Неожиданно ветерок тронул его головы, так обычно ворошила его волосы суровая мачеха, когда проявляла свою любовь и одобрение.
– Вот тебе и кукуруза! И этот на земле полежать захотел, – озадачено прошептал Мик. – Ты, эскулап, посмотри, может у него температура? Чего это он разлёгся?
– Нет у него температуры! Не надо ему мешать, – сердито огрызнулся Клавдий и, чуть понизив голос, только для брата шепнул. – Кит, нужно помочь, или сам справишься?
– Всё нормально. Нет здесь гача, и вообще пока опасности нет. Но, пока! Надо выяснить, где мы? – Никита поднялся и тут почувствовал то, о чём говорила Павла, всё вокруг истосковалось по покою.
Кит оглянулся на девиц, те походили на львиц на охоте, то есть готовы к броску, потом взглянул на солдат. Вздохнул. Надеяться на вояк было бесполезно, те были напуганы и ничего не понимали, хотя тщательно это скрывали. Именно то, что они скрывали испуг, и делало их лёгкой добычей, потому что они тратили силы не на то, что надо. Значит надо думать самому – на нём ответственность за девчат.
Никита теперь рассматривал всё иначе, анализируя каждую деталь и встраивая их в логику размышления.
Итак, что же здесь произошло, причём такое, что люди покинули это место! Куда делись люди, ведь не маленькая была деревня? Они бросили всё, даже животных, ведь козы, которых они встретили, явно раньше были домашними. Что могло так напугать людей в их собственном мире?
Он подошёл к ближайшим домикам, и стал рассматривать лунки, те были глубокими, но уже с обвалившимися бортиками. Он хмыкнул, здесь умели экономить воду, хоть озеро под боком. Никита наклонился и выдернул пару растений, на корнях которых висели розоватые клубни.
– Это что же, картошка что ли? – удивился Майор.
– Нет, не картофель, а батат, – пояснил Пал Андреич. – Только мелковат.
Все переглянулись, а Клавдий немедленно взял несколько клубней, обтрусил землю и сунул клубни в карман, прошептав:
– И съедобно, и доказательство, что мы были в Африке.
Кит сморщил нос, но не стал возражать, а Дед угрюмо заметил:
– Боятся этого места, коли даже урожай бросили.
– Это не урожай, а то, что выросло там, где когда-то всё бросили, – сообщил Мик. – Остаётся узнать, чего они так испугались, если бросили всё своё имущество. Поищем ещё что-нибудь?
Обойдя брошенную деревню, они нашли ещё одну тропу, по которой и двинулись дальше. Вскоре вышли на берег озера и поразились огромному количеству крокодилов, лежащих на берегу, с разинутыми пастями. Между ними суетливо бегали птицы, что-то склёвывая. Крокодилы их не трогали, хотя и на людей только посмотрели, но не пошевелились.
– М-да, не боятся они нас, – подвёл итог Клавка. – Их с собой не захватить, в качестве доказательства, где мы были. Здоровенные.
Спецназовцы, изумлённо переглянулись, они не представляли, как можно шутить в таких обстоятельствах, а Дед пробормотал:
– Говорят у них мясо похоже на куриное.
Майор покачал головой.
– Ну вы даёте! Надо поискать место без крокодилов и попробовать набрать воды.
После часа поисков обнаружили глинистый пляж без крокодилов. Попробовали воду, привкус был какой-то щелочной.
– Такую воду лучше не пить. Хотя умыться можно. Ну-с, Пал Андреич, что предлагаете? – спросил Дед. – А ты лекарь, что скажешь?
Клавдий на вопросительный взгляд девчонок покачал головой.
– Дед прав, если это Африка, то паразитов здесь немеряно. Пока можно потерпеть с питьем, потом на худой конец, профильтруем воду и вскипятим. Лучше не экспериментировать и с водными процедурами. Не горит.
Подполковник пожал плечами и погрузился в раздумья, периодически полоща носовой платок в воде и обтирая лицо. Все остальные вояки делали тоже самое.
Мик, встав на цыпочки, пытался рассмотреть край озера, но над ним из-за жары колыхалось марево, не позволяющее рассмотреть далёкий берег.
Никита хмыкнул, потому что давно понял, что от военных помощи ждать бесполезно, похоже, все они до сих пор пребывали в шоковом состоянии. Он стал рассматривать колючий лес, соображая можно ли эти деревца использовать для постройки плота.
Испуганный вопль заставил всех замереть. Из-за небольшого скалистого холмика вышел молодой парень – негр в драных жёлтых шортах, он-то и закричал от неожиданности, увидев их живописную группу.
Клавка отодвинул всех и быстро заговорил по-английски:
– Мы заблудились. Скажи, где мы? – от беспомощности и желания добиться взаимопонимания он сообщил. – Мир, труд, май!
Парень попятился, в руках его были нож и здоровенная плетёная корзина.
Всех отстранил Дед, который, улыбаясь, ткнул себе в грудь и сообщил:
– Я Фёдор, русский. Русские! – и обвёл всех руками, потом приложил руку к сердцу и поклонился.
Это произвело впечатление, и парень, тыкнув рукой в противоположный берег воскликнул:
– Эльмоло! Эльмоло! – потом ткнул себя в грудь. – Мавингати.
Мик крякнул.
– Вот тебе и кукуруза! Ребята, я читал про эльмоло. Это рыбаки. Мы на острове Энвантенет, он на озере Рудольфа.
– Ядрёна копоть! – дед Фёдор, поклонился рыбаку. – Спасибо, друг!
Первым прочухался Пал Андреич, который звучно высморкался и провещал:
– Значит мы заграницей… Без паспортов и виз.
– Ты, вояка, не суетись. Паспорта – это так! У нас беда! – неожиданно остановил его Мик, все обалдело уставились на него.
– Какая беда, паря? – осведомился Дед.
– Вы что, совсем не читаете? Этот остров на языке эльмоло называется Невозвратный, – сердито ответил Мик.
– Это почему же Невозвратный? – удивился Пал Андреич.
Мик осмотрелся и возбужденно рассказал:
– Здесь всё время пропадают люди. Я много об этом читал. Ещё в школе. Остров загадка! В тридцать пятом году здесь пропали какие-то два англичанина – этнографы. Скандал был жуткий. Их искало двести человек. На острове всё перевернули, но так и не нашли. Кстати, больше всего всех тогда поразило, что все вещи в их лагере были нетронуты. Лежали на местах. Попозже и вовсе жители местной деревни пропали. Человек тридцать. Это уже было после войны, где-то в пятидесятых. Так и не поняли куда они исчезли. Хотя искали долго. Думаю, мы с вами ту деревню и нашли. После этого на этом острове никто не селится.
– А этот?! – возмутился Подполковник и ткнул пальцем в аборигена. – Этот же местный.
– Этот – рыбак! Приплыл и уплыл. Далеко от берега не отходит. Видимо на берегу не опасно… Что странно крокодилы же есть… – Мик горько вздохнул. – Вот такие дела. Нам и спрятаться-то негде.
– Почему пропадали люди? – забеспокоился Клава.
Мик пожал плечами, а Дед спокойно подошёл к рыбаку и взял его за руку. Рыбак вырвал руку, но Дед опять поклонился ему, прижав руки к груди, и стал говорить с ним на странном курлыкающем наречии периодически поцокивая языком.
– На каком языке он говорит? – Майор нервничал.
Никита посмотрел на сопровождавших их спецназовцев и омоновцев, те тоже нервничали, и неожиданно понял, что часы, нет, минуты их жизни сочтены.
– Какая разница! – устало ответил Кит, его стало раздражать, то, что он предчувствует гибель людей.
Дед повернулся ко всем.
– Ну, радости мало от того, что я узнал. Мик прав! Мы, похоже, влипли. Этот рыбак сказал, что на острове живёт чудовище. В центре острова – запретные земли, хорошо, что туда никого не пускает лес. Он защищает от чудовища. Оно быстрое и появляется прямо перед человеком в самый неожиданный момент, и счастье того, кто умеет быстро бегать. Спасает вода, чудовище её не любит, хотя и в воде радости мало, если на крокодила налетишь.
– Слушайте, это похоже на гача. Спроси, есть ли у того чудовища убежище? – нахмурился Кит.
Сзади раздалось знакомое «Арр». Кит взглянул на Павлу, лицо той неожиданно осунулось.
– Нет! – прошептала она. – Это хуже! Правильно Мик сказал. У нас беда!
Никита мысленно возмутился, что же может быть хуже гача-то? Повернулся к Деду, тот всё ещё что-то курлыкал рыбаку. После вопросов деда-пирата, рыбак взволнованно заговорил, размахивая руками, Дед внимательно слушал, периодически что-то переспрашивая, потом повернулся ко всем.
– Рыбак говорит, что мы все погибнем, если останемся здесь. В центре острова есть какая-то труба, которая ведёт глубоко под землю. Его прадед рассказывал, что из этой трубы раз в пятьдесят лет в первый день новолуния идёт дым. Нам повезло, что сегодня не новолуние. Рыбак говорит, там под землёй обитает «сеющий заразу и мечущий огонь» исполин Уот Усуму Тонг Дуурай. Иногда в новолуние, этот исполин посылает видения. Те, кто их видел, болеют, а у беременных умирают дети прямо во чреве, и происходят выкидыши.
– Какие видения? – заинтересовался Клавдий.
– Город! Там проклятые поют, – скривился Дед.
– Ну и что это? Легенды? – спросил в пространство Майор.
– Может это и не легенды, а миражи, – громко проговорил Мик, все уставились на него, забыв про эльмоло. – На Волге, недалеко от Самары, есть один остров – Зелёненький, так над ним периодически появляются миражи, какие-то замки, города.
– Спятил? Миражи показывают реальные города, а не мистические, – возмутился Майор.
– А может эльмоло и видят реальные города! Представь себе, что у них появился мираж стадиона, на котором идёт концерт рок-музыкантов, – возразил Мик.
– Да-а, – озадаченно протянул Майор, – и впрямь город проклятых.
– Что мы здесь попусту лясы точим? Надо идти! Надо убить эту твapь! – проговорила Павла и решительно направилась к самым густым зарослям. Молча ничего не спрашивая, её подруги и Клавдий с Миком потопали за ней.
Никита вопросительно посмотрел на Деда, тот нахмурился.
– Всё плохо, паря! Ты даже не представляешь, как плохо! Отдай ружьё Глебу! Он без оружия, – Дед опять попрыгал, проверяя, не звякнет ли что, и бесшумно потрусил за уходящими.
Майор озадаченно спросил в пространство:
– Они что, спятили? Куда это они попёрлись? Кого они искать собрались?
Никита проверил свои запасы, отдал винчестер с остатками патронов Глебу, подмигнул ему, положил зажигалку поудобнее, чтобы сразу выхватить, и они также отправились за Дедом. Он понимал, чтобы сдвинуть этих вояк нужно, чтобы те сами пришли к этому решению, покраснел от досады на своё утреннее тупоумие и неверие во всё, что говорили девчонки, и прибавил шагу. Его очень волновало то, что говорил Дед. Почему же здесь хуже, чем в тайге, и почему Дед так расстроен?
Никита догнал друзей по несчастью и тихо спросил Глеба:
– Ты давно Павлу знаешь?
– Первый раз в жизни увидел, не думал, что так повезёт, – ошарашил тот его ответом.
Кит оглянулся и хмыкнул.
Военные уселись на берегу, не желая, идти дальше. Всё виденное разрушало их обычные представления о мире, делало нерешительными, и они молча сидели на берегу и смотрели на воду. Здесь было покойно, небольшая скала давала тень, и не было крокодилов.
Майор угрюмо спросил:
– Подполковник! Может у Вас получится договориться? Вы же знаете английский.
– Я-то знаю, но старик-то говорил с тем эльмоло не по-английски. Помните, что тот эльмоло не понял, что говорил врач?
Майор заиграл желваками, вспомнив, как сам не поверил этим девкам, а теперь сидит здесь, на этом острове. Однако упрямство пересилило здравый смысл, и он пробурчал:
– Договоримся! Главное надо думать, как добраться до цивилизованных мест.
Высказанное довело Подполковника до состояния кипения.
– Какие цивилизованные места?! Он же сказал, что мы в Кении. Здесь цивилизованные места понятие относительное, – и ругая себя за то, что сорвался, пробурчал. – Интересно, тот негр нас считает духами, зомби или людьми?
– Вряд ли, он нас за мёртвых принял! У нас автоматы, а у духов их нет. Он же видел оружие, и потом, зомби же не разговаривают. Вроде… По фильмам они не разговаривали, – возразил Майор, сидящие на песке спецназовцы оживились, в этом что-то было, а Майор добавил. – Я хочу жить. Думаю, что мы договоримся с этим мужиком.
Подполковника замутило от тупости Майора, он был убеждён, что сейчас безопасно только с теми, ушедшими в колючий лес.
– Где и с кем договариваться будем? Почему Вы решили, что эти эльмоло нам помогут?
– А куда они денутся?
– Разинь глаза, Майор! Эти эльмоло уже свалили. Смотри, они все гонят свои плоты от берега! Хм… Уж, не знаю, кем они нас считают, но связываться с нами не хотят.
Действительно, семеро рыбаков гнали узкие, из двух-трех брёвен плотики к другому берегу, изо всех сил отталкиваясь шестами от дна.
– У них что, нормальных лодок нет? – озадаченно пробормотал один из спецназовцев. – Может поискать брошенные и починить их. Доплывем как-нибудь. От крокодилов отобьемся в случае чего.
– Нет здесь плав средств, кроме тех, на которых слиняли эти трусы. Но в том , что они слиняли тоже есть хорошее! Уверен, что они расскажут о нас, и к нам придут на помощь! Есть же в их деревнях какая-то полиция или что-нибудь подобное, – проворчал Майор.
– Не думаю! Боюсь, что мы просто будем очередной легендой. Вы даже представить не можете, как здесь живёт местное население! Надо догонять ребят, – Пал Андреич вздохнул.
Майор, помявшись, выдавил, что непрерывно свербило его душу:
– На мне слюна этой твари. Я манок. Когда дома были, это было правильно, но здесь… С чего мне здесь героизм проявлять? Ты пойми, Пал Андреич, ведь эта тварь придёт именно за мной! В кустах от неё не сбежать, а здесь, на берегу, вроде и не опасно, рыбаки-то не боятся. Они, видимо, всё время здесь рыбу ловят. Я так думаю, чем дальше от этой твари буду, тем меньше шансов, что меня сожрут. Думаю, что на берегу не только для меня, но и для всех безопасно.
Подполковник угрюмо покачал головой, не соглашаясь.
– Не думаю, что ты один под ударом, там есть ещё один такой же истерзанный – Глеб. Лучше расскажи, что это за девчонки? Почему вы нам не сообщили?
Майор нахмурился, не зная, как рассказать о собственном ротозействе, именно он всех убедил, что эти девки – истерички.
– Они к нам приезжали, сказали, что у них лесорубы пропадают. Говорили, что зверь. Несли что-то странное, что этого зверя никто не видит. Как в такое можно поверить?! Мы узнали, что лесорубы действительно пропали, сначала по одному, а последний раз, и вовсе трое. Их искали не нашли, нашли только сапоги, да пуговицы от курток у болота. Короче пропали самые здоровые мужики, пятеро. С девицами говорили наши психологи из Кризисного Центра и решили, что у тех нервный срыв. Хотя их очень смущало, что эти девицы не рыдали и не истерили, а пытались доказать, что опасность грозит многим. Психологи сказали, что они пережили стресс и всё. Девиц отправили в Оздоровительный Центр, тем более что ничего опасного больше не происходило. Я не поверил ни одному слову, мало ли, что местные выдумают, да и гарь мы нашли, и болото, где утопли лесорубы.
Подполковник нахмурился.
– Болото?! Чтобы таёжники сами полезли в болото?! Сомнительно! Ты же эту тварь видел! Уверен, это она их туда загнала.
Майор горько вздохнул.
– Видел, да поздно! Я даже, когда тварь на автобус с ролевиками напала и нам позвонили, не понял, что это было. Там такие крики были. Мы слышали, но не понимали. Там всё кричали: «Нет! Нет! Не надо!». Потом слышали какой-то треск, выстрелы и тишина. Мы и омоновцев захватили, чтобы разобраться, но поздно. Этот гач очень быстрый. Мы же не представляли, с чем столкнулись!
– А я и сейчас не представляю, – Подполковника передёрнуло. – Он же ни на какого из известных мне зверей не похож!
– Вот-вот! Когда эта тварь напала на нас, мы её увидели случайно, когда уже было поздно. Спаслись те, кто увидел и сразу рванул в бега. Я вообще решил, что она издевается над нами! Мне даже показалось, что она хохотала. На эту тварь нужны специальные охотники.
Подполковник нахмурился, до него со всей очевидностью дошло, что здесь, кроме ушедших, охотников нет. Именно девицы много знали про гачей, и, похоже, не собирались сдаваться, пока его не убьют. Омоновцы и его ребята были растеряны, осознав, что их оружие плохо помогает в борьбе с гачем.
Пал Андреевич пробурчал:
– Охотники говоришь? Вы поняли? Они же эту тварь ищут! Заметил, как вооружены девицы? У них только холодное оружие. Они знают, что для этой твари пули, как камни из рогатки. Уверен, они и есть специальные охотницы.
– Бабы и охотницы?! Нет! Не может быть!! Слушай, а ты заметил, что они же так в венках из хризантем и идут? – пробормотал раздражённо Майор, на него накатила апатия, хотелось сидеть в теньке и пить пиво, а не торчать на этом берегу. – Фух! Выкупаться бы, такая жара, но ведь крокодилы сожрут.
Подполковник опять намочил платок в воде и обтёр лицо.
– Жара! А заметил, что тот дед-пират так в фуфайке и идёт. Странный дед и на старика-то не похож. Похоже у него ни спина не болит, ни колени. Знает местную речь, – Подполковник застыл. – Господи! Дед же говорил, что тварь моих бойцов где-то держит. Подъём! Пошли парни, может наших найдём! Нельзя своих бросать.
Спецназовцы одобрительно кивнули. Это было правильно. Теперь всё встало на своё место. Негоже соратников бросать!
Измученные омоновцы, предложили:
– Ребята, поставьте нас с одного края. Если эта тварь на нас бросится, вы её ухлопаете, пока она нас того…
От этих простых слов в душе Подполковника, что-то перевернулось. Раньше бы о таких песни слагали, а теперь…
Он угрюмо оскалился.
– Скорее надо идти, может наших ребят откачать можно! Пусть это и Африка, но мы в своем праве. Этот гач на наших напал на нашей земле. А земля везде одна, значит, мы и сейчас на своей земле. Как там говорили гладиаторы? Идущие на смерть приветствуют тебя?! Так и мы! Ничего не боимся и готовы! Убьем тварь!
Его бойцы нервно переглянулись и вцепились в оружие.
– Именно! Куда не кинь, всюду клин! – ляпнул Майор, после чего все обречённо двинулись за ушедшими.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: