Текст и фото: "Субъективный путеводитель"
На левом берегу Енисея между Ярцево и Ворогово жарким днём у широкого пляжа мы увидели самодельного вида посудину, просевшую от груза топливных бочек. Рядом кто-то купался у отмели, с берега глядели мужчины с окладистыми бородами и женщины в длинных платьях. Здесь в Енисей вливается Дубчес...
На просторах России веками естественной формой протеста был не бунт, а исход. Как результат, вся география Раскола - это "скитские республики", жившие от лет до веков в глухих углах - как подмосковные Гуслицы, прибалтийская Латгалия, нижегородский Керженец, алтайская Бухтарма, саратовский Иргиз. Последний возник с согласия властей - в оттепели, уставая бороться со раскольниками, государство приглашало их в резервации.
Порой скиты разгонялись силами стрельцов, жандармов или чекистов, но неизменно возрождались - сперва на том же месте, а после новых "выгонок" - и где-нибудь ещё. Покровителям староверов, - непьющих, честных и в силу своей нелегальности сговорчивых, - в 18 веке стали уральские заводовладельцы, в первую очередь Демидовы, и именно в их владения в 1732-1853 годах ушло большинство кержаков.
Именно там, на Урале, они и оформились в Часовенное согласие, которое один знакомый старовер характеризовал как "стереотипных староверов с точки зрения обывателя". В отличие от радикальных течений, позже названных беспоповскими, часовенные не считали, что после Раскола на Земле воцарился Антихрист, и не требуя повторного Крещения, могли принимать никониан, даже священников с сохранением сана.
Однако умеренные "поповские" течения за несколько веков обзавелись всей иерархией духовенства и стали полноценными конфессиями, часовенные же так и не примкнули к ним, и даже напротив, в 19 веке перестали сохранять сан принимавшимся священникам: как бы и можно, но достойных - нет! В теории часовенные остались поповцами, на практике же полностью перешли в беспоповство, оставшись как бы в середине причудливой староверческой розы ветров. Все без малого четыре века со времён Раскола они сопротивлялись переменам.
С упадком Горнозаводского мира в конце 19 века часовенные рассеялись по сибирской глуши мелким архипелагом. Крупнейшие "острова" возникли на севере Алтая, на Малом Енисее в нынешней Туве (тогда - заграничной!), в Уссурийском крае на реке Бикин. Но крупное - заметнее, и куда устойчивее были десятки, если не сотни, одиноких скитов на таёжных реках, как например скит отца Саввы (Мягкова) у реки Парбиг в Нарымской тайге нынешней Томской области. В 1919 году туда пришёл молодой, но очень грамотный Софон Лаптев из Тобольского уезда и принял постриг как Симеон, а в 1926 - Афанасий Людиновсков, выросший в переездах семьи между Кыштымом и Минусинском, а на Первой Мировой три года просидевший в немецком плену; в 1929 он стал отцом Антонием.
Скитники жили уединённо, порой исповедовали мирян, а тем временем оказалось, что безбожники устраивают выгонки и никонианам. Нарымская тайга полнилась раскулаченными, и Савва благословил двух своих самых преданных учеников искать места для новой обители. Обходя стороной любые селения, по рекам и старому каналу, Симеон и Антоний ходили за 2000 километров (!) с Оби на Енисей, и вот наконец в 1939-41 годах с Парбига и других мест староверы потянулись на Дубчес. Вскоре там возникло 6 скитов - 2 мужских и 4 женских.
Но их уединение было недолгим: с 1949 года скитяне всё чаще видели над собой самолёт, снабжавший какую-то экспедицию. Пару раз на Дубчес забредали геодезисты. Иконы в часовнях пощёлкивали, как от огня - это был знак беды. 28 марта 1951 года по льду явились 33 чекиста, разрушили скиты, под пытками добыли, где скрываются отцы, а как вскрылись реки - повезли всех на суд в Красноярск. Симеон умер в тюрьме от голода, отказываясь брать еду у "кадровых" (а это ещё хуже, чем мирские!). Другие во главе с Антонием предпочли выжить - хотя всем им дали от 10 до 25 лет, амнистия пришла уже в 1954-м.
Вернулись они не на пустое место: с конвойных плотов той весной бежал Афанасий Мурачев, ещё в 1944 году пришедший в скиты с Алтая, но лишь к 1947 принятый туда. Теперь же Афанасий Герасимович обосновался на Малом Касе и вновь сплотил оставшихся в тайге братьев по вере. Антоний восстановил Дубчесские скиты, а умер в 1977-м году спокойно: больше ни одна власть не вторгалась сюда. Афанасий же оказался даже не столько духовным, сколько интеллектуальным лидером Дубчеса: ведь здесь сложилась своя уникальная литература.
Летописью скитов стал "Урало-Сибирский патерик", начатый ещё в 1940-х, в 1951 спрятанный в земле, а затем отреставрированный Мурачевым и пополнявшийся до 1991 года. Разросшийся до 3 томов о старцах времён Раскола, рубежа 19-20 веков (с их сочинениями) и о чудесах современности, он стал в каком-то смысле последним произведением классической русской агиографии.
Ещё были "послания" (духовная публицистика) и "цветники" - сборники богоугодных цитат разных писателей. Мурачев не только писал книги, но и мастерил их - берестяные листы да кожаные переплёты, и именно таким был его труд всей жизни "Стихосложения". В сентябре 1991 года его "Повесть о дубчесских скитах" под псевдонимом Афанасий Герасимов вышла в "Новом мире". Так и не приняв постриг, женатым, но бездетным, он дожил до 2008 года.
А Дубчесские скиты процветают поныне, и открытие границ дало их обитателям приток свежей крови: ведь из тех же деревень Урала и Алтая часовенные бежали через Китай аж в Южную Америку, и даже знаменитую общину староверов-репатриантов в Приморье возглавляет Ульян Мурачев - Афансию не родич, но земляк по предкам. Там мне рассказывали, как ездили "в Сибирь" (обычно - на машинах по замёрзшим рекам), порой возвращаясь с обретёнными супругами.
А вот посторонним даже в наше гиперинформационное время о Дубчесских скитах не известно толком ничего, даже цифры: сами скитов вроде 9 (3 мужских и 6 женских), их жителей - от 600-800 до 3000 человек. Часть - по сути хутора, где живут семьями, часть - подобие монастырей. Судя по бочкам топлива, Руси Изначальной там нет и от грубой техники вроде моторных лодок или тракторов часовенные не отказываются. А потому и утверждение, что охотятся они без ружей, только ловушками да стрелами - сомнительно.
Правдоподобнее, что там запрещена любая электроника, а вся связь с миром - через одинокий таксофон: наверное, Дубчес - единственное обитаемое место в России, из которого нет ни одной фотографии в интернете.Но интернет дело такое - о чём промолчат свои, то расскажут чужие: единственным свидетельством о Дубчесских скитах стал рассказ Елизаветы, гражданки США и русской староверки из Орегона, которую в 15 лет увезли в эти скиты - и столько же она не могла оттуда выбраться.
По её словам, живут там тяжело - пашут скудную почву вручную, строго постятся, едят из общей посуды, не лечатся от хронических болезней, но и насилия, по крайней мере физического, там нет. Елизавета, замученная астмой, сбежала оттуда в 2015 году, причём, как можно понять из её заметок, силой её там не держали - лишь запугивали, что во внешнем мире она погибнет. Ну а всё, что рассказала она, нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть.
Даже водников или джиперов, что отправились бы на свой страх и риск в староверческий край, я не знаю. На космоснимках видны маленькие тесные деревни без машин и огромная сеть связующих их деревянных дорожек по болотам. И кажется, сам факт существования на карте Неизведанного интереснее, чем знания о нём...
Спасибо за интересный материал каналу "Субъективный путеводитель"
Мы приглашаем Вас в путешествия по нашей замечательной стране ))) На сайте РЖД Тур есть настоящий конструктор железнодорожных путешествий.
И конечно, не забудьте подписаться на наш Дзен, где вас ждет увлекательная информация о туристических круизах, размышления специалистов в области пассажирских перевозок, иные экспертные мнения, подробные описания экскурсионных программ, красивые фотографии и видео. Вся гамма наших туристических предложений — более 100 готовых туров — доступна для вас на сайте «РЖД Тур» 24/7. Мы в ВК, Дзен, Телеграмм и Макс