой, жилистый, сухой, но с боевым взглядом.
На нём — черное трико, реглан, старые кеды. В руках — резиновая дубинка. На глазах — очки ночного видения, которые мерцали от света. Лицо вытянулось от удивления - он явно не ожидал такого приема.
Старик дернулся, заслонил лицо руками, сдернул очки и зажмурился от света.
Женька, не теряя ни секунды, как заправский гладиатор, метнул на него рыболовную сеть. Старик заорал, попытался увернуться, но сеть накрыла его.
Брат плюхнулся на него сверху. Зная Женькин вес, я даже успел испытать жалость к старику, но тут, к моему и Женькиному удивлению, пленник поднялся во весь рост, держа на плечах брата!
— Держи его! — крикнул я, бросаясь на помощь.
Вместе с братом мы кое-как удерживали старика. Он мотался из стороны в сторону, пытался ударить дубинкой, брыкался, но сеть не дала ему шанса разойтись по полной. Чувствовалось, что он выдыхается.
Еще через минуту, я с силой прижал его к полу, а Женька натянул сеть ещё плотнее.
— Тихо, спокойно! — сказал я. — Мы не причиним тебе вреда!
Старик продолжал рычать, но в его голосе уже слышался не гнев, а отчаяние.
На крики прибежал Никита Александрович, который прогуливался все это время около кафе, не решаясь зайти внутрь, но услышав крики, все-таки пересилил себя , и прибежал на помощь.
Втроем, кое-как, мы подняли мощного старика по лестнице в кафе.
— Чт… Кто это?! — выдохнул Никита.
— Это, — ответил я , тяжело дыша, — тот, кто все эти месяцы переворачивал ваше, вернее, наше кафе.
Старик опустил голову, сжал зубы, дрожащими руками попытался снять очки ночного видения.
- Вы победили, выпустите меня, я обещаю ничего не делать..
Я пристально посмотрел ему в глаза, и кивнул Женьке:
- Жень, помоги распутать его.
- А не убежит? Вон какой прыткий, втроем его еле удержали. Был бы он помоложе - хрен бы мы справились… - забеспокоился братишка.
- Ни в жизнь бы не справились, - подтвердил его слова старик. - Я в молодости бычка , ударом кулака по голове убивал. Подкову мог согнуть и разогнуть. Лом железный мог узлом завязать!
- Верю, верю, - закивал я головой, - но сейчас же обещаете не буянить?
- Нет, не буду. Сдаюсь. Да и устал я уже. Слишком я постарел 78 лет уже. - заверил он нас.
В глубине души я даже позавидовал его форме в 78-то лет...Втроем еле справились, и нам всем чуть за тридцать...
Я и Женька, присев, распутали сеть. Старик стоял, тяжело дыша, глядя на них.
— Теперь, — обратился я к Никите, — мы наконец увидели того, кто так долго мешал бизнесу!
- Это он? - как-то недоверчиво и разочарованно ответил Никита, - А я думал...
- Привидение? - засмеялся я , или демон подземелья?...
- Ну,...- насупился Никита, - все эти странности, ритуалы, кровь...
- Да, ты прав, они поначалу, тоже сбили меня с толку, - кивнул я головой.
Глава 6
- Александр Николаевич, если я не ошибаюсь, - обратился я к старику.
Тот удивленно уставился на меня:
- Нет не ошибаетесь, молодой человек, но откуда вам, черт возьми, известно, как меня зовут.
- Идемте все присядем на стол, там намного удобнее вести разговор, предложил я.
- А он не…., - начал Никита.
- Александр Николаевич, вы не собираетесь же никуда убежать, - на всякий случай уточнил я .
- Я же обещал, тем более, мне самому интересно, как вы вышли на меня, - ответил недавний пленник.
Я, Женька, Никита Александрович и Александр Николаевич расположились за ближайшим столом .Тёплый свет ламп создавал ощущение уюта, а из окна виднелась спокойная река.
— Для начала, Женя, извини, что втянул тебя в это, — обратился я к брату.
— Да ты что? — улыбнулся Женька. — Это же самое интересное! Я всегда прошу тебя привлекать меня к таким делам. Моя жизнь слишком скучна, лишена драйва. Так что давай почаще! Я всегда готов помочь.
Никита Александрович вздохнул, усевшись напротив.
— Ладно, давай, расскажи уже, что за старик и что тут вообще происходило.
Александр Николаевич как зло зыркнул на Никиту. Никита заметил это.
- А что вы хотели? Вы мне чуть бизнес не угробили, да черт с ним, бизнесом - вы мне веру в себя чуть не убили. Я впервые в жизни не знал, что мне делать и как поступать. Только благодаря Дане, все исправилось!
Я сделал глубокий вдох.
- Давайте все успокоимся, а я начну рассказ - Александр Николаевич – там, где я ошибаюсь - поправляйте меня или дополняйте, хорошо?
Тот кивнул, и я продолжил.
— С самого первого раза, когда я спустился в подвал, я заметил там дверь. Закрытая, замки смазаны. Ты мне, Никита, сказал тогда, что в неё никто не ходит. А вот что оказалось…
Я сходил к своему столику, достал кое-какие бумаги из своего рюкзака и вернулся за стол.
- Это - старый план дома, который я еле откопал в старых архивах.
На столе я развернул карту дома.
— На этих старых планах я увидел, что наш дом строился на остатках старых складов. Ему больше сотни лет. Когда-то эти склады отапливали 4 печи. От них остались 4 дымохода, от самого подвала до квартир на 2 этаже.
Сколько, Никита, у тебя каминов в кафе?
- Четыре, - ответил тот.
- Правильно, - продолжил я, - 4 камина на 1 этаже, в кафе, 4 камина в 4 квартирах на 2 этаже, и также в подвале должно быть 4 камина.
- Но их нет! - воскликнул Никита, - нет там никаких каминов.
- Конечно нет, - успокоил я его - кому они нужны в подвале -то? При СССР их замуровали, подвал закрыли, а вот в наше время, ты, Никита, уже открыл подвал и стал использовать его как склад...
- Ну а что месту -то пустовать, - начал оправдываться Никита.
- Да все ты правильно сделал, - махнул я на него рукой, - но использовал ты его не весь, помнишь ту дверь железную, я еще тогда спросил, что за ней, а ты не знал?
- Помню, - ответил Никита. Я так ключи к замку не подобрал, а взламывать ее и надобности не было...
- Так вот, - продолжил я, - а за дверью то, как раз находился один из 4-х каминов, через который уважаемый Александр Николаевич и проникал в подвал! Наверное , в прошлом, во времена СССР, в этой комнате жил кто-то или работал, поэтому камин и не замуровали.
- А как он попадал в камин-то? - удивленно вытаращился на меня Никита.
- А через дымоход, ведь Александр Николаевич живет в 4 квартире нашего дома, правильно Александр Николаевич?
- Так вот как ты узнал мое имя? - спросил тот у меня.
- Да, квартира оформлена на Вашу мать, которой давно с нами нет, но прописаны там только вы, Александр Николаевич. Кстати, советую оформить квартиру на себя, а то мало ли....
- А мне не за чем - детей у меня нет, родственников тоже, проживу сколько проживу - а там потом пусть что хотят то и делают с квартирой, мне все равно.
- Не отвлекайся, Данила, - попросил меня Никита.
- Так вот, наш старичок жил над этой железной дверью в подвале , — продолжил я, — в квартире на втором этаже .Его квартира торцевая, как и моя, только с другого конца дома. Он нашёл способ спускаться через этот дымоход, открывал дверь в подвал, выключал камеры и электричество с помощью подавителя сигнала - сейчас такие на каждом шагу продаются, так называемые " глушилки" переносные.. Потом создавал шум, переворачивал мебель, даже использовал кровь.
Женька поднял брови:
— Кровь?!
— Да, кровь настоящая, — кивнул я. — А фокус вот в чем - он работает сторожем на забойной ферме. Кровь — просто кровь животных, которую он брал в бидоне. Разливал по полу, мазал стены, чтобы создать видимость потустороннего. Все верно, Александр, Николаевич?
- Все правильно, - отозвался глухо тот. Я всю жизнь проработал на этой ферме. Забойщиком. В молодости быка мог кулаком убить, я не шучу. Но сейчас стар стал, поэтому только сторожем там и держат.
Никита Александрович нахмурился:
— А удар по голове? Он же чуть не убил тебя!
Я вымученно улыбнулся:
— Не убил же, слава Богу, непроизвольно почесал я то место, куда меня в прошлый раз звезданул старик.
- Я от неожиданности рубанул - не ожидал там никого увидеть, вот и ударил, вернее, рукой махнул, если бы ударил то….потом опомнился, проверил - живой лежит, ну так я так все и решил оставить, но в скорую позвонил сразу, - начал оправдываться старик.
- Ну так а зачем вы все это делали? - все не унимался Никита. - Нахрена было все это городить?
— Я просто хотел спокойной старости, — услышали они шепот Александра Николаевича — Этот вечный гул, смех, музыка… Вход в кафе над моим окном - вот нахрена вы повесили этот колокольчик на дверь? Люди ходят туда-сюда, а он все время звенит…Мне его звон аж ночью снится….постоянный шум… Я хотел, чтобы на первом этаже стало тихо.
Женька рассмеялся:
— Так просто?!
— Именно так, — подытожил я — Всё, что казалось сверхъестественным, было банальной человеческой хитростью. Но для нас это был урок: иногда страх и мистификация создаются не потусторонними силами, а людьми с сильным мотивом.
Никита Александрович глубоко вздохнул:
— Ну что ж… похоже, теперь всё стало на свои места. Что же мы теперь будем делать?
- Для начала, сварим кофе, а потом все обсудим, - предложил я.
- Договорились, - согласился Никита.
Эпилог.
Благодаря этим событиям Даня оказался владельцем кафе.
Во всех документах он значился соучредителем, вместе с Никитой Александровичем. Теперь уже просто - Никитой.
Они решили не подавать никаких заявлений на Александра Николаевича.
Напротив — еще раз встретились с ним, обсудили все его просьбы , и учли их полностью.
Во-первых, входная дверь в кафе больше не была под его окном.
Во-вторых, они усилили шумоизоляцию: ни один звук из кафе больше не проникал в его квартиру.
А в-третьих, Александру предоставили полное обслуживание: бесплатный завтрак, обед и ужин. Он мог в любой момент спуститься и позавтракать, пообедать или поужинать — без каких-либо ограничений.
Кафе получил новую жизнь. Я сделал небольшие изменения в меню — добавил то, чего ему всегда не хватало.
Несколько новых сортов пива, и главное — закуску, которая сразу стала хитом: Капитошки.
Но это уже совсем другая история….
данила блогер#цикл фантастических рассказов#лучшие российские фантасические рассказы#лучшая современная фантастика#данила замятин фантастика#кафе набережное#молодые фантасты#лучшие фантасты россии данила замятин#лучшая фантастика 21 века #попаданец#расследования#российский детектив#лучшие детективы#русская фантастика#руский фантастический сериал Данила блогер#