Второй бой у Старого моста
Месяц Дугуар Сар, третий цикл (22.09.100)
Прошло более двух месяцев после первого боя у Старого моста. Кристоф и Кон вернулись из дальнего, и как оказалось, довольно опасного путешествия в Ми Су Сэй, столицу горного баронства на севере.
Насмотревшись на неприступные горные красоты хребта Сан-Тина и Длинного перевала, младший сын барона и его новый друг привели с собой для защиты баронства и юго-восточных границ Империи аж целых три! полка: лучников из столичных и провинциальных охотников и мечников из Утура.
К тому же Кон и Кристоф познакомились с дочерями барона Ми Су Сэй; младший сын барона Сима с младшей дочерью барона Я Ли Куня, застенчивой О Гиль Су (мест. диалект – восходящая звезда), а сирота и личный адъютант Кон Дэ-Ура с незаконнорожденной от одной из наложниц, прекрасной Аямэ Су Ми (мест. диалект – отражение утренней зари) и полюбили их первой мальчишеской любовью, той настоящей и самой искренней.
Кристоф влюбился в девушку в свои тринадцать. Впрочем, и Аямэ отвечала мальчишке взаимностью. Незаконнорожденная дочь барона была старше Кристофа на два года и перед расставанием они поклялись друг другу в вечной любви.
Проведя в горном баронстве и в Небесной цитадели на краю скалы, обрывающейся вниз огромной бездонной пропастью, чуть меньше месяца, делегация от баронства Ус, Шиир во главе с главным советником барона Архасатом, вернулась в родные степи юго-восточного дистрикта.
За это время барон Сим смог укрепить и «подлатать» некоторые крепости, пришедшие в упадок за последние десятилетия. Более двух десятков ведетов, постоянно находились на границе, и зорко следили за всеми передвижениями орков в Ближней Мажгории, стараясь не пропустить первые признаки появления Орды. Несколько наиболее отчаянных и фанатично преданных солдат, став разведчиками, ушли в Ближнюю Мажгорию лазутчиками, чтобы ещё более точно знать, когда же Орда вновь нападёт и какими силами.
И вот она пришла вновь…
Рано утром, на третий день после первого сбора урожая дайкона (имперск., редька), почти там же, где в первый раз солдаты Империи ждали приближение врага, небольшая армия барона Сима расположилась в ожидании орков.
И враг пришёл в этот раз двумя кланами: всё тем же безымянным под предводительством Ларриона «Безобразного» и кланом Мутной воды под командованием Чоко «Болото».
Но в этот раз орков возглавлял сам Тавлар «Чужак», живая и таинственная легенда, сумевший объединить под своим началом большую часть кланов Большой Орды.
Людьми, как и в первый бой, командовал шестидесяти семилетний наместник княжества Ус, Шиир, барон Сим.
Его армия была в этот раз больше, чем при первой деле у Старого моста за счёт прибывшего подкрепления от горного княжества с севера – почти три тысячи солдат.
За два месяца после первого боя у Старого моста, барон успел отправить своих эмиссаров к ближайшим соседям, с которыми граничили его владения по Внешней Дуге; в баронство Ми Су Сей за Длинным перевалом и в графство Искан, что располагалось пред Великими пустынями юга.
Поездка на север оказалась удачной, канцлер Архасат и младший сын Кон привели с хребта Сан-Тина целых три полка баронства Ми Су Сэй – два подразделения лучников и тяжёлый полк мечников из Утура.
Западный же сосед отказался выделить помощь, сославшись на то, что ему тоже грозит вторжение и не дал ни одного полка. Правда, что это за угроза и откуда она исходит, владетель Искана не уточнил.
Барон Сим разделил свои силы на три части. Две основные и равные по количеству бойцов и качественному составу, он поставил на фланги, отдав их под командование своего старшего сына Хала и кронпринца Хо Жаня, прибывшего из баронства Ми Су Сэй вместе с вверенными ему подразделениями.
Под командованием кронпринца Хала на правом фланге расположились Ур-Тагарский пикинёрский полк, лучники, набранные из провинциальных горных охотников и конные стрелки из Хиризана.
Слева встали вновь набранный Шиигарский пикинёрский, полк столичных охотников из баронства Ми Су Сэй и конные лучники из Даар-Мора.
Центр позиции и резерв под своим личным командованием, барон Сим расположил на холме, чтобы видеть всю картину боя. Полк мечников из Утура был построен в колонну по-ротно, а перед ним чуть ниже по холму расположились арбалетчики из полка кронпринца Хала.
Своего мага, Ангора Сибила, барон отправил в Юргамыш ещё два месяца назад, сразу после первого боя с орками. Оставшись тогда не довольным его работой, барон Сим вспылил и указал чародею «на дверь».
До начала осени из столицы так и не прибыла замена мастеру из школы Воды, как, впрочем, и ни одного полка для поддержки. Хотя в Юргамыш и далее в столицу так же были отправлены порученцы с соответствующими просьбами.
Видимо император решил, что его восточный вассал сам сумеет справиться с зеленокожим народом.
Из баронства Ми Су Сэй полки тоже прибыли без сэя мастера и потому барону Симу приходилось рассчитывать лишь на силу своих клинков и моральную стойкость их обладателей.
Напротив, орки пришли полными составами своих кланов, а соответственно и с шаманами двух разных тотемов.
Тавлар не мудрствовал лукаво, когда распределял свои войска по фронту. Он просто направил клан Мутной воды налево, нацелившись на правый фланг имперцев, а безымянный клан Ларриона «Безобразного» направо – на левый фланг имперцев.
Его основной боевой силой в предстоящей битве были четыре конные банды, которыми Тавлар и рассчитывал разогнать имперскую пехоту. Единственный стрелковый отряд и две ударные пешие банды он расположил в центре и чуть позади в резерве, оставив место для развёртывания конных банд.
* * * * *
Кристоф был рядом с бароном на холме. В этом бою он более не выполнял функцию адъютанта командующего, для этого нашлись более опытные и искушённые в этом деле люди. У мальчика даже не было лошади, и он выглядывал из-за спин, стоящих плотным строем мечников из баронства Ми Су Сэй.
Но он был счастлив и рад вновь оказаться на поле боя. В свои неполные четырнадцать он со странным для него ощущением внутренней наполненности взирал на войска Орды, стоящие сразу за Сухим ручьём.
В этот раз орков было больше, как минимум раза в два, и его ещё детский, но точный глазомер определил это довольно быстро.
Когда же мальчик смотрел на имперские полки, стоящие слева и справа от командирского холма, его сердце наполняла радость и гордость! К тому же он был влюблён той самой честной и искренней мальчишеской любовью, которая не знает границ и кажется самой-самой единственной и навсегда.
Расставшись с Аямэ чуть более двух недель назад, Кристоф не мог дождаться, когда вновь увидит её. Но в то же время он мечтал оказаться на поле боя и это его желание сбылось.
От ощущения сопричастности к великому таинству под названием война, сирота млел, и у него кружилась голова. Точь-в-точь, как чуть раньше от раскосых глаз прекрасной феи из горного княжества и её фарфоровой кожи.
Знамя баронства реяло и шелестело на лёгком ветру у мальчика за спиной. Все, кто находился на холме, молчали в какой-то застывшей торжественной тишине.
- Смотрите, - Кристоф одним из первых увидел выехавшего к самому ручью рослого орка на чёрном туре.
В лапе, свободно свисавшей вдоль тела, он что-то держал у седла. Вот он подъехал к берегу и копыта его тура омылись водой из ручья.
Кристоф, да и Кон пытались не пропустить ничего, но им всё время приходилось вставать на цыпочки, чтобы хоть что-то разглядеть из-за спин мечников из Утура.
К счастью, солдаты в отливающих синевой доспехах не обладали высоким ростом и потому мальчишки могли видеть почти всё, что происходило внизу у ручья.
На нижнем ярусе холма застучали «шоги» (имперск. - колчаны) арбалетчиков. Стрелки, все как один, достали болты и положили их на ложе.
- Не стрелять, - звучным голосом выкрикнул барон Сим. Он, как и все остальные на холме, неотрывно смотрел на орка, держащего что-то.
Зеленорылый неторопливо спешился и, размахнувшись, зашвырнул это что-то, как показалось Кристофу круглое, в сторону холма, где располагалась ставка барона.
Через четыре томительные секунды — это что-то с гулким звуком ударилось о песок у основания холма и один из адъютантов барона, спрыгнув с коня, сбежал вниз, чтобы поднять брошенный предмет.
Орк тем делом так же спокойно сел на тура, как будто и не был в двухстах шагах от вражеской армии, и, дав шенкелей своему мохнатому другу, растворился в рядах ближайшей конной банды.
Все на холме, включая барона, были напряжены. Появился адъютант, средних лет мужчина со шрамом через всё лицо. В руке он нёс… обезображенную голову человека.
Вдруг дикая догадка пронзила мозг Кристофа. Он зажал рот обеими ладонями и во все глаза смотрел на приближающегося вестового.
- Что это? – барон Сим протянул руку в кольчужной перчатке, и адъютант вложил в неё жуткий «подарок» от Тавлара, Вождя Большой Орды.
На командующего пустыми глазницами смотрело лицо его названного сына, схваченного в первом бою у Старого моста, Тафура.
Барон не проронил ни звука, внимательно рассматривая жуткую маску когда-то близкого ему человека.
Кристоф и Кон обнялись и младший сын барона, хоть и был выше своего приятеля почти на голову, уткнулся последнему в плечо и зарыдал.
Неестественная тишина висела в воздухе, и даже ветер, ещё мгновение назад с упоением рвавший баронский стяг умолк и затих. Барон Сим продолжал смотреть на голову своего адъютанта, которую держал перед собой на вытянутой руке. Старик не плакал, его глаза оставались сухими, но они были полны боли. Истинной боли отца и … ненависти.
Негромко, одними губами он прошептал.
- Пленных не брать.
Затем громче.
- Пленных не брать.
И ещё громче.
- Пленных не брать.
Монотонным шелестом поползло его приказание по рядам мечников, а затем и арбалетчиков. И дальше на фланги к пикинёрам и конным, и пешим лучникам.
И в тот же миг барон привстал на стременах и громко крикнул.
- Перестроиться в каре.
Несколько секунд его приказ плыл в прозрачном воздухе, а затем три тяжёлых полка: пикинёры из Ур-Тагара и Шиигара, и мечники из Утура задвигались. Действия их были слитные и чёткие и через минуту на месте прямоугольных атакующих колонн выросли три квадрата с полыми сердцевинами.
Всё это было так быстро и чётко исполнено, что Кристоф только открыл рот от удивления. Пехотные подразделения лучников, помощь из горного баронства, чуть замешкались, но в конечном итоге и они отошли на фланги вновь образованных коробок, ощетинившихся пиками во все стороны, будто гигантские ежи. Конные же полки из Даар-Мора и Хиризана замкнули оба фланга.
Сирота посмотрел на своего друга, младшего сына барона. Красивый мальчик пытался улыбаться сквозь слёзы. Ему, как и Кристофу нравилось происходящее на поле боя. Все эти полки, блестящие в лучах восходящего солнца, кирасы и шлемы… И в тоже время ему было жалко Тафура.
В тот же миг, за Сухим ручьём загремели барабаны. Низкий, протяжный, но уже знакомый Кристофу гул, поплыл по утреннему воздуху. Небо над орками стало менять цвет и даже конфигурацию. Почти прозрачный воздух сгустился и стал осязаемым. Лиловые и чёрные тучи, невесть откуда взявшиеся, забаррикадировали небосвод. А солнце, большое и оранжево-жёлтое, продолжало освещать землю лишь на стороне людей.
Адъютанты барона Сима и оба советника, присутствующие здесь, невнятно забормотали что-то себе под нос, очарованные и напуганные одновременно. Их редкие возгласы тонули в нарастающем шуме. Кристоф же был спокоен, во всяком случае, внешне. Он знал, что так проявляется магия орочьих шаманов. Он видел её в действии два месяца назад, и всё же дрожь несколько раз пробежала по его телу от макушки до пяток и обратно.
Сразу за низким и каким-то утробным гулом, от которого закладывало уши, и зубы будто бы начинали шататься в дёснах, большие конные отряды орков по ту сторону ручья пришли в движение. Ещё мгновение и они крепкими ногами и мощными копытами своих туров уже взбивали воду в мелком ручье в пену… Ещё миг, и они уже на стороне людей.
Кристоф стоял на цыпочках, держась за друга, которому было легче смотреть, так как он был выше своего товарища. Сирота почти не дышал, так он был поглощён и увлечён происходящим внизу. Совсем скоро, через какие-то секунды орки в страшных рогатых шлемах и на больших, почти в два раза больше обычных человеческих лошадей, турах, врежутся в имперские полки, и закипит бой на обоих флангах.
Мальчику совсем не было страшно. Наоборот, его словно магнитом тянуло вниз, туда, где разворачивалась настоящая битва.
Тавлар с интересом рассматривал имперские полки, выстроившиеся по ту сторону ручья. В этот раз он лично решил присутствовать на поле боя и самостоятельно командовать кланами. Далеко в Мажгории, где сейчас обитала Орда, его орда, всё было спокойно.
Хотя уверенным в этом на все сто процентов нельзя было быть никогда, ведь зеленокожий народ слишком уж беспокойный и сильно подвержен брожению. И всё же Тавлар «Чужак» был уверен.
Он никого не оставил себе на замену, чтобы не вводить в искушение возможного заместителя. Пусть лучше будет здоровая конкуренция между вождями кланов.
«Это-то и не даст объединить мою орду, во враждебную мне банду под чьим-нибудь руководством» - так размышлял верховный вождь, продолжая разглядывать своего противника.
С собой в этот поход он взял уже встречавшийся с имперцами клан без названия Ларриона «Безобразного» и новый, клан Мутной воды Чоки «Болото».
Благоволив к первому, всё-таки здоровый орк-изгой, был того же племени и роду, что и он сам, Тавлар старался открыто не проявлять своего расположения к Ларриону.
«Не хватало ещё, чтобы этот уродец подумал, что ходит у меня в любимчиках».
Тем более его клан был одним из самых больших в Орде, да к тому же два месяца назад они уже встречались почти здесь же с людьми, то есть имели кое-какой боевой опыт против имперцев.
Второй клан, взятый им в поход, был самым первым, присягнувшим ему, чужаку, на верность. И сейчас это было именно наградой – возможность сразиться с людьми и одними из первых в Орде пограбить плодородные и зажиревшие земли Империи.
План Тавлара был прост – атаковать конными бандами пехоту людей на флангах, растоптать её, вбить копытами туров в сухую пыль каменистой земли, а немногочисленной пехотой и стрелками продавить центр и довершить начатое.
Из рассказа Ларриона «Безобразного», когда тот не солоно хлебавши, вернулся в Большую Мажгорию после первого разведывательного боя, Тавлар понял, что люди не так уж и сильны. Один полк пикинёров банда Джига-Джуга растоптала и рассеяла по степи и только благодаря магии человеческого чародея, имперцам удалось выстоять.
Сейчас же Тавлар привёл два клана, то есть в два раза больше, чем два месяца назад, и у него была целых четыре конных банды!
В успехе Большой вождь не сомневался. Он не любил забегать вперёд, но довольно развитое воображение всё же рисовало в его мозгу сладостные картинки грабежей и пожаров людских поселений и городов.
«Мы прокатимся огненным ветром по этим землям, выжигая их до головешек, забирая все, что можно забрать и уничтожая, что нельзя. И вернёмся в большую степь сытые и отяжелевшие от награбленного добра и караванов из людских рабов. А затем вновь придём в следующем году, а может и раньше, и утопим всю Империю людишек в крови».
Застучали шаманские барабаны и оба тотема орочьей магии и их колдуны вступили в бой. В свой личный бой со смертью и ветрами магии, призывая на свои банды благословения варварских богов.
Тавлар улыбнулся рваными губами. Он знал, что сегодня оба шамана будут стараться изо всех сил – им надо показать верховному вождю, что именно их тотем сильнее и мощнее и именно их бог-покровитель заслуживает стоять рядом с живым воплощением всего небесного здесь на земле, рядом с Тавларом «Чужаком».
Змеиная улыбка поблекла на губах вожака, когда он увидел, что на другом берегу началось какое-то движение. Пехотные подразделения имперцев стали видоизменятся и за считанные минуты они из вытянутых линий превратились в большие ровные квадраты, ощетинившиеся сотнями копий и алебард во все четыре стороны.
Тавлар нахмурился. Ему не нравилось то, что он не понимал и не мог объяснить. А сейчас он не понимал, что происходило в стане людей.
«Какая-то западня?» - мелькнула у него мысль, но он тут же её отбросил.
Как и все варвары, он считал себя выше любой другой расы и потому был уверен на сотню сотен процентов, что ленивые и слабые люди, не в состоянии придумать что-нибудь поистине стоящее, чтобы остановить его полчища.
Вождь набрал в широкую грудь побольше воздуха и прорычал, разрывая обманчивую тишину по ту сторону ручья.
- Вперёд!
Тавлар ранее распределил задачи своим бандам. Вначале кавалерия должна смять имперскую пехоту на флангах, затем пехота и стрелки прорывают центр, а конные банды берут остатки бегущих подразделений «в клещи».
Как только его крик повис над степью, два отряда из разных кланов, банда Шими из Опосара и банда Миши «Скакуна», ринулись вперёд через мелкий ручей на противника.
Задрожала земля от топота сотен копыт, а небо над армией орков засверкало синим и фиолетовым.