Второй бой у Старого моста
Месяц Дугуар Сар, третий цикл (22.09.100)
Кристоф застыл как изваяние, стоя на цыпочках и боясь пошевелиться. Он даже перестал дышать и только глаза, округлившиеся и заинтересованные, следили за надвигающейся на людскую пехоту грозной кавалерией зеленомордых.
Одна, две, три секунды… Все на командирском холме замерли и как сиротский мальчик перестали дышать и двигаться. Всё происходило будто бы в тягучем бузинном сиропе, настолько сильно сгустился воздух.
Между лиловыми тучами за ручьём начали сверкать алые молнии. Гул барабанов усилился. Чётко повторяющийся ритм заставлял лица людей дергаться, будто по команде. Кристоф тоже непроизвольно начал трясти головой, как «ичкирский болванчик» (местная идиома).
Восемь, девять, десять секунд… Орки на всём скаку врезались в ровные квадраты пикинёрских полков почти одновременно. Слева и справа донёсся треск ломающихся копий, рычание раненых туров, крики боли и ярости. Краски померкли и сражающихся укутало желтоватыми облаками пыли.
Битва началась!
Ещё мгновение назад было тихо, сейчас же грохот, нарастающий и непрерывный, катился по полю плотной и осязаемой волной.
Люди на холме продолжали молча смотреть и не дышать. Через минуту пыль осела. Орки поглотили имперцев. Какое-то время Кристоф и стоящий рядом Кон, видели только чёрно-рыжее и зелёное мельтешение. Лес копий и алебард пропал, будто бы срубленный огромным топором.
- О боже, - не выдержал кто-то рядом.
«Неужели? Неужели? Нет, нет» - стучало в голове Кристофа. Он до крови закусил губу и даже не почувствовал этого.
И вдруг шевелящаяся живая масса конных орков раздалась в стороны, и мальчик увидел блестящие доспехи пехотинцев из Ур-Тагарского полка. Он ведь смотрел направо, на свой родной полк.
Затем он быстро перевёл взгляд влево и там так же увидел, как от неровной линии имперских солдат «отхлынули» зеленомордые.
Имперцы смогли выстоять и не дать смять себя и прорвать шеренги.
Орки тем временем откатились обратно за ручей, чтобы привести в порядок свои ряды и приготовиться к новой атаке.
Кристоф перевёл взгляд с кавалерии зеленорылых на людские подразделения. Оба квадрата перестали быть ровными геометрическими фигурами. Некоторые стороны были больше, некоторые меньше. Какие-то располагались относительно других линий не ровно и не под прямым углом. Но главное заключалось в том, что они стояли, и мальчик видел и сине-белый и жёлто-красный плюмажи командиров, кронпринца Хо Жаня и кронпринца Хала, соответственно.
Все продолжали молчать на командирском холме, провожая взглядами отступающую кавалерию орков. Вслед всадникам на огромных турах летели стрелы и болты, выпущенные конными и пешими подразделениями лучников и арбалетчиками из полка кронпринца.
А потом вдруг все разом заговорили. Громко и быстро, и совсем несвязно. Ясно было, что люди были безумно рады первой маленькой победе. Кто-то тряс руку барону, выражая восхищение придуманной командующим тактикой. Барон Сим же кивал в ответ, но оставался молчаливым. Кон и Кристоф приплясывали на месте и обнимались.
Мальчик из приюта был не бывало счастлив и к тому же горд. Он даже на время забыл про свою первую любовь, что ждала его в далёкой горной крепости за Длинным перевалом.
И даже тёмные и низкие тучи, признак проявления варварской магии, висевшие над орочьей армией, не могли испортить настроения мальчишки.
А затем прибыл вестовой от Ур-Тагарского полка и сказал, что кронпринц Хал серьёзно ранен.
Кристоф видел, как дёрнулось лицо барона, и он даже вроде как поднял поводья, намереваясь видимо в тот же миг отправиться к сыну, но в последний миг сдержался. Лишь спросил негромко и сухо:
- Что с ним?
- У него разрублено левое бедро. Но он продолжает командовать отрядом.
Барон Сим посмотрел на своего второго сына, в испуге которого не было ничего не естественного. Мальчик почти плакал, но изо всех сил сдерживал себя.
- Кон, сын мой. Беги с вестовым в полк и посмотри, как себя чувствует брат. Если он совсем плох, вывези его с поля боя и отправляйтесь в Кату, Ур.
Кон тут же кивнул и, сжав руку Кристофу, ринулся вслед за вестовым с холма. Сирота проводил его грустным взглядом, а затем посмотрел на главнокомандующего. Барон будто бы постарел на десять лет. Осанка его, ровная и величественная пропала и спина сгорбилась как у старика, кем он, впрочем, и был.
* * * * *
Пока конные банды зеленомордых приводили себя в порядок, арбалетчики из полка кронпринца Хала открыли шквальный огонь по стоящей у самой кромки воды пешей банде Момо «Татара». «Оводы» ложись кучно в сбившийся в плотную массу отряд, и каждый болт попадал в цель, но орки стояли на месте.
Шаман Ял из проклятых колдовал неистово. Он знал, что сегодня должен выложиться на всю катушку и даже больше. Он не мог подвести хозяина, тем более, раз Тавлар наблюдал за ним с холма за спиной. Ял чувствовал этот магический и губительный, пробирающий до мохнатых пяток, взгляд. Всевидящее око, чёрт побери.
К тому же другой шаман, Умурар из Тотема Алой крови тоже творил свою магию, а значит ему, Ялу, нужно стараться ещё сильнее. Он прикрыл глаза и стал ритмично бить в бубен, шепча про себя проклятые заклинания.
Ветер поднялся с земли, шаман ощущал на своём изборождённом морщинами и шрамами лице, его сухое дыхание. Небо над его головой бурлило и стонало. Магический ток пронизал тело Яла от макушки до пяток. Шаман улыбался. Он был в родной стихии.
* * * * *
Не сказать, что Тавлар «Чужак» был сильно удивлён или тем более разгневан. Первая атака его конных банд оказалась неудачной. Человечий командир придумал хитрость, как построить свои полки по-иному, не как обычно и его зеленомордые, не ожидая такого подвоха, не смогли прорвать с наскоку ряды врага и ретировались обратно за ручей, чтобы собраться и вновь атаковать.
Именно об этом думал большой вождь, пытаясь успокоить себя и найти оправдание своим бойцам. Но где-то глубоко внутри, очень и очень глубоко в его сознании гнездилась мысль, что это не случайность. Людишки в этот раз подготовились к его приходу и смогли что-то придумать, чтобы сдержать его кланы. То есть его разведка боем, проведённая чуть более двух месяцев назад, сыграла с ним злую шутку. Она раскрыла его карты раньше времени и дала время этим малоросликам собраться и сплотиться.
В начале седьмого утра по людскому определению, Тавлар приказал вновь атаковать имперские полки и одновременно с ними две другие конные банды должны были рассеять конных и пеших лучников, гнездящихся на флангах, чтобы зайти людям в тыл.
Снова задрожала земля и вся имеющаяся в наличии большого вождя кавалерия, ринулась вперёд через ручей.
* * * * *
Прошло не так уж и много времени, после первой неудачной атаки, когда конные банды орков вновь ринулись на противника. Земля снова задрожала и заскрипела будто живая. Ручей был преодолён в одно мгновение и вновь серо-зелёные тучи окутали пикинёров в потускневших доспехах из смежных полков.
Тучи, но несколько другого рода, и в небе, висели над армией орков, но как заметил Кристоф, они оставались там, по ту сторону условной границы, не перебираясь за ручей.
Мальчик вдруг вспомнил сэя мастера, который в прошлом бою всё время бормотал себе под нос, что он очень стар для таких дел. А затем в памяти всплыл образ Саала. Друг улыбался чумазой мордочкой, а непослушные чёрные кудри торчали в разные стороны. Кристофу вдруг стало жалко себя, да и друга тоже.
«Встретимся ли мы ещё когда-нибудь?»
Но тут его внимание переключилось на битву и мысли о друге мгновенно улетучились. Бой закипел вновь. В этот раз схватка продолжалась чуть дольше, чем при первой атаке – видимо орки, придя в себя, решили, во чтобы-то ни стало, прорвать каре имперских полков.
И вновь все, кто в этот момент были на командирском холме, молчали и смотрели вниз, напряжённые и внимательные.
Кристоф опять привстал на цыпочки, пытаясь разглядеть за рослыми спинами мечников из Утура, что же происходит внизу, слева и справа от их холма. Его друга Кона не было рядом и не на кого было опереться. Мальчик вертел головой, пытаясь разглядеть сам бой.
- Милорд, они вновь выстояли!
Кристоф услышал, как кто-то в нижних рядах воскликнул, поворачивая голову наверх.
- Да, сир, вы видите? Они смогли! Эти зеленомордые чудовища вновь бегут.
Наконец сирота нашёл подходящее место и увидел заключительный акт драмы под номером два – орки снова отступили, пряча своё бегство за клубами пыли.
Барон оставался всё таким же невозмутимым и лишь сердито сведённые брови, да глубокая поперечная морщина на лбу, говорили о внутреннем напряжении.
«Он переживает за старшего сына, за Хала» - догадался Кристоф, но тут же оставил эту мысль и пустился в пляс. Ничего не мог с собой поделать.
- Ни такие они и страшные, и сильные, как пишут в сказках, да милорд? – улыбаясь, обратился мальчуган к главнокомандующему, немного успокоившись.
Барон смерил его тяжёлым взглядом.
- Ещё не вечер, мальчик, ещё не вечер…
Кристофу не нравилось, что барон называет его мальчиком, к тому же он не разделял пессимизма командующего.
«Хм, что с них взять, со взрослых» - подумал про себя сирота, но опасаясь возможных последствий, оставил своё мнение при себе.
После второй отбитой атаки настроение в лагере людей переменилось. Даже барон, несмотря на свой скептицизм и беспокойство о судьбе старшего сына, начал улыбнулся и даже попробовал пошутить с адъютантами.
И известие о том, что и второй кронпринц, гость из баронства Ми Су Сэй, также ранен, но легко, не омрачило настроение приближённых имперского вассала.
Ах, как хотел Кристоф оказаться сейчас на месте этого отпрыска благородной крови. Он бы вернулся к своей возлюбленной в горную цитадель и продемонстрировал бы ей шрам, полученный в бою. Мальчуган аж глаза закатил, представив такое.
- Чему ты улыбаешься, мальчик? – хриплый голос барона вырвал его из мальчишеских фантазий. Командующий продолжал игнорировать его имя и называл его, только так - мальчик.
- Радуюсь, милорд, за наших воинов, - вполне искренне ответил Кристоф, щурясь на ярком утреннем солнце.
Барон и его подчинённые рассмеялись.
— Это хорошо. Может быть ты и прав, и мы сегодня выстоим.
- Конечно, конечно, сир, - затараторил Кристоф, - А как же иначе. Посмотрите…
Но барон Сим нетерпеливо прервал его болтовню, повелительно взмахнув рукой.
* * * * *
И всё же орки медленно, но, верно, «выжимали» фланги имперцев назад, пытаясь загнуть их вовнутрь.
Две конные банды постоянно наскакивали на малочисленные лёгкие полки лучников, не давая тем вести прицельный огонь.
Барон Сим видел это, но ничего не мог поделать и предпринять, и лишь надеялся, что конные и пешие подразделения лучников сдюжат под напором конных масс зеленомордых, и смогут выполнить возложенную на них задачу, а именно: постоянно докучать врагу стрельбой и, не вступая в открытый бой с противником, по возможности уклоняться и откатываться «за спины» пикинёрских полков, построенных в каре, для того чтобы вновь засыпать орков кучей стрел.
* * * * *
Ларрион «Безобразный» вызвал к себе ординарца. Впрочем, Тихоня был совсем рядом и одно его большое, и непропорциональное ухо было всегда обращено в сторону хозяина.
- Скачи к Джиге-Джуге и передай ему, чтоб возвращался. Чего-то он далековато забрался во фланг к людишкам.
- Так может это и хорошо? – робко спросил ординарец, - сейчас как раз и выйдет им в тыл.
Тихоня кивнул головой в сторону ручья и тут же получил затрещину по этой самой голове.
- Ты, умник, - почти ласково проговорил вождь, - скачи давай, да не обделайся по пути со страху.
Ларрион заржал, а ординарец, обидевшись, поджал губы и украдкой показал язык хозяину.
- Давай, давай, одна нога здесь, а другая в … - вновь засмеялся уродливый орк булькающим, неприятным смехом.
Тихоня дал шенкелей своему кабану и устремился исполнять приказ.
Вождь клана проводил его внимательным взглядом и вмиг посерьёзнел. Тавлар был не доволен. Большой вождь пока ещё был не в гневе, но всё же, чтобы избежать репрессий, нужно было как можно скорее прорвать эту дурацкую пехотную коробку людишек и смять фланг.
Он посмотрел налево, где вовсю трудился шаман их клана. Ял танцевал и приплясывал, с равными интервалами стуча в бубен берцовой человеческой костью. Воздух вокруг шамана вибрировал и дрожал. Даже на таком расстоянии Ларрион чувствовал это.
Ах как же он хотел пройти со своими бандами по плодородным землям Империи, пограбить и поубивать в сласть! А потом захватить сотню-другую рабов и вернуться в Мажгорию. Камка сразу согласиться стать его женой. И что, что третьей? После рейда по землям людишек он вернётся в орду обеспеченным орком и может себе позволить содержать аж трёх жён!!!
Мечтания Ларриона прервал шум за спиной. Вождь оглянулся. К нему на кабане спешил ординарец Тавлара.
- Идём вождь, Большой вождь хочет видеть тебя и говорить с тобой.
Ларрион вздохнул и, бросив последний взгляд на линию фронта, повернул тура в сторону холма, где обосновался Тавлар «Чужак».
* * * * *
На Шиигарский пикинёрский полк почему-то больше не было атак. Зато его родной Ур-Тагарский атаковали ещё дважды. И всё безрезультатно! Орки на огромных мохнатых животных накатывались на блестящую тусклым серебром пехоту и откатывались обратно, будто приливная волна. Мальчик всё это видел собственными глазами.
Кристоф упросил одного из адъютантов, чтобы он взял его в седло и посадил перед собой. Барон дал добро, и мальчик вмиг оказался выше голов мечников и арбалетчиков. Он с упоением рассматривал всё, что происходило внизу, совсем не обращая внимания на неудобное и жёсткое седло.
Посмотреть и правда, было на что. Пехотные и стрелковая орочьи банды подошли к самому ручью и замерли с той стороны. Высокие лучники в остроконечных шапках посылали в ряды имперцев длинные стрелы, одну за другой, но не многие из них достигали цели. Те же, что попадали, били сильно, пробивая стальные латы солдат, словно бумагу. За раз падали двое, а то и трое солдат.
Арбалетчики из полка кронпринца Хала так же не оставались в долгу и в свою очередь довольно метко «жалили» любое подразделение противника, которое приближалось к центральной позиции имперцев. Барон всё это время сидел молча и неотрывно смотрел на поле боя. Его полки стояли как монолит и орки ничего не могли с этим поделать.
Был момент, ближе к восьми утра, когда стрелковые отряды из Хиризана и Даар-Мора слишком глубоко отошли в тыл, чтобы подровнять ряды и перестроиться. Тогда-то и возникла угроза глубокого флангового обхода имперских позиций. Но на высоте оказались «гости» - полки пеших лучников из баронства Ми Су Сэй. Они отогнали назойливых зеленомордых кавалеристов целой тучей стрел, дав столь необходимое время конным полкам людей, чтобы прийти в себя и вновь выдвинуться вперёд, прикрывать фланги.
Кристоф почти не ёрзал в седле, хотя спина и ноги у него изрядно затекли. Ему хотелось пить, ведь солнце уже взобралось на небо, словно на гору и палило нещадно, несмотря на начало осени. Всё его внимание было приковано к схваткам внизу, слева и справа. Он смотрел во все стороны, туда, куда доставал его внимательный и проницательный мальчишеский взгляд.
Он видел, как в третий раз одна и та же конная банда с кучей черепов на высоком шесте, который держал в одной руке могучий орк, атаковала его родной Ур-Тагарский полк. Пикинёры в запылённых кирасах на миг прогнулись вовнутрь, теряя подобие ровного квадрата, но через мгновение выровнялись и вновь стали тем, кем и были – неприступным каре в безумном водовороте зеленомордых.
Орки отхлынули, оставляя у ног отважных пикинёров десятки раненых и убитых собратьев.
В отсутствие получившего тяжёлую рану кронпринца Хала, левым флангом командовал капитан Марас, командир Ур-Тагарского полка. Кристоф видел его худощавую, высокую фигуру внутри каре. Офицер мерно ходил вдоль рядов, подбадривая своих ребят, и сердце мальчика забилось с удвоенной силой от истинной гордости за родной полк.
В свои неполные четырнадцать лет Кристоф уже разбирался в тактике ведения боя, этот талант, явно был у него от рождения. И мальчик, сидя перед адъютантом командующего, понимал, что чтобы переломить ход битвы в свою сторону, оркам нужно изменить тактику – перестать наскакивать по одиночке на ощетинившихся длинными пиками подразделения имперцев. Тут нужно двойное, а то и тройное превосходство.
«А ещё лучше, расстрелять вначале эти неповоротливые коробки, пробив в них значительные дыры, а потом уже бросать на прорыв кавалерию» - размышлял мальчик и его сознание в тот момент будто бы разделилось. Одна часть его была полностью за людей, радовалась, когда орков удавалось отбросить и замирало, когда зеленомордые уж сильно наседали на имперцев. Вторая же его часть, расчётливая и холодная, и совсем не детская, подмечала ошибки обоих военачальников и жила самостоятельной жизнью стороннего наблюдателя.
Впрочем, к барону Симу у Кристофа-стратега почти не было вопросов. Почти…