Война как вызов: решение принято — проблем стало больше
Когда правительство США приняло решение вступить в Первую мировую войну, иллюзий почти не было: это будет не прогулка. Наоборот — страна сразу же столкнулась с целым комплексом задач, масштабы которых ранее просто не возникали. И если коротко, то проблем было минимум две — армия и экономика. Причём обе требовали срочной и глубокой перестройки.
Американская армия накануне войны выглядела, мягко говоря, скромно. В годы нейтралитета её численность колебалась в пределах 134–179 тысяч человек — цифры, совершенно несопоставимые с многомиллионными армиями европейских держав, уже четвёртый год перемалывающих друг друга на фронтах. Война требовала массовости, а массовость — мобилизации.
Все под ружьё: как Америка за год создала армию
Выход был найден быстро. Уже в мае 1917 года Конгресс одобрил закон о всеобщей воинской повинности. Все мужчины от 18 до 30 лет (а позже — до 45) подлежали регистрации, а затем — отбору для службы. Это решение стало поворотным: за считанные месяцы США начали создавать армию нового типа — массовую, мобилизационную, сопоставимую с армиями воюющих держав.
Результат впечатлял. К концу 1917 года численность армии превысила 700 тысяч человек, а к завершению войны достигла почти 4,8 миллиона. Однако цифры — лишь вершина айсберга. Новобранцев нужно было обучить, экипировать, встроить в боевые соединения. На это ушла большая часть 1917 года.
На фронт — не сразу
Первые американские войска начали прибывать в Европу лишь в конце 1917 года. К началу 1918-го их насчитывалось около 200 тысяч. Но даже в условиях тяжёлого положения союзников американские части долго не бросали в бой. До лета 1918 года они в основном выполняли тыловые функции: охраняли коммуникации, склады, важные объекты.
Лишь в районе Сен-Мийельского выступа американцы под командованием генерала Джона Першинга впервые приняли участие в крупных боях. Затем последовала Маас-Аргонская операция. Но всё это происходило, когда до конца войны оставались считанные месяцы.
Именно этим объясняются относительно небольшие потери США: около 50 тысяч убитых и 230 тысяч раненых. Для сравнения — потери других стран выглядели катастрофическими. Зато американская армия отличалась лучшим снабжением продовольствием и боеприпасами.
Флот был готов заранее
Если армия только училась воевать, то флот США вступил в войну сразу. Военно-морские силы оказались наиболее подготовленным родом войск. Ещё до войны они уверенно занимали третье место в мировой иерархии флотов, уступая лишь Англии и Германии.
Корабли были, офицеры — обучены, задачи — понятны. Даже в период нейтралитета флот не оставался без внимания: в начале 1917 года Конгресс выделил более 500 миллионов долларов на трёхлетнюю программу его развития.
Расчёт был прост и дальновиден. Война рано или поздно закончится, британский и немецкий флоты ослабнут, а США, нарастив мощь, выйдут на первые роли. Идеи адмирала Мэхена о морском могуществе как основе мирового лидерства были в тот момент не просто теорией, а практическим руководством к действию.
Экономика на военных рельсах
Вторая большая задача — экономика. Вступление в мировую войну требовало тотальной мобилизации ресурсов. Свободный рынок с такими задачами справиться не мог. Это понимали даже самые убеждённые сторонники минимального вмешательства государства.
Уже в мае 1917 года был внесён билль Левера, который должен был создать законодательную базу для государственного регулирования экономики. Обсуждение длилось три месяца, и лишь в августе 1918 года закон был принят. Он давал президенту право регулировать рынки продовольствия, сырья и топлива, а также создавать специальные органы для борьбы со спекуляцией и перебоями снабжения.
Новые администраторы войны
Так в США появились Продовольственная администрация во главе с Гербертом Гувером, Топливная администрация под руководством Гарфилда и Железнодорожная администрация во главе с Мак-Аду. Эти структуры работали с перебоями и ошибками, но свою главную задачу выполнили: армия получала всё необходимое, а страна избежала серьёзного социального взрыва.
Государственное регулирование сыграло роль амортизатора, смягчая последствия резких изменений и помогая удерживать общественную стабильность.
Как платили за войну
Война стоила дорого — и платить за неё нужно было сейчас. В октябре 1917 года был принят закон об увеличении подоходного налога и налога на прибыль. Это принесло казне 2,5 миллиарда долларов, но покрывало лишь 37% военных расходов.
Остальное финансировалось за счёт займов. За годы войны США провели подписку на четыре «займа свободы» и один «заём победы» — всего более чем на 21 миллиард долларов. Активную роль сыграла Федеральная резервная система, созданная всего несколькими годами ранее. Война резко усилила её влияние и укрепила позиции США в мировых финансах.
Труд и капитал: попытка перемирия
Война потребовала стабильности и в сфере трудовых отношений. Президент Вудро Вильсон считал, что без вмешательства государства конфликты между трудом и капиталом неизбежны. Его формула военного времени звучала просто: «Ни стачек, ни локаутов».
Для этого в апреле 1918 года было создано Военное управление труда с двумя сопредседателями — от профсоюзов и от предпринимателей. Абсолютного мира добиться не удалось, но крупных потрясений удалось избежать.
Кульминацией реформ стало создание Военно-промышленного управления под руководством финансиста Бернарда Баруха. Оно координировало снабжение армии и союзников и находилось под личным контролем президента.
Россия как головная боль Вашингтона
Пока США перестраивали себя, Европа стремительно катилась к новым кризисам. Германия спешила выиграть войну до того, как Америка развернёт свои силы. Слабым звеном Антанты стала Россия, переживавшая революцию, распад армии и кризис власти.
Провал летнего наступления 1917 года, огромные потери и падение авторитета Временного правительства сделали ситуацию критической. В США внимательно следили за событиями. Посол Френсис ещё весной говорил о «неудовлетворительном положении».
Вашингтон опасался не только выхода России из войны, но и усиления радикальных левых сил. При этом информации катастрофически не хватало. Посольство не справлялось, и в Россию отправляли специальные миссии — от либералов до консерваторов. Картина получалась противоречивой и запутанной.
Иллюзии и просчёты
Американские аналитики делали ставку на Керенского, затем — пытались найти компромисс между ним и Корниловым. Но реальность оказалась жёстче прогнозов. Провал корниловского мятежа ускорил распад власти, а к осени 1917 года Советы в столицах перешли под контроль большевиков.
Когда в ноябре новая политическая сила окончательно взяла власть, США прежде всего волновал Восточный фронт. Декрет о мире стал серьёзным вызовом для Антанты и особенно для Вильсона, строившего свою политику на лозунгах свободы и справедливости.
Ответ Вильсона: 14 пунктов
В январе 1918 года президент США решил дать свой ответ — не только большевикам, но и всему миру. В ежегодном послании Конгрессу он изложил программу послевоенного устройства, вошедшую в историю как «14 пунктов».
Идея была смелой: заменить силу оружия силой общественного мнения, создать Лигу наций, отказаться от тайной дипломатии, восстановить суверенитеты, обеспечить свободу морей и торговли. Это выглядело идеалистично — но за высокими словами скрывался прагматичный расчёт.
Вильсон понимал: экономическая мощь и финансовое влияние США позволяют им претендовать на лидерство. Лига наций должна была стать инструментом этого лидерства.
Идеализм с холодным расчётом
Был ли Вильсон утопистом? Скорее — реалистом с широким горизонтом. Он верил в прогресс, в рост роли права и общественного мнения. Но когда дело касалось интересов США, он не колебался использовать силу. Так было в Мексике, так произошло и в России.
Когда стало ясно, что советская власть укрепляется и ведёт переговоры с Германией, США перешли к интервенции. Высадка войск в Мурманске, Архангельске и Владивостоке официально объяснялась борьбой с германской угрозой, но фактически продолжалась и после окончания войны.
Интервенция и её последствия
Численность американских войск была сравнительно небольшой — несколько тысяч человек. Они не могли повлиять на исход Гражданской войны. Но политический эффект оказался значительным: именно тогда были заложены основы конфликтных советско-американских отношений на десятилетия вперёд.
Финал войны и начало споров
Тем временем война подходила к концу. Летом 1918 года немецкое наступление захлебнулось, Антанта перешла в контрнаступление. Один за другим капитулировали союзники Германии. В ноябре пал и сам кайзерский режим.
11 ноября 1918 года война закончилась. Но впереди было главное — послевоенное устройство мира. И здесь между США, Англией и Францией уже назревал спор: кто будет задавать правила.
Ответ на этот вопрос должен был показать, действительно ли Соединённые Штаты стали не просто участником войны, а новым центром мирового лидерства.